Недавно я навестил места, где прошло детство. Эх, сколько лет минуло с той поры, какое славное времечко было, о котором, конечно, стоит написать. Впрочем, вот одна из историй, связанная с моим прошлым. И если бы сам не являлся свидетелем событий, описанных ниже, полагаю, что усомнился в их достоверности. Ведь, пожалуй, каждый хоть раз в жизни сталкивался с чем-то необъяснимым, мистическим.
Добавить в моё избранное
6 мин, 29 сек 2050
Правда, крылья у птицы стали выглядеть иначе. А фотография у тебя старая, довоенная.
После пояснения отца я даже немного расстроился. Уж очень хотелось в тот момент верить, что орёл летает. А вскоре произошло событие, которое взбудоражило весь посёлок: статуя орла исчезла. Причём пропала сама птица, а постамент остался нетронутым.
Милиция предположила, что орла украли, однако, в это мало кто из жителей верил. Во-первых, среди бела дня воров бы сразу увидели, а ночью невозможно без шума снять с постамента статую. Да и короткая июньская ночь в момент продажи стояла лунная, а значит, похитителей обязательно кто-то увидел бы или, в крайнем случае, услышал. Во-вторых, на постаменте не осталось даже и следа от птицы. Платформа постамента выглядела ровной и гладкой, словно зеркало. Можно было подумать, что там ничего не стояло. Наконец, в-третьих, многие слышали слова Петровича о летающем орле, хоть и считали это чудом. Всплыла легенда, что статуя является оберегом посёлка. Пропал оберег — жди беды. И она пришла, не заставила себя долго ждать.
Я забыл упомянуть, что наш посёлок со всех сторон обступал лес. Однажды от удара молнии возник пожар, и быстро потушить его не получилось. Подгоняемый суховеем, огонь быстро приближался к жилым домам. Во избежание страшного, всех жителей в срочном порядке эвакуировали. Не знаю, как других, а нас приютили в городе родственники.
Случилось то, чего боялись больше всего, — наш посёлок сгорел. Власти решили, что отстраивать его заново слишком накладно из-за большой удалённости от других селений, и наша семья осталась жить в городе.
С тех пор прошёл не один десяток лет. Вполне возможно, что если бы не решил посетить родные места, — я после пожара ни разу не был там — то история о статуе этим и закончилась. Однако мне захотелось съездить туда, где когда-то находился мой родной посёлок.
Вышло, что я поехал на своей Ниве один, полагая ещё засветло добраться до места. В последний момент сына, которого рассчитывал взять с собой, вызвали на службу, а супруга наотрез отказалась сопровождать меня, так как плохо переносила многочасовую езду на машине.
К счастью, старая грунтовая дорога, по которой пришлось ехать, оказалась довольно сносной. По крайней мере, Нива с ней легко справилась, и уже ближе к вечеру я добрался до места. Только там, где когда-то существовал посёлок, теперь вырос лес. Лишь кое-где обугленные останки брёвен говорили о том, что раньше здесь стояли дома. Слёзы наворачивались на глаза от воспоминаний.
Я посмотрел в сторону, где, по моему мнению, должна находиться усадьба или то, что от неё осталось. Память не подвела — сквозь заросли лещины просматривался фундамент былого здания. С трудом пробравшись ближе к нему, я остановился, поразившись от изумления. Нет, не остатки кирпичных стен привлекли внимание, а статуя бронзовой птицы, гордо возвышающейся на гранитном постаменте. Статуя выглядела совершенно новой, как будто её только что возвели.
Я потрогал орла рукой, не доверяя своим глазам. В голове витали мысли: «Каким образом он тут очутился? А, может, действительно прилетел? Ведь это всё же его родные места».
Переночевав в машине, я, чуть забрезжил рассвет, попрощался с птицей и отправился в обратный путь. Добравшись домой, первым делом рассказал супруге о чудесном возвращении статуи. А в подтверждение своих слов решил показать несколько фотографий орла, которые сделал на мобильный телефон. И тут произошло невообразимое: на трёх снимках, привезённых мною, никакой птицы не было, а стоял лишь каменный постамент, потемневший от времени… Я словно оцепенел.
— Он улетел! — непроизвольно вырвалось из груди, на что жена улыбнулась.
Через пару дней мои виски покрыла густая седина. И теперь я в сомнении: стоит ли ещё раз посетить родной посёлок?
После пояснения отца я даже немного расстроился. Уж очень хотелось в тот момент верить, что орёл летает. А вскоре произошло событие, которое взбудоражило весь посёлок: статуя орла исчезла. Причём пропала сама птица, а постамент остался нетронутым.
Милиция предположила, что орла украли, однако, в это мало кто из жителей верил. Во-первых, среди бела дня воров бы сразу увидели, а ночью невозможно без шума снять с постамента статую. Да и короткая июньская ночь в момент продажи стояла лунная, а значит, похитителей обязательно кто-то увидел бы или, в крайнем случае, услышал. Во-вторых, на постаменте не осталось даже и следа от птицы. Платформа постамента выглядела ровной и гладкой, словно зеркало. Можно было подумать, что там ничего не стояло. Наконец, в-третьих, многие слышали слова Петровича о летающем орле, хоть и считали это чудом. Всплыла легенда, что статуя является оберегом посёлка. Пропал оберег — жди беды. И она пришла, не заставила себя долго ждать.
Я забыл упомянуть, что наш посёлок со всех сторон обступал лес. Однажды от удара молнии возник пожар, и быстро потушить его не получилось. Подгоняемый суховеем, огонь быстро приближался к жилым домам. Во избежание страшного, всех жителей в срочном порядке эвакуировали. Не знаю, как других, а нас приютили в городе родственники.
Случилось то, чего боялись больше всего, — наш посёлок сгорел. Власти решили, что отстраивать его заново слишком накладно из-за большой удалённости от других селений, и наша семья осталась жить в городе.
С тех пор прошёл не один десяток лет. Вполне возможно, что если бы не решил посетить родные места, — я после пожара ни разу не был там — то история о статуе этим и закончилась. Однако мне захотелось съездить туда, где когда-то находился мой родной посёлок.
Вышло, что я поехал на своей Ниве один, полагая ещё засветло добраться до места. В последний момент сына, которого рассчитывал взять с собой, вызвали на службу, а супруга наотрез отказалась сопровождать меня, так как плохо переносила многочасовую езду на машине.
К счастью, старая грунтовая дорога, по которой пришлось ехать, оказалась довольно сносной. По крайней мере, Нива с ней легко справилась, и уже ближе к вечеру я добрался до места. Только там, где когда-то существовал посёлок, теперь вырос лес. Лишь кое-где обугленные останки брёвен говорили о том, что раньше здесь стояли дома. Слёзы наворачивались на глаза от воспоминаний.
Я посмотрел в сторону, где, по моему мнению, должна находиться усадьба или то, что от неё осталось. Память не подвела — сквозь заросли лещины просматривался фундамент былого здания. С трудом пробравшись ближе к нему, я остановился, поразившись от изумления. Нет, не остатки кирпичных стен привлекли внимание, а статуя бронзовой птицы, гордо возвышающейся на гранитном постаменте. Статуя выглядела совершенно новой, как будто её только что возвели.
Я потрогал орла рукой, не доверяя своим глазам. В голове витали мысли: «Каким образом он тут очутился? А, может, действительно прилетел? Ведь это всё же его родные места».
Переночевав в машине, я, чуть забрезжил рассвет, попрощался с птицей и отправился в обратный путь. Добравшись домой, первым делом рассказал супруге о чудесном возвращении статуи. А в подтверждение своих слов решил показать несколько фотографий орла, которые сделал на мобильный телефон. И тут произошло невообразимое: на трёх снимках, привезённых мною, никакой птицы не было, а стоял лишь каменный постамент, потемневший от времени… Я словно оцепенел.
— Он улетел! — непроизвольно вырвалось из груди, на что жена улыбнулась.
Через пару дней мои виски покрыла густая седина. И теперь я в сомнении: стоит ли ещё раз посетить родной посёлок?
Страница 2 из 2
