Ожерелье

Насупившийся Арно хотел было что-то возразить, но не успел. Откуда-то издалека до них донесся странный перезвон. Оливье с Одеттой буквально подскочили на месте, Эжен замер на диване неподвижно. Арно бросился обратно в комнаты. Спустя несколько мгновений Оливье присоединился к нему.

Перезвон смолк, но вскоре зазвучала странная мелодия. К тому времени, когда Эжен дошел до самой первой комнаты, зазвенело что-то третье, но уже во второй комнате. Оливье держал в каждой руке по светящейся коробочке, а вслед за Эженом вошла Одетта с третьей.

— Может, не стоило брать их в руки? — нахмурился король.

— Но с ними ничего не происходит, — Оливье для наглядности встряхнул коробочками, однако к своему господину приближаться не стал. — Они просто звенят и… э-э-э… слегка трясутся.

— И светятся, — негромко добавила Одетта.

Снова зазвучал перезвон. Потом мелодии вперемешку. И снова. И снова. Когда Эжен поморщился, устав от этих звуков, Оливье отобрал у сестры третью коробку и засунул в кровать под тюфяк. Стало почти неслышно, доносилось лишь легкое гудение.

— Предлагаю покинуть эту комнату, — светским тоном заявил Оливье. — Пока ждем, не объявится ли наш таинственный хозяин, можно заняться чем-нибудь поинтереснее, чем смотреть на звенящие коробки.

Постепенно все разбрелись по разным помещениям. Эжен, поколебавшись немного, выбрал себе одну из книг со шкафа во второй комнате и удалился с нею на террасу. Там закатное солнце еще давало свет, в то время как внутри становилось уже темновато. Оливье почти бесшумно курсировал из одной комнаты в другую, то и дело что-то осторожно выстукивая и ощупывая. Одетта обнаружила в третьей относительно большой комнате «нечто съестное» и пыталась понять, можно ли это, такое холодное, давать любимому супругу. Арно не сомневался, что может съесть что угодно, однако не стал спорить с женой и опустился на диванчик возле стола, собираясь дождаться ее решения.

Однако стоило ему сесть, как мысли о еде выскочили у него из головы. Черный прямоугольник на противоположной стене засветился и ожил. Какие-то люди в странных одеждах задвигались и заговорили. Очень скоро Арно окончательно потерял связь с реальностью, полностью погрузившись в происходящее по ту сторону рамы. Он даже почти не заметил, как через некоторое время Одетта подсунула ему что-то прохладное — но, главное, мясное.

Оливье зашел за королем, когда уже почти стемнело. Он осторожно вынул книгу из рук Эжена и поинтересовался:

— И как она?

— Странная, — задумчиво произнес король. — Боюсь, я так толком и не понял, про что она. Однако… интересно. Мне еще ни разу не попадались такие книги, так что очень хотелось бы в ней разобраться.

— Если бы только в ней, — вздохнул Оливье. — Пойдемте лучше спать?

— А как там Арно с супругой? — встрепенулся Эжен.

— Они нашли себе и хлеба, и зрелищ, — усмехнулся Оливье, успевший уже несколько раз заглянуть в ту комнату. — Вы не поверите, там картина на стене показывает живых людей. И не совсем людей тоже. И ни разу не повторяется!

Эжен желания ознакомиться с таинственной картиной не высказал. Он вообще сильно устал за сегодняшний день — еще тогда, когда находился у себя. Король собирался еще поработать перед сном в своем кабинете, и совершенно не ожидал такого внезапного приключения. От переизбытка же новых впечатлений у него окончательно разболелась голова.

— Что ж, — произнес он вслух, — я очень рад за них. А ты прав, нам лучше отправиться спать. Вот только…

Он смущенно замолчал. Несмотря на то, что во время нездоровья Оливье не раз сталкивался с необходимостью помогать своему королю в интимных вопросах, в остальное время даже упоминать о подобном ему казалось некорректным. Однако Оливье отлично понял его.

— О! — оживился он, — пока все культурно развлекались, я тут обнаружил несколько весьма занятных и полезных вещей. Пойдемте, я вам быстро все покажу — и обещаю, вашему сну ничего не помешает.

На самом деле, с самой маленькой комнатой Оливье разобрался довольно быстро. Во дворце для справления естественных надобностей использовали деревянные стулья с подставленными внутрь горшками — дабы сиятельным господам не приходилось наклоняться. Стул, находившийся в комнатенке, деревянным не был — Оливье затруднился определить материал, — как не был он и полым. Однако удалось обнаружить, что он в каком-то смысле бездонный. При нажатии металлического кружка в самом верху спинки откуда-то начинала литься вода, да так, что брошенный ради интереса комок, свернутый из бумаги, висящей рулоном рядом, исчезал в маленьком водовороте.

Именно это Оливье с гордостью и продемонстрировал своему королю. А чтобы было лучше видно — внутри помещений уже царила кромешная тьма, — он провел рукой по стене, и сверху полился яркий свет. Эжен, привыкший уже к сумраку, вздрогнул и прикрыл глаза ладонью.

— Это что такое? — спросил он, щурясь. — Откуда?