Основатели

В этот момент дверь распахнулась вновь, и в комнату вошел Слизерин. Увидев Гриффиндора со своей дочерью на руках, лорд сузил глаза, и его тонкие губы сами собой сжались в единую линию. Саласия мгновенно, неуловимым движением соскользнула с колен Годрика и поскорее ушла с линии огня. Атмосфера в комнате накалилась, однако рыжеволосый мужчина, казалось, этого не заметил. Поднявшись на ноги, он улыбнулся и шагнул к Слизерину.

— Салазар, я как раз тебя искал! — он подошел к корнуольцу и положил руку ему на плечо. — Я хотел обсудить…

Он говорил, а Слизерин тем временем смотрел на дочь. Та опять преобразилась: идеально прямая спина, сложенные руки, кротко опущенный взгляд. Казалось, весь ее облик говорит: я — самая что ни на есть тихая и послушная девочка.

Салазар позволил Годрику увлечь себя из игровой комнаты, и, стоило двери за мужчинами захлопнуться, Саласия без сил опустилась на табурет. Аннис осторожно выползла из своего укрытия.

— А ты у нас, оказывается, та еще актриса, — переведя дыхание, пробормотала девушка. Черноволосая девочка лишь презрительно пожала плечами.

— Отец говорит, что только идиоты ведут себя со всеми одинаково. Поведение зависит от собеседника и обстоятельств.

Аннис лишь покачала головой. Она не понимала этого и не желала понимать.

А в это время Ровена переступала порог «Трех метел», крепко держа Хелену за руку. Девочка молча шла рядом с матерью, не пытаясь ничего спрашивать. Баронесса искренне любила дочь, но, пока та была совсем маленькой, не представляла, что с ней делать. Едва надобность в кормилице отпала, ее отослали обратно в Лондон, и Ровена наняла женщину из местных. Вместе с кормилицей Саласии та заботились о девочках. Вместе — потому что девочки почти все время проводили вместе. Только ночевать Хелена возвращалась наверх: Ровена была твердо уверена, что детям в подземельях не место. Она и Салазара пыталась убедить, что ребенку нужен свежий воздух, но Слизерин предпочитал, чтобы его дочь оставалась рядом с ним.

Когда же девочки подросли, Ровена начала давать им задания, которые и Хелена, и Саласия выполняли с большим интересом. Учиться нравилось обеим, и это полностью удовлетворяло леди.

Она не желала лишиться дочери, а то, что должно было произойти сегодня, могло стать причиной подобного.

Войдя в трактир, неожиданно пустой, баронесса обнаружила вольготно расположившегося там высокого черноволосого мужчину. При ее появлении мужчина встал и сделал несколько шагов вперед. Свет упал на его лицо, и Ровена узнала Джильбертуса Гонта. Годы, прошедшие с момента их последней встречи, ничуть не умалили его красоты, напротив, черты окончательно оформились, превратив тоненького юношу в представительного мужчину.

— Мое почтение, госпожа баронесса, — Джильбертус склонился в церемонном поклоне. Ровена машинально протянула ему руку, которую мужчина галантно поцеловал.

— Добрый день, — негромко, стараясь не выдать своего волнения произнесла леди. — Признаться, я удивлена, увидев Вас здесь.

Лорд Гонт тонко улыбнулся.

— Я здесь ради Мастера Салазара. Он… просил составить компанию человеку, желающему увидеться с Вами. Я, разумеется, не буду присутствовать при семейной встрече, однако…

Взгляд глубокий черных глаз встретился со взглядом Ровены, и женщина поняла то, чего он недоговорил. Похоже, Салазар не большее нее доверял ее супругу, и прислал на подмогу своего протеже.

— Он… один? — изо всех сил удерживая на лице равнодушную маску поинтересовалась баронесса.

— Не совсем. С ним двое очаровательнейших юношей. Но, уверен, Вы будете только рады их увидеть. Впрочем, они уже ждут Вас наверху. В последней комнате по коридору.

Ровена начала подниматься по лестнице, когда ей вслед донесся негромкий голос:

— И помните: я всегда к Вашим услугам.

Лестница была слишком короткой. Ровена, сама того не замечая, крепко сжала ладошку своей дочери и, собравшись с духом, толкнула указанную дверь.

Трое мужчин поднялись ей навстречу.

— Ну здравствуй, Ровена, — наконец, нарушая затянувшуюся тишину, по-французски произнес светловолосый мужчина.

— Здравствуй, Жозеф, — спокойно ответила баронесса, хотя ее сердце билось где-то в горле. — Чем обязана твоему посещению?

Барон сделал широкий жест, предлагая всем сесть. Ровена проигнорировала указанный ей стул, и опустилась на кровать, усадив рядом с собою дочь, которую по-прежнему держала за руку.

— Знаешь, — продолжил Жозеф, видя, что жена не собирается заговаривать первой. — Я тут все был в делах… Но слухи оказались упорными и настойчивыми, так что я больше не мог оставлять их без внимания. Конечно, про школу для юных волшебников я услышал еще несколько лет назад, но сперва не обратил внимания. И вот только недавно вспомнил, что Рейвенкло — это твоя девичья фамилия. Мысль о том, что моя супруга пребывает в одном замке с толпой совершенно посторонних мужчин меня, как ты понимаешь, радовать не может.