Палата 40

Я был тогда еще молодым неопытным доктором, когда оказался в этой клинике. Заведующий показывал мне пациентов в комнатах, все они были не очень тяжелыми, поэтому могли передвигаться по клинике, опасности для других они не представляли.

— В основном все пациенты нашего отделения замкнуты в себе, на их глазах произошли смерти близких им людей. И они не смогли этого пережить. Вред они способны принести лишь себе. Нужно следить, чтобы у них не оказалось никаких острых предметов. Для них любой предмет может стать оружием самоубийства. — сказал заведующий проводя меня по коридорам отделения.

Я остановился возле камеры с девушкой, которая сидела на кровати и что-то рисовала. Я долго смотрел, а потом понял, что хочу работать именно с этой пациенткой.

— Что с ней произошло? — спросил я у доктора, не отрывая глаз от нее.

— Увидела труп своего брата, когда пришла с учебы домой. Мать нашла ее возле тела сына, когда пришла с работы. Девушка плакала, но при этом ехидно хихикала и иногда это переходило в истерический смех. Она безобидна. Думаю, вы можете с ней поработать — доктор похлопал меня по плечу и дал ее историю болезни.

Я вошел в комнату, она была открыта. Девушка сидела на кровати с толстым альбомом. Ее волосы спадали на лицо. Она подняла на меня свои зеленые глаза. Я был поражен ее красотой. Сквозь бледность ее кожи и темные круги под глазами, я видел ее красоту.

— Ты выглядишь здоровой! Я вижу, что ты просто мучаешь себя бессонницей! — сказал я девушке и потянулся за альбомом. Но она хлопнула меня по руке и спрятала альбом под подушку.

— Вам нечего здесь делать! Убирайтесь! — девушка зло посмотрела на меня, — мне не нужно ваше лечение!

Я вышел из комнаты, нервный и какой-то уставший. Я приехал домой, но не мог забыть ее лица. Я взял ее историю болезни и стал изучать. Ее звали Каролина. Ей было 18 лет. В клинике она находилась всего год. Мне казалось, что она полностью здорова, я был просто уверен в этом.

Наутро я поехал в клинику, прихватив с собой пару психологических тестов. Ее привели в мой кабинет и усадили на стул. Ничем не привязывали, ничем не кололи. Просто привели и посадили. Я долго смотрел на нее. А она не отрывала взгляда от меня. Когда же мне стало жутко, я передал ей тест.

— Я не буду ничего решать! — девушка убрала бумаги.

— Тогда ты признаешь себя здоровой? — я усмехнулся! — так давай мы напишем тебе справку и выпустим на «свободу». Я заметил, как она переменилась в лице, взяла ручку и листок. Не обдумывая, она просто ставила галочки. Я видел что ей это неинтересно. я понял, что она просто не хочет выходить из клиники, она вынуждена тут быть…

— Ты чего-то боишься! Почему ты боишься, что тебя выпишут? Ты специально не спишь, чтобы казаться больной! А эти порезы на руках? Они не глубокие, а значит, ты не хотела умереть. — я стал подходить к ней.

— Доктор, да вы видите меня насквозь, но не думайте что я вот так просто все расскажу вам и кинусь на шею — девушка ехидно улыбнулась и продолжила ставить галочки.

Я взял ее за руку и посмотрел в ее пустые глаза:

— Расскажи как все было! — я сказал в приказном тоне.

— Вы отважный, раз решились услышать мою историю! Я вам расскажу! — она поежилась на стуле и подтянула ноги под себя, — это было начало зимы. Я приехала с учебы. Когда я вошла в комнату, мой брат лежал на полу, под ним была огромная лужа крови! Все кишки были наружу, а его тело превращено в кровавое месиво! Я не знаю кто это сделал! Его не поймали до сих пор. — девушка опустила ноги на пол и мило улыбнулась.

— Вижу, ты не очень сожалеешь? — я был ошарашен на столько милым выражением лица Каролины.

— Я? Просто так много времени прошло. И мне уже все равно — девушка встала — я пойду в свою комнату.

Я, полный тяжелых мыслей, отправился домой. Я долго не мог уснуть, на часах было два часа ночи. Я одел куртку, выбежал из дома. Сел в машину и поехал в клинику. Меня впустил дежурный врач. Я сразу направился на нужный мне этаж, вбежал в ее комнату, но Каролины не оказалось в постели. Я достал телефон и стал освещать комнату, но ее нигде не было. Я не стал медлить и убрал подушку, там лежал тот самый альбом. Я медленно открыл, меня ошарашивали рисунки, повторяющиеся на каждой странице. Комната, лужа крови, лежащий труп, девушка рядом с ножом…

Я обернулся, она стояла сзади. Ее глаза горели в лунном свете.

— Что это значит? — я проглотил кусок, застрявший в горле.

— А что вы думаете, это такое? — она подходила ближе…

— Ты… ты… — я отходил назад, но мое тело уперлось в стену.

— Да… Я убила своего брата! — она стала смеяться, смех был ужасным! Мурашки побежали по коже.

— Я его ненавидела! — я схватил ее за руку и хотел вывести из комнаты, но она ловко вывернула тонкое запястье, из-за во второй руки сверкнул нож и она стала им размахивать, медленно подходя ко мне, ее лицо исказила кривая улыбка, делающая ее в лунном свете просто бешеной психопаткой.