Океан его ненависти

Джейн ничего не ответила, снова повернувшись к Дину. По ее лицу Сэм ничего не мог понять, казалось, эта женщина была сделана из камня, но он догадывался, что сейчас внутри нее бушует тот же ураган, что и у него.

— Он спит, да? — вдруг спросила Фелиция, и взгляды обоих взрослых обратились к ней. Девочка неотрывно смотрела на Дина, крепко цепляясь за бабушкину руку.

— Да, он спит, — тихо ответил Сэм и тоже посмотрел на неподвижного и спокойного Дина.

— Я хочу, чтобы он проснулся. И сказать ему «спасибо».

Джейн взглянула на нее сверху вниз и слегка улыбнулась.

— Когда он проснется, ты сможешь ему это сказать.

Фелиция покачала головой, упрямо сжав губы.

— Нет, я хочу сейчас, — высвободив руку из бабушкиной хватки, она осторожно подошла ближе к кровати Дина и встала рядом. Несколько секунд она просто молча смотрела на него и после коротких раздумий положила теплую ладошку на руку Дина, безжизненно лежащую поверх простыни.

— Ты хороший, — сказала она шепотом. — Поправляйся скорее. Мы тебя ждем.

Сэм и Джейн коротко переглянулись с одинаково серьезными лицами, а потом Сэму пришлось с минуту сражаться с внезапно подступившим к горлу комком, который мешал ему дышать. Шумно втянув воздух через нос, Сэм подошел к Фелиции и взял другую ее руку, нежно потянув от кровати Дина. Он сел перед ней на корточки и заправил выбившуюся прядь ей за ухо.

— Дин знает, и я уверен, он тебя услышал и теперь будет быстро выздоравливать, — он ободряюще улыбнулся. — Тем более если ты попросила, он не сможет не послушаться.

Ответная улыбка вспыхнула на лице Фелиции, словно Сэм пообещал ей как минимум Луну с неба. Когда Сэм выпрямился в полный рост, он уже точно знал, что не ему одному есть дело до Дина, и это осознание наполняло его теплом.

Джейн и Фелиция пробыли у Дина еще пять минут и засобирались уходить.

— Мы еще придем, когда ему станет лучше, — сообщила Джейн, бросив на Дина еще один нечитаемый взгляд. — Передавай своему брату привет от нас. И скажи ему… — она замялась. — Скажи ему, что я горжусь тем, каким человеком он стал.

— Да, я тоже, — тихо-тихо пробормотал Сэм, в глубине души благодарный тому, что может кому-то в этом признаться, и уже громче добавил: — Я обязательно передам.

— Вряд ли я смогу сказать это ему в лицо, — она усмехнулась. — Мне хватило полтора месяца, чтобы понять уже тогда, что он не из тех людей, кто любит смущаться, но кого запросто заставить это сделать. Как-то раз я похвалила его за хорошее знание карты Евразии, и он покраснел так, словно я назвала его лучшим учеником планеты.

Сэм еле удержал желание рассмеяться.

— Да, — он ухмыльнулся. — Я даже помню тот день, когда Дин зубрил ту карту. Я надавил ему на совесть, и у него не осталось выбора.

— Я так и подумала, что кто-то вмешался, — Джейн покачала головой. — До этого он не показывал большой любви к моему предмету.

Сэм пожал плечами и окинул Дина теплым взглядом.

— Это Дин. Он не будет делать то, что ему не нравится, а то, что он любит, он будет делать идеально.

Джейн покачала головой и вместе с внучкой направилась к выходу из палаты. Сэм вышел вслед за Джейн и Фелицией за дверь, чтобы попрощаться и проводить их. До тех пор, пока они не исчезли за поворотом, он смотрел им вслед, и, когда уже собрался зайти обратно в палату, заметил Рэйчел, направляющуюся к нему.

— Сэм, — слегка запыхавшись, позвала она. — Там тебя зовут.

— Кто зовет? — сердце Сэма екнуло.

— Медсестры. Я спрашивала на посту, у Дина ты еще или нет, и мне сказали тебя позвать.

Сэм нахмурился и, бросив взгляд на Дина через дверной проем, прикрыл дверь.

— На кой я им сдался? — он быстрым шагом направился к лестнице, Рэйчел поспешила за ним.

— Не знаю. Может, что-то насчет Дина.

— Или хотят, чтобы я убрался, — мрачно предположил Сэм. — Я и так еле пробился к нему.

Через пять минут Сэм стоял посреди комнаты, буквально заваленной всякими разными цветами, и не мог произнести ни слова. Рэйчел топталась позади него, с восхищением разглядывая многочисленные букеты.

— Они что, издеваются? — Сэм повернулся к ней, глядя огромными растерянными глазами. — И что мне с этим делать? Ты смотри, тут даже плюшевые мишки есть, — Сэм шагнул к столику, на котором лежала пара мягких маленьких белых мишек. — Похоже, они Олимпийские, — фыркнул он, подняв игрушку и помотав ей перед лицом Рэйчел. — Нет, серьезно, плюшевые мишки. Да Дин будет просто в восторге.

— Люди просто хотят выразить свою благодарность, Сэм, вот и все, — Рэйчел с уверенным видом ходила между столами, рассматривая и нюхая цветы, аккуратно трогая лепестки и листья. — Ты не можешь запретить им это.

— Я благодарен им, что они не устроили паломничество у палаты Дина, — простонал Сэм, — но… зачем Дину эти цветы? Он терпеть их не может.

Рэйчел позади него закатила глаза.

— Вы, мужчины, ни черта в красоте не понимаете, — хмыкнула она. — Даже не вздумай их выбрасывать.

— А куда мне их деть? — Сэм обвел взглядом десятки букетов. — Дин же от стыда провалится или засмеет меня или еще кого-нибудь.