Фандом: Black Lagoon. Неопознанный труп — самая обычная вещь для Роанапура. А вот его опознание может обернуться самыми неожиданными последствиями…
17 мин, 54 сек 14416
— Что-то случилось? — вышедшая из душа Реви сбросила полотенце и принялась одеваться.
— Я же говорил, что до войны собирался стать физиком? Ну вот, кое-что я сделать успел… И это письмо от профессора Такеды. Он прислал мне свою статью, и если его теория верна, Меньшова мы не найдем…
— Почему это?
— Потому что он оказался в параллельном мире. Если мой учитель нигде не ошибся, эти миры не только существуют, но и при определенных условиях могут пересекаться… Кстати, помнишь, ты удивлялась, когда поймала тот странный сигнал сингапурского маяка?
— Ну да…
— Так вот, это похоже на один из предсказанных учителем признаков совмещения миров…
— Однако… И ты думаешь, что самолет попал в этот параллельный мир?
— Да. Осталось только придумать, как все это растолковать Балалайке… — Рок подхватил карабин. — Пойдем.
Объяснить идею Балалайке оказалось гораздо легче, чем Рок ожидал. Выслушав, она просто пожала плечами и сказала:
— Знаешь, я встречала довольно много странных вещей, так что… Все может быть. И в таком случае он мог остаться в живых.
— Я бы на это не надеялся, — проворчал японец, — переход может оказаться смертельным сам по себе…
— Знаешь, почему я все еще жива? Потому, что никогда не теряла надежды и использовала даже самый мизерный шанс…
— Эй, Рок! — окликнул его из рубки Датч. — Куда идем-то?
— Если этот переход и существует, то где-то на Отмели демонов, — Рок пожал плечами, — тем более, что самолет над ней должен был пролететь…
— Ну ты и удружил, японец… Ладно, там неглубоко, глядишь, что и найдем… — сердито проворчал Датч.
— Первый раз слышу про Отмель демонов, — заявила Балалайка, протирая прицел винтовки.
— Зато мы эту байку частенько слышим, — флегматично отозвался Датч, — сам могу рассказать… В общем, местные верят, что кто-то из их божков заживо похоронил там двух демонов, которое теперь виноваты в исчезновениях рыбаков. И что интересно, рыбаки там и впрямь пропадают. Бесследно, причем… Не часто, правда, но все же…
— Замечательно. И ты считаешь это доказательством?
— Нет, но это его часть. А еще одна часть… Что, кстати это за туман?
— А это и есть вторая часть доказательства, — заглянул в рубку Мейен, — это не туман.
— Это точно, — согласился Бенни, — радар ослеп. Экран просто светится — и все.
— Я именно этого и ожидал, — сообщил физик, — чем длиннее волна, тем больше она здесь рассеивается. Если кто-нибудь мне поможет поставить лидары, эта проблема решится.
— Так если это не туман, то что? — Бенни подключил последний кабель, и синий лазер на треноге повернулся, сканируя горизонт.
— Зона интерференции суперструн, — начал Мейен, — в которой происходит совмещение по совпадающему развертыванию измерений…
— Смилуйтесь, Виктор Павлович! — взвыл Олег. — Мы тут все гуманитарии, которым нужна ветка сирени в космосе…
— Проще говоря, — вздохнул физик, — это место, не полностью принадлежащее нашему миру. И чем глубже мы зайдем в этот туман, тем дальше мы будем от своего мира и тем ближе к параллельному, где окажемся, если пройдем его насквозь. Однако, «дальше» и«ближе» в нашем случае нельзя понимать буквально…
— Дамы и господа, — неожиданно перебил ученого Олег, заглянув через плечо Бенни, — прямо на нас прется какой-то шантак…
Странный туман заставил Рока насторожится.
— Что такое? — осведомилась Реви, на полуслове оборвав рассказ о своей службе в «Летающих тиграх».
— Туман какой-то странный… Совершенно неподвижный и сгущается перед нами, как будто мы к какому-то центру приближаемся…
— Не знаю, что там за туман, — высунулся из надстройки Бенни, — но у меня не работают рация и радиокомпас, а магнитный вообще рехнулся и показывает север вместо юга…
— А гидрофон?
— Какой-то странный звук, как будто подлодка на электродвигателях надводном положении идет.
— Я что-то вижу, — Балалайка опустилась на колено, вскинув свой скорострельный карабин. Рок, прищурившись, встал за надстройкой, поудобнее пристраивая «Арисаку», а Реви присела рядом, держа наготове «Кольт»…
Странный силуэт уплотнился, превратившись то ли в миноносец, то ли в торпедный катер-переросток, а на палубе…
Балалайка — но в пятнистой пластунской куртке и голубом берете, припала на колено с незнакомой винтовкой у плеча… Реви — но длинноволосая, в непотребно коротких шортах из денима и еще более короткой блузке, с двумя пистолетами в руках…
Рок — но в белой рубашке с галстуком, с пистолетом в опущенной руке…
— Рок, — Балалайка опустила оружие и встала, — ты был прав… Это действительно параллельный мир…
— А вот и твой шантак… — пробормотала Балалайка, припав к прицелу. — Боже…
— Да это же CMB! — удивленно охнул Датч.
— Копии Рока, Реви и меня тебя удивляют меньше?
Датч поднял бинокль. Да… Рок в старой японской форме с карабином. Балалайка — в русском мундире начала двадцатого века с незнакомым оружием («Автомат Федорова» — охнул Олег). Коротко стриженная Реви с пистолетом — одним…
— Что здесь, вообще, происходит? — Рок забросил карабин за плечо, подошел к борту и закурил.
— Я же говорил, что до войны собирался стать физиком? Ну вот, кое-что я сделать успел… И это письмо от профессора Такеды. Он прислал мне свою статью, и если его теория верна, Меньшова мы не найдем…
— Почему это?
— Потому что он оказался в параллельном мире. Если мой учитель нигде не ошибся, эти миры не только существуют, но и при определенных условиях могут пересекаться… Кстати, помнишь, ты удивлялась, когда поймала тот странный сигнал сингапурского маяка?
— Ну да…
— Так вот, это похоже на один из предсказанных учителем признаков совмещения миров…
— Однако… И ты думаешь, что самолет попал в этот параллельный мир?
— Да. Осталось только придумать, как все это растолковать Балалайке… — Рок подхватил карабин. — Пойдем.
Объяснить идею Балалайке оказалось гораздо легче, чем Рок ожидал. Выслушав, она просто пожала плечами и сказала:
— Знаешь, я встречала довольно много странных вещей, так что… Все может быть. И в таком случае он мог остаться в живых.
— Я бы на это не надеялся, — проворчал японец, — переход может оказаться смертельным сам по себе…
— Знаешь, почему я все еще жива? Потому, что никогда не теряла надежды и использовала даже самый мизерный шанс…
— Эй, Рок! — окликнул его из рубки Датч. — Куда идем-то?
— Если этот переход и существует, то где-то на Отмели демонов, — Рок пожал плечами, — тем более, что самолет над ней должен был пролететь…
— Ну ты и удружил, японец… Ладно, там неглубоко, глядишь, что и найдем… — сердито проворчал Датч.
— Первый раз слышу про Отмель демонов, — заявила Балалайка, протирая прицел винтовки.
— Зато мы эту байку частенько слышим, — флегматично отозвался Датч, — сам могу рассказать… В общем, местные верят, что кто-то из их божков заживо похоронил там двух демонов, которое теперь виноваты в исчезновениях рыбаков. И что интересно, рыбаки там и впрямь пропадают. Бесследно, причем… Не часто, правда, но все же…
— Замечательно. И ты считаешь это доказательством?
— Нет, но это его часть. А еще одна часть… Что, кстати это за туман?
— А это и есть вторая часть доказательства, — заглянул в рубку Мейен, — это не туман.
— Это точно, — согласился Бенни, — радар ослеп. Экран просто светится — и все.
— Я именно этого и ожидал, — сообщил физик, — чем длиннее волна, тем больше она здесь рассеивается. Если кто-нибудь мне поможет поставить лидары, эта проблема решится.
— Так если это не туман, то что? — Бенни подключил последний кабель, и синий лазер на треноге повернулся, сканируя горизонт.
— Зона интерференции суперструн, — начал Мейен, — в которой происходит совмещение по совпадающему развертыванию измерений…
— Смилуйтесь, Виктор Павлович! — взвыл Олег. — Мы тут все гуманитарии, которым нужна ветка сирени в космосе…
— Проще говоря, — вздохнул физик, — это место, не полностью принадлежащее нашему миру. И чем глубже мы зайдем в этот туман, тем дальше мы будем от своего мира и тем ближе к параллельному, где окажемся, если пройдем его насквозь. Однако, «дальше» и«ближе» в нашем случае нельзя понимать буквально…
— Дамы и господа, — неожиданно перебил ученого Олег, заглянув через плечо Бенни, — прямо на нас прется какой-то шантак…
Странный туман заставил Рока насторожится.
— Что такое? — осведомилась Реви, на полуслове оборвав рассказ о своей службе в «Летающих тиграх».
— Туман какой-то странный… Совершенно неподвижный и сгущается перед нами, как будто мы к какому-то центру приближаемся…
— Не знаю, что там за туман, — высунулся из надстройки Бенни, — но у меня не работают рация и радиокомпас, а магнитный вообще рехнулся и показывает север вместо юга…
— А гидрофон?
— Какой-то странный звук, как будто подлодка на электродвигателях надводном положении идет.
— Я что-то вижу, — Балалайка опустилась на колено, вскинув свой скорострельный карабин. Рок, прищурившись, встал за надстройкой, поудобнее пристраивая «Арисаку», а Реви присела рядом, держа наготове «Кольт»…
Странный силуэт уплотнился, превратившись то ли в миноносец, то ли в торпедный катер-переросток, а на палубе…
Балалайка — но в пятнистой пластунской куртке и голубом берете, припала на колено с незнакомой винтовкой у плеча… Реви — но длинноволосая, в непотребно коротких шортах из денима и еще более короткой блузке, с двумя пистолетами в руках…
Рок — но в белой рубашке с галстуком, с пистолетом в опущенной руке…
— Рок, — Балалайка опустила оружие и встала, — ты был прав… Это действительно параллельный мир…
— А вот и твой шантак… — пробормотала Балалайка, припав к прицелу. — Боже…
— Да это же CMB! — удивленно охнул Датч.
— Копии Рока, Реви и меня тебя удивляют меньше?
Датч поднял бинокль. Да… Рок в старой японской форме с карабином. Балалайка — в русском мундире начала двадцатого века с незнакомым оружием («Автомат Федорова» — охнул Олег). Коротко стриженная Реви с пистолетом — одним…
— Что здесь, вообще, происходит? — Рок забросил карабин за плечо, подошел к борту и закурил.
Страница 4 из 5
