Отстрельщик

Рига наклонился ко мне и проорал:

— Круг над городом сделаем!

Для чего, не объяснил. Выживших спасать, точно не будут.

Вертушка пролетела над знакомыми домами Северного квартала, тут жила моя первая любовь, к которой я бегал через весь город. Интересно, что сейчас с ней?

Сам квартал был полу достроен, два-три дома ещё были без стекол и находились в этом состоянии уже лет десять не меньше. В этих бетонных лабиринтах мы, тогда ещё шпана, впервые курили травку, и пили водку. Половину из нас ещё до Армагеддона забрал другой вирус, — ВИЧ. Многим ведь одной травки мало.

Когда вертолет пролетал над построенной между домами, детской площадкой я с ужасом вжался в спинку. Все было забито мертвецами, абсолютно все. Они тянули руки вверх, словно молились невидимому божеству, хотя на самом деле вертолет выглядел для них больше как еда.

Пилот по приказу Лысого сделал ещё один заход вокруг скопления мертвецов. На этот вертолет промчался уж больно низко, хотя до крыш здания было больше чем сорок метров. Глядя в иллюминатор, я заметил, как в единой массе мертвецов кто-то прокладывает себе дорогу, уходя к домам. Однако из-за тряски мне могло и показаться.

Наконец, вдоволь, насмотревшись, пилот полетел дальше.

Если бы рынок не был крытым то мы увидели бы такую же картину, как и на Северном. На видимой его части, где в основном размещались парковки, и бабки с семечками их было не меньше. Мне стало жутко, от дома Фомича это было меньше чем в километре.

Через минуту я понял, что худшие мои опасения подтвердились, вертолет направился точно к тому дому. Подавляя в себе всяческое желание, взглянуть туда я все же не сдержался.

Зомби тут, как и утром было мало. Выстрелы привлекли только пару десяткой не больше. Там никто не мог выжить, никто. Хотя возможно я так оправдывал свою бесхребетность, ведь вступи я в бой, события могли быть другими.

— Или ты бы остался с ними! — Послышался голос, который можно было спутать с внутренним, но даже сквозь шум винтом я знал, что это был Рига. — Не кори себя!

Он как не бывало, уткнулся в иллюминатор, снова оставляя меня со своими мыслями. Проницательный человек, но говорил ли он подбадривающие слова?

Вертолет давно уже пролетел дом Фомича и по моей безопасной тропе, по которой я вышел к военным полетел прочь. Родная Журавлевка уже никогда не станет прежней, но всегда будет в памяти. Прощай.

Я думал, вертолет полетит в центр спасения (если такой есть) или командование, однако он направился в сторону соседки России. Сквозь шум винтов Рига объяснил, что они летят на все ещё обороняемый военный аэродром. Дозаправка не единая причина, у них там начались необъяснимые проблемы.

Пятнадцать минут пути и мы на месте. Воистину велик был гений Леонардо Да Винчи придумавший эту машину и не менее велик талант братьев Райт положивший начало эре воздушных перелетов.

Ещё до того как мы сели стало ясно, день обещает быть длинным. По всему аэродрому вспыхивали вспышки стрельбы. Как я понял, воевали люди с людьми. Неужели уже образовались банды? Хотя нашему брату многого не нужно. Достаточно одному авторитету спустить своих плов, а когда их множество…

— Будем садиться! — Прокричал Рига. — Оставайся в вертолете!

Можно подумать я собирался убивать их голыми руками.

Пули застучали по обшивке машины. Кому-то наше появление не понравилось. Вертолет закружило кругами и понесло куда-то не туда и не под тем углом. Ощущение абсолютно не те, что были меньше часа назад, на сей раз только страх и ужас, никакого восторга, ведь мы падали.

Пули… Вспышка… Дым в кабине… Потеря сознания…

The death of one is a tragedy

The death of a million is just a statistic

Marilyn Manson — Fight Song

(тут все ещё пробел)

С того момента как я присоединился к воякам прошел месяц. Тот короткий обмен информацией с ЦКЗ подтвердил, что Одинцов все ещё там, однако попасть к отцу и семье мне не удалось. Судьба круто подставляла мне бок чуть ли не в каждом городе, в котором скрываться от мертвецов приходилось сутками.

Уже через неделю я понял, что одними прыгунами разнообразие шатунов не остановилось. Я видел жутких созданий сотворенных из переплетенных тел нескольких людей. Два дня мы гоняли по городу мертвеца способного управлять всеми шатунами в округе. В одной школе маленькая девочка одним лишь движением руки вызывала у человека кровавый понос и рвоту. Мне вспоминались все эти люди, которые якобы могли двигать предметы, выдели будущее. Теперь их таланты развились в полной мере, но служат другой цели.

Но самое страшное выжившие стали объединяться в банды и секты, которые по своим зверствам могли соперничать с самыми свирепыми шатунами, которых я только встречал. В столкновении с одними такими сектантами провозгласивши, что пришел Апокалипсис я и расстался с военными. Двое из них были убиты, один пленен. Мы с Ригой бежали, но он умер от пулевых ранений, и я снова остался сам.