Палата 40

Мне некуда было отходить, но я ведь был мужиком. Пара ловких движений и я выбил нож из ее руки. Она явно этому не обрадовалась и, немного постояв, Каролина накинулась на меня, обвив меня тонкими ногами, она вцепилась зубами мне в шею и откусила кусок кожи. Я стал громко орать, приложил руку к шее и кинулся из комнаты, я бежал по коридору, не оглядываясь, первый раз в жизни я так боялся. Я завернул за угол и встал немного отдышаться. Я услышал медленные шаги. А потом они затихли. Я слышал сопение, как будто она стоит за моей спиной, но там была стена. Я выглянул за угол, но ее не было видно, я опустил глаза. Эта сука подползала ко мне, я просто замер от страха. Кровь хлестала из моей раны. И тут она подползла, я увидел нож, она со всей силы воткнула его в мой кроссовок.

Я упал, стал, кряхтя ползти подальше от этой психопатки. Она встала, ее белая пижама была вся в крови, она слизывала мою кровь со своих рук и продолжала улыбаться. Мои глаза стали закрываться, я видел, как сзади нее подбежали санитары и просто свалили ее на пол, потом я просто отрубился.

Прошло несколько месяцев, меня выписали из больницы. Я пока еще ходил с тростью. Было начало лета. И ноги несли меня к этой самой клинике. Я вошел в нее и на душе стало так тяжело. Я поднялся на этот самый этаж, пошел в ее комнату. Открыв двери, я увидел бардак, разбросанные листки альбома с рисунками…

— Ее здесь больше нет, Том… — она теперь в отделении для тяжело-больных психопатов… — врач взял меня за плечо. Я вздрогнул.

— Отведите меня к ней… — я сам удивился своим словам, но почему-то я хотел ее увидеть.

Мы спустились на нижний этаж, прошли в подвал. Там уже были не комнаты, а камеры, с железными решетками и автоматическими замками. Мы прошли к самой дальней. Врач постучал металлической дубинкой по решетке.

— Эй! Каролина! К тебе пришли! Изволь поднять свою тушу. — врач злобно посмотрел на девушку, — с ними по другому нельзя! Они не люди! — я кивнул согласившись с доктором. Врач ушел, оставив меня наедине с ней.

Я долго смотрел на нее, а она только смотрела на мой большой шрам на шее. Мне показалось, что она сожалеет об этом. Я подошел ближе к решетке:

— Каролина… разве ты этого хотела? Хотела оказаться тут?

Она накинулась на решетку и стала ее дергать! Я отшатнулся, а она стала орать.

Я развернулся и пошел по коридору прочь отсюда, а она все кричала:

— Это ты виноват что я здесь! Я убью тебя! Я убью тебя, чертов ублюдок! — ее крик был полон ненависти и отчаяния.

А я спешил убраться отсюда, казалось, сейчас она окажется за моей спиной и убьет меня, но я лишь осознавал, что ее крик становится тише, по мере того, как я отходил дальше от ее камеры. Я никогда больше не вернусь в это место…