Опасное лето

— Ведь где то должна быть у них кладовка.

Он отправился в темноту.

В зале оказалась одна единственная дверь. Хомса вошел в нее и в изумлении обнаружил, что она — бумажная и что на другой стороне двери изображен камин. Потом Хомса стал взбираться вверх по лестнице, ведущей прямо в воздушное пространство.

«Видно, кто то подшучивает надо мной, — подумал Хомса, — хотя, по моему, тут ничего остроумного нет. Дверь должна куда то вести, а лестница подниматься наверх. Что будет на свете, если миса вдруг станет вести себя как мюмла, а хомса — как хемуль?» Повсюду в доме валялся разный хлам. Странные поделки из бумаги, ткани и дерева, то есть, вероятно, вещи, надоевшие их прежним хозяевам, которые они так и не удосужились вынести на чердак или придать им законченный вид.

— Ты чего тут шаришь? — раздался вдруг чей то голос, и из шкафа, у которого не было ни полок, ни задней стенки, выпрыгнула Мюмла.

— Ищу джем, — ответил Хомса.

— Чего тут только нет! — сказала Мюмла.

— Может, и джем есть. Вот уж чудная жила здесь семейка!

— А мы кого то видели! — важно добавила малышка Мю.

— Кого то, кто прячется от нас.

— Где? — спросил Хомса.

Мюмла показала в темный угол, заваленный хламом до самого потолка. Там, прижавшись к стене, стояла пальма и печально шуршала бумажными листьями.

— Негодяй! — прошептала малышка Мю.

— Он притаился и ждет, а потом возьмет и убьет нас!

— Успокойся! — твердым голосом сказал Хомса.

Он подошел к раскрытой настежь дверце и осторожно потянул носом воздух.

Затем он заглянул в узкий коридор, который таинственно извивался и исчезал в темноте.

— Тут уж наверняка где то должна быть кладовка! — воскликнул Хомса.

Они вошли в коридор и увидели множество маленьких дверей.

Мюмла вытянула шею и с трудом стала читать по слогам надпись на двери.

— Рек ви зит, — читала она.

— Рек ви зит. Подходящее имечко для негодяя!

Хомса собрался с духом и постучал. Они ждали, но Реквизита, как видно, не было дома.

Тогда Мюмла толкнула дверь, и она открылась.

Никогда им еще не доводилось видеть такую уйму вещей сразу. Там, от пола до потолка, громоздились полки, и на них стояло в пестром беспорядке все, что только вообще может стоять на полке. Огромные вазы с фруктами теснились рядом с игрушками, настольными лампами и фарфоровыми безделушками, железные кольчуги валялись среди цветов и инструментов, а чучела птиц теснились среди книг, телефонов и вееров. Там были еще ведра, глобусы, ружья, коробки из под шляп, часы, почтовые весы и тому подобное.

Малышка Мю с плеча сестры вспрыгнула на полку. Уставившись в зеркало, она закричала:

— Глядите! Глядите! Я стала еще меньше. Я совсем исчезла!

— Но это же не настоящее зеркало, — объяснила ей Мюмла.

— И никуда ты не исчезла.

Хомса искал джем.

— Может, это повидло? Оно не хуже джема, — сказал он и поковырял пальцем в банке.

— Это крашеный гипс, — пояснила Мюмла. Она взяла яблоко и лизнула его.

— Деревянное, — сказала она.

Малышка Мю рассмеялась.

А Хомса огорчился. Все вокруг было ненастоящее, обманное. Привлеченный яркими красками, он протягивал лапку, но ощущал лишь бумагу, дерево или гипс.

Золотые короны были просто невесомыми, цветы — бумажными, у скрипок не было струн, у ящиков — дна, а книги нельзя было даже раскрыть.

Обманутый в своих ожиданиях, честный Хомса задумался — что бы это могло значить, но не находил ответа. «Был бы я хоть капельку поумнее, — думал он.»

— Или старше на несколько недель«.»

— А мне все это нравится, — сказала Мюмла.

— Как будто и ничего съедобного, а на самом деле что то здесь кроется.

— Разве? — спросила малышка Мю.

— Ты уж помолчи, — весело засмеялась ее сестра, — не задавай дурацких вопросов.

В этот миг кто то фыркнул. Громко и презрительно.

Все испуганно посмотрели друг на друга.

— Ну, я пошел, — пробормотал Хомса.

— От всех этих вещей мне не по себе.

Тут из зала донесся страшный грохот, и легкое облако пыли поднялось с полок. Хомса схватился за меч и бросился в коридор. До них донесся крик Мисы.

В зале стояла кромешная тьма. Что то большое и мягкое хлестнуло Хомсу по лицу. Он заморгал и вонзил свой деревянный меч прямо в невидимого врага. Раздался шелест, словно враг был матерчатый, и когда Хомса решился открыть глаза, то увидел, что меч пробил дыру, сквозь которую лился дневной свет.

— Что ты сделал? — поразилась Мюмла.

— Убил Реквизита, — ответил с дрожью в голосе Хомса.

Мюмла весело засмеялась и через дыру полезла в зал.

— Что вы тут натворили? — поинтересовалась она.

— Мама потянула за шнурок! — закричал Муми тролль.

— И с потолка сразу обрушилось что то огромное и страшное престрашное, — добавила Миса.

— И вдруг в самом центре зала возник какой то ландшафт, — пояснила фрекен Снорк.

— Сначала мы подумали, что он настоящий. Но только до тех пор, пока ты не пробил мечом зеленую лужайку.

Мюмла обернулась. Она увидела ярко зеленые березки, отражавшиеся в ярко синем озере.

Из травы выглядывала успокоенная мордочка Хомсы.

— Ну и ну, — говорила Муми мама.