Перевозчик

— Как тебе мой прикид дорогой?!— завопила третья шустро, вскочив на бампер и сбросив с себя милицейскую форму, словно змея отслужившую ей кожу. Через мгновение, на широком капоте, лихо выплясывала полуразложившаяся девица в зелёной бейсболке и сиреневой изодранной ветровке.

Эдик всё понял. Таинственными регулировщицами были те самые дорожные проститутки, которых он когда то укокошил собственными руками. Бедняга вскрикнул и сильно ударил ногой смердящую бестию вцепившуюся остатками зубов в его колено. Сатанинское отродье, ударившись головой о торчавший сбоку огнетушитель, тряпичной куклой вылетело из открытой кабины. Парень, не мешкая, поспешил в туже дверь но, заметив, что мертвец поднимается, быстро забрался на крышу машины, а с неё ловко перебрался на высокий контейнер. Там он пригнулся и затих, наблюдая за происходящим и собираясь с мыслями.

— Кто же управляет этими грузовиками?— промелькнуло у него в голове. Хотя ответ на этот вопрос он, наверное, уже знал«.»

— Ну, здравствуй приятель?— услышал он неестественный голос у себя за плечами.

Эдик обернулся и на мгновение потерял дар речи. Перед ним стоял восставший труп, одетый в красную кожаную куртку, дырявые прогнившие джинсы и с золотым медальоном, в виде жалящего скорпиона, болтающегося на костлявой груди. Эдику была знакома эта побрякушка. Она принадлежала дальнобойщику, который организовал то злополучное мероприятие по незаконной перевозке нелегалов. Кроме как сзади машины забраться на контейнер неоткуда. По всей видимости, он и являлся водилой летучего голландца.

— Ну, что дружок? Гони должок, — с издёвкой, в рифму, прошепелявил редкозубый мертвец.

— Я… Я… У меня давно нет тех денег, — дрожащим голосом выдавил из себя до смерти перепуганный парень. — Хочешь, возьми машину! Возьми всё! Только отпусти.

— Не я тебя пленил не, мне и отпускать, — прохрипел смердящий труп и агрессивно защёлкал зубами. Затем вдруг замер, а через мгновение произнёс:— Нам теперь эти деньги ни к чему, он сорвал со своей груди золотой медальон и зашвырнул в сторону беснующихся и скачущих внизу оживших мертвецов. — Нам нужна твоя душа. И плоть!

— Плоть!

— Плоть!— наперебой закричали зомби окружившие машину со всех сторон.

— Ну, тогда хрен вы меня возьмёте, — выкрикнул Эдик и ловко проскочил мимо простёртых к нему глинисто-серых рук, с торчащими во все стороны прогнившими сухожилиями, водилы-стихоплёта. Затем, он с разбегу прыгнул на кабину голландца и, соскочив на асфальт, заметно прихрамывая, устремился по заросшему травой и бурьяном просёлку подальше от этого злополучного перекрёстка.

Изрядно запыхавшись, беглец остановился немного передохнуть и осмотреться. Местность показалась ему знакомой. Но где он находиться, с полной уверенностью, сказать было нельзя. Лишь внимательней всмотревшись в окутанную темнотой, едва проглядную даль, он различил очертания старой дамбы. Добежав до водоема, Эдик обнаружил, немного в стороне, до половины вытащенную на берег деревянную лодку. Рядом с ней, у тлеющего костра, спал захмелевший рыбак в окружении дюжины опустошённых пивных бутылок. Подбежав к мужику, Эдик принялся его отчаянно трясти. Пьяный субъект не глядя, отмахнулся от назойливого гостя затем, грубо выругавшись по матери, перевернулся на другой бок и громко захрапел.

Порывистый предгрозовой ветер гнал волну в сторону противоположного берега. Эдик прислушался, и ему вдруг показалось, словно сквозь высокие прибрежные кусты кто-то продирается, разводя в стороны корявые ветки и увязая в месиве берегового ила. Не мешкая ни секунды, он столкнул лодку на воду, и она плавно закачалась на взволнованной поверхности. Запрыгнув в нее человек, стал отчаянно грести в сторону противоположного берега, орудуя тяжёлыми вёслами.