Черная Мэри Сью или пародия-памфлет на «жесткую фэнтази»

В черном-пречерном гробу лежал мрачный-премрачный писатель и строчил леденящую кровь «жесткую фэнтази». О, прошли те времена, когда героями приключенческой литературы были застегнутый на все пуговицы пионер Петя, который даже под страхом расстрела не произнесет словосочетание «на фиг», или благородный прогрессор, спасающий слабых и угнетенных! Теперь конъюнктура поменялась. Все должно быть как можно грязней и ужасней. Положительные персонажи — как можно омерзительнее, а их жертвы — еще хуже героев-бандитов, дабы читателю грешным делом не показалось, что такие славные ребята, как главные действующие лица, способны обидеть кого-то зря. Как правило, мрачный-премрачный автор имел весьма смутное представление о том, что изображал в своих книгах. Но он справедливо полагал, что неверное отражение действительности и безграничную тупость сюжета можно с лихвой компенсировать увлекательными ужасами войны, восхитительными пытками, радующим глаз геноцидом и сексом во всех его проявлениях, а аморальность героев — их немеряной крутостью.

И вот, под завывание ночного ветра и зловещий стук клавиатуры, ловкие пальцы фантаста выплеснули на страницы романа такое, что даже черный-пречерный стол с гробом начали дрожать от страха, а все обитатели черного-пречерного леса, включая земляных червей, комаров и ежиков, с визгом рванули куда подальше. Писатель перевел дух и презрительно посмотрел им вслед. Моральные ретрограды, ханжи слабонервные! Да, сейчас новое время и мода на новых героев! Уронить в пропасть поезд со всеми пассажирами ради того, чтоб угробить одного-единственного личного врага — великий подвиг, если только его совершило тихое офисное чмо, переродившееся в непобедимого члена Братства Убийц из фильма «Особо опасен». Ведь как-никак главгер пережил духовную революцию и проделал над собой гигантскую работу! Раньше пареньком управляла фурия-начальница, подобие старой бегемотихи с язвой желудка. Теперь же им стал командовать ткацкий станок! Согласитесь, что производящий тряпки механизм и внешне гораздо симпатичней, и внутренне духовно богаче. Хотя страшно подумать, что осталось бы от человеческой цивилизации, поступи юный кретин под начало сливного бачка или швейной машинки… «У меня все будет гораздо круче,»-довольно подумал писатель,-«Этот фильм — розовые сопли, а я просто ошеломлю читателя своим реализмом!» Литератор гордо сплюнул на пол из гроба и продолжил творить с удвоенной энергией. В море трупов, океанах крови и руинах тысяч городов хилая логика произведения вкупе со здравым смыслом потонули окончательно и безвозвратно. И вот в адском горниле авторской фантазии выплавился и обрел жизнь бесподобный образ, затмивший всех страшилищ, когда-либо изобретенных человечеством. Он был«свирлеп и дик», аки сотня Бармаглотов, и неукротим, словно носорог, севший на горячую плиту. Это было очень мускулистое существо женского пола, Черная Мэри Сью. Звали ее Фенька. Ее организм, полученный в результате строгой генетической селекции, не содержал ничего лишнего. Он состоял из окровавленных тесаков вместо рук, зубастой пасти для брани и засосов, и первичных половых признаков. Даже в детстве ее не выгуливали без поводка и намордника. Свои первые убийства она совершила в яслях, утопив воспитательницу в кастрюле с манной кашей и живьем закопав в песочнице няньку. Интенсивность фенькиной сексуальной жизни, коя началась у нее в три года, была такова, что Черную Мэри Сью не раз вместе с очередным партнером засовывали в агрегат для сбивания масла. Стивен Кинг тайком списывал с этой бабы самых жутких своих персонажей, Голливуд лепил куклы монстров. Это, пожалуй, была и вся польза, кою мамзель приносила народному хозяйству.