Фандом: Ориджиналы. О капитанах крылатых кораблей и наблюдательности младших сестёр.
27 мин, 20 сек 11044
Птица переминалась с лапки на лапку и горделивым презрительным взглядам окидывала всех, кто к ней подходил. Капитан нежно погладил птицу, и та что-то пробормотала. Мелании даже показалось, что нечто похожее на человеческую речь. Мелла даже вздрогнула от неожиданности. А капитан рассмеялся. Просто рассмеялся, и она почувствовала себя гораздо спокойнее.
— Только не давай ему слишком много, — сказали ей так же тихо и всё продолжая улыбаться, и Мелания сама улыбнулась.
Капитан присел перед ней на корточки — иначе Мелла ни за что на свете не дотянулась бы до его плеча. Она отломила от печенья кусочек и протянула руку. Птица выхватила лакомство из её пальцев своим крючковатым клювом и стала есть. Почему-то это привело Меланию в восторг. Ей захотелось захлопать в ладоши. Но ей совсем не хотелось показаться глупой или странной в глазах капитана, и Мелла сдержалась. Хоть и с большим трудом.
— Твоя старшая сестра сегодня дома? — спросил он.
Мелания сразу же выпалила, что Алетея придёт с учёбы где-то через час. Капитан сощурился и, кажется, сообразил, что она видела его той ночью, так как снова расхохотался в голос. Мелла едва не стукнула себя по лбу — если она хотела сделать вид, что совсем не знает его, ей следовало спросить, какую из сестёр он имеет в виду. Разведчик из неё не самый хороший. Мелл давно это знала. Но так проколоться…
— Передай ей, что Хорен завтра будет ждать её на Летней площади, — сказал капитан, взъерошил Мелании волосы и тут же ушёл из лавки.
И Мелла, наверное, минут пять просто стояла и смотрела на дверь. Потом она спохватилась и бегом кинулась в свою комнату. Ей было стыдно, безумно стыдно, что скрыть своё присутствие в ту ночь не удалось. И любопытно узнать о Хорене ещё что-нибудь — теперь, когда Мелания знала его имя, она получила так же возможность узнать в порту, как называется и как выглядит его крылатый корабль. И, возможно даже, ей позволят подняться на него и посмотреть.
Алетее о капитане Хорене она сказала уже за ужином — точнее, за минуту до него. Просто шепнула ей на ухо и тут же вернулась за стол, беспокоясь, что та начнёт расспрашивать. Но Аля ничего не сказала. Лишь коротко кивнула и села за стол, словно ничего и не было. Даже волосы не поправила, и в лице совсем не изменилась, сколько Мелла не пыталась увидеть хоть какой-нибудь признак эмоций на её лице.
Мелания чувствовала себя не слишком-то хорошо. Она ожидала другой реакции от Алетеи. Например, что-то похожее на благодарность — когда Мелла передала подобную весточку от Дастина, Градения выглядела очень счастливой, и на следующий день купила сестре каких-то сладостей на ярмарке. А тут… Ничего. Никакой реакции — ни удивления, ни какой-никакой радости… Даже обидно как-то. Мелания подумала, что если бы её приглашал на свидание самый настоящий капитан крылатого корабля, она была бы на седьмом небе от счастья. А Алетея казалась совершенно отстранённой. Она даже ни на кого не смотрела. Просто ела и даже ничего не слушала.
За столом, как и обычно, много говорили. О делах в лавке, о людях, которые туда заходили, о школе — Пэм наябедничала матери, что Мелания лазала по забору, а та в ответ рассказала, как Пеймлия улизнула с занятий после обеда. И Пэм пыталась пнуть её по ноге под столом, но попала по ноге Уоткина, который тут же пнул её в ответ.
Градения за ужином ещё сказала матери, что ни разу в жизни не видела человека более отталкивающего, чем один покупатель сегодня — тот, с безобразной разноцветной птицей на плече, а Пеймлия сказала, что он был бы красавчиком, если бы его плащ не был таким отвратительно старым и потрёпанным. Мелания случайно услышала это, и это почему-то показалось ей отвратительным, хотя обычно она и сама активно принимала участие в обсуждении покупателей. Обычно это было весело, но сегодня у Меллы не было никакого желания что-либо говорить про него.
На следующий день, ни мама, ни Градения, ни Пеймлия его не помнили (а Аля, всё-таки, выскользнула из дома куда-то, и мама всё утро искала её, и только Мелла знала, где именно могла быть Алетея). Сколько Мелания себя знала — они всегда забывали всё самое важное. Впрочем, девочку это нисколько не волновало. Она просто пыталась изобразить в новеньком альбоме птицу — ту яркую птицу с плеча капитана. И Мелла даже нашла, как она называется, в одной из папиных энциклопедий.
Ещё два месяца спустя Алетея внезапно попросила родителей отпустить её покататься на коньках. Вообще-то, она не каталась с тех пор, как поступила в своё травоведное училище. И она терпеть не могла, когда кто-либо отвлекал её от занятий и куда-то приглашал. Родители были только рады, и Аля выпорхнула из лавки, закутавшись в ватное пальто и пуховый платок.
— Только не давай ему слишком много, — сказали ей так же тихо и всё продолжая улыбаться, и Мелания сама улыбнулась.
Капитан присел перед ней на корточки — иначе Мелла ни за что на свете не дотянулась бы до его плеча. Она отломила от печенья кусочек и протянула руку. Птица выхватила лакомство из её пальцев своим крючковатым клювом и стала есть. Почему-то это привело Меланию в восторг. Ей захотелось захлопать в ладоши. Но ей совсем не хотелось показаться глупой или странной в глазах капитана, и Мелла сдержалась. Хоть и с большим трудом.
— Твоя старшая сестра сегодня дома? — спросил он.
Мелания сразу же выпалила, что Алетея придёт с учёбы где-то через час. Капитан сощурился и, кажется, сообразил, что она видела его той ночью, так как снова расхохотался в голос. Мелла едва не стукнула себя по лбу — если она хотела сделать вид, что совсем не знает его, ей следовало спросить, какую из сестёр он имеет в виду. Разведчик из неё не самый хороший. Мелл давно это знала. Но так проколоться…
— Передай ей, что Хорен завтра будет ждать её на Летней площади, — сказал капитан, взъерошил Мелании волосы и тут же ушёл из лавки.
И Мелла, наверное, минут пять просто стояла и смотрела на дверь. Потом она спохватилась и бегом кинулась в свою комнату. Ей было стыдно, безумно стыдно, что скрыть своё присутствие в ту ночь не удалось. И любопытно узнать о Хорене ещё что-нибудь — теперь, когда Мелания знала его имя, она получила так же возможность узнать в порту, как называется и как выглядит его крылатый корабль. И, возможно даже, ей позволят подняться на него и посмотреть.
Алетее о капитане Хорене она сказала уже за ужином — точнее, за минуту до него. Просто шепнула ей на ухо и тут же вернулась за стол, беспокоясь, что та начнёт расспрашивать. Но Аля ничего не сказала. Лишь коротко кивнула и села за стол, словно ничего и не было. Даже волосы не поправила, и в лице совсем не изменилась, сколько Мелла не пыталась увидеть хоть какой-нибудь признак эмоций на её лице.
Мелания чувствовала себя не слишком-то хорошо. Она ожидала другой реакции от Алетеи. Например, что-то похожее на благодарность — когда Мелла передала подобную весточку от Дастина, Градения выглядела очень счастливой, и на следующий день купила сестре каких-то сладостей на ярмарке. А тут… Ничего. Никакой реакции — ни удивления, ни какой-никакой радости… Даже обидно как-то. Мелания подумала, что если бы её приглашал на свидание самый настоящий капитан крылатого корабля, она была бы на седьмом небе от счастья. А Алетея казалась совершенно отстранённой. Она даже ни на кого не смотрела. Просто ела и даже ничего не слушала.
За столом, как и обычно, много говорили. О делах в лавке, о людях, которые туда заходили, о школе — Пэм наябедничала матери, что Мелания лазала по забору, а та в ответ рассказала, как Пеймлия улизнула с занятий после обеда. И Пэм пыталась пнуть её по ноге под столом, но попала по ноге Уоткина, который тут же пнул её в ответ.
Градения за ужином ещё сказала матери, что ни разу в жизни не видела человека более отталкивающего, чем один покупатель сегодня — тот, с безобразной разноцветной птицей на плече, а Пеймлия сказала, что он был бы красавчиком, если бы его плащ не был таким отвратительно старым и потрёпанным. Мелания случайно услышала это, и это почему-то показалось ей отвратительным, хотя обычно она и сама активно принимала участие в обсуждении покупателей. Обычно это было весело, но сегодня у Меллы не было никакого желания что-либо говорить про него.
На следующий день, ни мама, ни Градения, ни Пеймлия его не помнили (а Аля, всё-таки, выскользнула из дома куда-то, и мама всё утро искала её, и только Мелла знала, где именно могла быть Алетея). Сколько Мелания себя знала — они всегда забывали всё самое важное. Впрочем, девочку это нисколько не волновало. Она просто пыталась изобразить в новеньком альбоме птицу — ту яркую птицу с плеча капитана. И Мелла даже нашла, как она называется, в одной из папиных энциклопедий.
Ещё два месяца спустя Алетея внезапно попросила родителей отпустить её покататься на коньках. Вообще-то, она не каталась с тех пор, как поступила в своё травоведное училище. И она терпеть не могла, когда кто-либо отвлекал её от занятий и куда-то приглашал. Родители были только рады, и Аля выпорхнула из лавки, закутавшись в ватное пальто и пуховый платок.
Страница 5 из 8
