Многие повествования рассказывают о нем, как об одном из величайших чудес Арды. Говорят, что имело оно вид серебряного бассейна, стоящего на невысоком пьедестале, выполненном в форме ветвистого дерева, и принадлежало владычице Лориена. И могло зеркало Галадриэль показывать то, что будет, и то, чего не будет никогда, и то, что может произойти, если очень постараться, и то, чего не произойдет все равно, как бы ты ни выпендривался, и много еще разной бессмысленной ерунды. А потому быстро надоедали такие дела эльфам, и начинали требовать Эльдар, чтобы королева переключила на футбол.
5 мин, 24 сек 4703
Но все же много интересных событий увидала в своем волшебном зеркале владычица Лориена. Так открылась прекрасной Галадриэль тайна гибели Чебурека Трясун-заде, Первого визиря хана Харадского, Обдурека Пятнадцатого. На зеркальной поверхности озера возник богато изукрашенный зал с высоким троном. На троне, выложенном драгоценными камнями, под красными флагами и портретами религиозных авторитетов восседал хан. А перед ним со словами восхищения и раболепия склонился Первый визирь:-«Как прекрасны Вы собою, о великий хан! Как красива Ваша прическа из тысячи стоячих кос!» И вскочил на ноги хан Харада, и засверкали от ярости глаза его:-«О, собачий сын, нечестивец! То не волосы на голове моей, то рога, что наставил мне мой гарем со Вторым Назгулом! Разве не велел я тебе запирать на замок по ночам вентиляцию?!» И выхватил хан Харада из ножен кривую саблю… Но тут испугалась прекрасная Галадриэль и переключила на другую программу.
Там увидела владычица Лориена демона Саурона, коленопреклоненного перед Шелоб, ибо поразила любовная страсть Гортаура Жестокого. Нарядился в лучшие доспехи свои Саурон, позолотил рога, заплел хвост и завязал на нем бантик. И облобызал он все восемь ног своей возлюбленной, и долго говорил демон к сердцу ее. Обещал Саурон построить Шелоб новую комфортабельную помойку, гораздо более вонючую, чем та, на которой ныне проживало чудовище. И говорил Саурон:-«Любишь подкрепляться ты моими орками, что захаживают к тебе на свалку в поисках съедобных отбросов? Верно, неважно кормят в армии Мордора. Не желаешь ли ты, о восхищение рогов моих, чтобы кормил я солдат своих еще хуже? Больше будет их приходить! О, ответь мне, возлюбленная моя, одари взглядом хотя бы левого восьмого глаза!» Но не трогали Шелоб страдания Саурона и пылкие речи его, ибо желала она лишь жрать да жрать, и никакой в ней не было духовности. И смотрела Шелоб только на дракона Глаурунга, да и то сугубо потому, что дракон — это очень много свежего мяса. Томно вздохнула паучиха, булькая ядом, и мечтательно произнесла, пялясь на ящера:-«Ням-ням!» Поднялся тогда Гортаур Жестокий с колен в великом отчаянии и гневе, и проклял он жестокосердных женщин. И призвал он мужчин не доверять им сердец своих, ибо подлы и корыстны жены, и всем им только одного и надо.
И тут пошли по зеркалу Галадриэль какие-то помехи, стали мелькать кадры, и испортилось изображение. Возмутились эльфы в кинозале, подняли они свист да топот, и закричали:-«Сапожник! Киномеханика на мыло!» Чертыхнулась владычица Лориена и, сдвинув на ухо корону, стала в очередной раз отлаживать волшебное зеркало.
И вот предстал взорам эльфов маленький отряд, пробирающийся сквозь лес по узкой тропинке.
— Помните, что сказал нам Элронд: «Вы должны опасаться глаз и ушей слуг Саурона, ибо вскоре его шпионы — пешие и крылатые — заполнят земли севера!»-молвил Фродо, серьезно насупившись.
— Да, надо двигаться очень тихо и скрытно!-горячо поддержали его Сэм и Мерри.
И все трое, громко затянув веселую песню, продолжили путь. Рядышком ехал эльф Всеславур, оглушительно бренча бубенчиками на сбруе своего коня.
— Ну что ж, вперед, и пусть бегут все враги Гондора!-воззвал Боромир, сын Денетора, и затрубил в рог.
Эхо полетело от скалы к скале, и все кто услышал его в окрестностях, вскочили на ноги. (Вернее сказать, вскочили-то они гораздо раньше от воплей хоббитов, недоумевая, что же это такое — сирена воздушной тревоги или стадо слонов бронепоездом переехало? А от Боромировой трубы в деревенских домах вообще повылетали окна и посдувало крыши.) — О, это уже излишне, дорогой Боромир, вы можете привлечь врага!-сказал Всеславур.
(На его прекрасном лице были заметны следы очевидных умственных усилий.) — Может быть, — согласился Боромир,-Но я всегда трублю в свой рог, пускаясь в путь!
Там увидела владычица Лориена демона Саурона, коленопреклоненного перед Шелоб, ибо поразила любовная страсть Гортаура Жестокого. Нарядился в лучшие доспехи свои Саурон, позолотил рога, заплел хвост и завязал на нем бантик. И облобызал он все восемь ног своей возлюбленной, и долго говорил демон к сердцу ее. Обещал Саурон построить Шелоб новую комфортабельную помойку, гораздо более вонючую, чем та, на которой ныне проживало чудовище. И говорил Саурон:-«Любишь подкрепляться ты моими орками, что захаживают к тебе на свалку в поисках съедобных отбросов? Верно, неважно кормят в армии Мордора. Не желаешь ли ты, о восхищение рогов моих, чтобы кормил я солдат своих еще хуже? Больше будет их приходить! О, ответь мне, возлюбленная моя, одари взглядом хотя бы левого восьмого глаза!» Но не трогали Шелоб страдания Саурона и пылкие речи его, ибо желала она лишь жрать да жрать, и никакой в ней не было духовности. И смотрела Шелоб только на дракона Глаурунга, да и то сугубо потому, что дракон — это очень много свежего мяса. Томно вздохнула паучиха, булькая ядом, и мечтательно произнесла, пялясь на ящера:-«Ням-ням!» Поднялся тогда Гортаур Жестокий с колен в великом отчаянии и гневе, и проклял он жестокосердных женщин. И призвал он мужчин не доверять им сердец своих, ибо подлы и корыстны жены, и всем им только одного и надо.
И тут пошли по зеркалу Галадриэль какие-то помехи, стали мелькать кадры, и испортилось изображение. Возмутились эльфы в кинозале, подняли они свист да топот, и закричали:-«Сапожник! Киномеханика на мыло!» Чертыхнулась владычица Лориена и, сдвинув на ухо корону, стала в очередной раз отлаживать волшебное зеркало.
И вот предстал взорам эльфов маленький отряд, пробирающийся сквозь лес по узкой тропинке.
— Помните, что сказал нам Элронд: «Вы должны опасаться глаз и ушей слуг Саурона, ибо вскоре его шпионы — пешие и крылатые — заполнят земли севера!»-молвил Фродо, серьезно насупившись.
— Да, надо двигаться очень тихо и скрытно!-горячо поддержали его Сэм и Мерри.
И все трое, громко затянув веселую песню, продолжили путь. Рядышком ехал эльф Всеславур, оглушительно бренча бубенчиками на сбруе своего коня.
— Ну что ж, вперед, и пусть бегут все враги Гондора!-воззвал Боромир, сын Денетора, и затрубил в рог.
Эхо полетело от скалы к скале, и все кто услышал его в окрестностях, вскочили на ноги. (Вернее сказать, вскочили-то они гораздо раньше от воплей хоббитов, недоумевая, что же это такое — сирена воздушной тревоги или стадо слонов бронепоездом переехало? А от Боромировой трубы в деревенских домах вообще повылетали окна и посдувало крыши.) — О, это уже излишне, дорогой Боромир, вы можете привлечь врага!-сказал Всеславур.
(На его прекрасном лице были заметны следы очевидных умственных усилий.) — Может быть, — согласился Боромир,-Но я всегда трублю в свой рог, пускаясь в путь!
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 1 из 2
