Overtime — Дополнительное время

— Ну разве не уроды? — пожаловался Оливер, перехватывая Гарри. — Кого они набрали? На этом уровне предполагается, что хоккеист хотя бы знает правила.

— Оливер, — вдруг спросил Гарри, — скажи, что ты видел?

Оливер непонимающе замотал головой.

— Тогда, когда тебя зацепил Малфой, и ты остался сидеть на площадке.

— А, это, — отмахнулся Оливер. — Меня уже этот инспектор достал. Несколько раз звонил даже домой, жутко настырный. Мое счастье, что я даже клюшкой не мог дотянуться до этой кучи, иначе точно затаскали бы по допросам.

Судя по его тону, Шеклболт действительно успел из него вынуть всю душу, а может, у Оливера были какие-то свои причины не слишком любить полицию.

Муди, нецензурно ругаясь, менял игроков. Никаким Бэгменом и не пахло, и Гарри ощутил неприятное чувство дежа-вю. «Только бы опять ничего не случилось», — подумал он.

— Да ничего я толком не видел, — раздраженно ответил Оливер, — я думал, что у меня нога сломана. Видел, как этот парень… — он покрутил головой. — Такой коротко стриженый, со мной в нападении играл, его сегодня нет… он выбрался почти сразу, потом выехал Гойл, потом кто-то сломал клюшку.

«И это он называет» Ничего толком«, — поразился Гарри. Но это ему все равно не помогло, зато Муди, ткнув в него палкой, отправил на площадку.»

Гарри вообще не мог сосредоточиться на игре. Какая-то мысль никак не давала ему покоя. Он отбил пару шайб, уже летевших в ворота, потом его толкнули так, что он ударился об ограждение, и, подняв голову, увидел незнакомого человека рядом с Муди.

«Людо Бэгмен», — подумал он. Гарри нельзя было расслабляться, он должен был показать все, на что способен, но он не мог. Все движения он выполнял машинально, двигаясь при этом как несмазанный робот, а потом случайно взглянул на Гойла — у него был до чертиков удивленный вид, и смотрел он куда-то за спину Гарри.

Гарри резко обернулся и уклонился, ожидая, что на него кто-то несется, но сзади никого не было. Он снова посмотрел на Гойла — тот так и стоял, чему-то удивляясь, а потом неожиданно сорвался, в доли секунды преодолел расстояние до щуплого мальчишки, ведущего шайбу, в неуловимый момент перехватил у него шайбу и точным движением через всю площадку отправил ее в ворота соперника.

Рон заорал, Гарри почувствовал, что падает, но, разумеется, он твердо стоял на ногах. Так облажаться перед Людо Бэгменом, уйти с линии защиты своих ворот и пропустить шайбу, пусть даже тотчас поднялись вопли о нарушении правил. Игра продолжалась, но общее возмущение прервал только крик Ли в мегафон. Гарри настолько упустил игру, что не мог утверждать, что правила были нарушены.

Период закончился, Гарри специально задержался, пропуская вперед опять ко всему безразличного Гойла. Муди о чем-то горячо спорил с Бэгменом, Гарри замер, глядя на них, и так и стоял, пока Рон не хлопнул его по плечу.

— Ты как? — спросил Рон. — Вроде играл неплохо.

— Неплохо? — переспросил Гарри. — Я вообще не играл, если ты, конечно, имеешь виду хоккей, а не катание по площадке.

— Брось, — хмыкнул Рон, — выглядел ты потрясающе.

Гарри покосился на него — нет, Рон был искренен и не шутил.

— Рон, слушай, — начал было Гарри, сам еще не понимая толком, что хочет сказать. Ему казалось, что он что-то понял, но это «что-то» пока сам не мог себе объяснить. — Мне надо…

Рон легонько его подтолкнул и кивнул головой в сторону Муди и Бэгмена: те смотрели на них и улыбались, а Муди нетерпеливо подзывал Гарри к себе.

Гарри только сделал пару неловких шагов, как Муди замахал руками, едва не свалившись на Бэгмена, и заорал:

— Уизли! Глухой? Иди сюда! Что ты стоишь? Ну? Вот придурок.

Рон, понимая, что зовут его не на получение денежного приза, обреченно поплелся к Муди, а Гарри шлепнулся на скамейку и вытянул ноги.

Удивленный Гойл. Почему он не понял этого сразу? И рассказ Оливера, который «ничего толком не видел», но видел более чем достаточно и, в отличие от Гарри, все верно передал…

«Какой же я идиот… — разочарованно подумал Гарри. — Малфой прав — идиот». Надо было доиграть, загнать как можно дальше уязвленное чувство собственного достоинства и ехать к детективу-инспектору Шеклболту.

— Уизли, Криви! — раздался над площадкой усиленный мегафоном голос Ли Джордана. — Уизли, Криви, переодеваться и в кабинет тренера Муди!

Гарри поднял голову: Муди уже прохромал в двери, ведущие в офисные помещения, и в дверном проеме контуром была отрисована фигура Бэгмена. А растерянный Рон стоял, сняв визор, и виновато смотрел на Гарри. Рядом, испуганный и бледный, стоял худенький жилистый мальчишка, по виду совсем подросток, очевидно, это и был тот самый Криви… Остальные, поняв, что перерыв будет долгим, молча таращились на них, и в глазах одних была радость, в глазах других — зависть, а третьи просто ничего не понимали.