Первородная кровь

— Маркус всегда заботился обо мне, так что я должна позаботиться о его даре. У тебя не получится охмурить меня до такой степени, чтоб я сама отдала тебе первородную кровь. Наверное, ты просто переоцениваешь свои способности… Я не успела договорить: Алекс сорвался с места и схватил меня. Одной рукой он сжал меня за талию, другой — остановил мой кулак, уже готовый наткнуться на его физиономию. Я попыталась вырваться, но он держал крепко, по-хозяйски, и прижимал так сильно, что меня охватил непонятный жар.

Какое-то время наслаждаясь моим бесполезным сопротивлением, он вдруг поцеловал меня, да так, что ноги подкосились, а голова закружилась. О такой реакции я обычно читала в бульварных романах, где мужчине только стоит поцеловать, а барышня уже падает в обморок, но чтоб самой оказаться в роли этой барышни — да я ни за что бы в это не поверила!

Но так получилось, что Алекс знал толк в поцелуях и своими губами, языком и руками сделал из меня податливую, глупую барышню из романа… А потом резко отпустил, так что я свалилась на диван, словно мешок, совершенно отупевшая.

— ЧТД, — улыбнулся он торжествующе.

— То есть: «что и требовалось доказать». Ты можешь сотню раз повторить, что не хочешь меня, Мирра, но это будет неправдой. Вот увидишь — ты сама попросишь меня забрать твою кровь. И не только кровь.

Его наглая физиономия меня вконец взбесила. Я схватила первое, что попалось под руку — это была лампа — и со словами «будь ты проклят!» запустила в него. Разумеется, он увернулся. Все-таки вампир.

Но мне стало чуть легче. Я быстро убежала в другую комнату, закрыла дверь и придвинула к ней тумбу. Совсем уж по-детски. Недавно я снисходительно пожалела Максима, закрывшегося на два замка, а теперь сама надеюсь на помощь деревянной тумбочки.

Как нелепо!

Я легла на постель, пытаясь успокоить сердце. Вскоре это мне удалось. А вот избавиться от жара, овладевшего всем моим женским началом, оказалось не так легко. Поэтому я выместила злобу на подушке, а потом заставила себя уснуть.

Глава тринадцатая Перед самым рассветом в комнату постучались. За окном ещё царствовал полумрак, но то тут, то там над крышами домов уже весело проскальзывали солнечные лучи.

Я оторвала от подушки тяжелую голову. С удручающей мыслью о том, как я ужасно, должно быть, выгляжу с утра, открыла дверь, предварительно отодвинув тумбу.

Это был, конечно же, Алекс. Он посмотрел на мои оборонительные сооружения с таким выражением, что мне против воли захотелось оправдываться, но ничего не сказал.

В комнату я его не впустила, хотя он мог бы войти не спрашивая. Для этого хватило бы сил и у обычного парня, не говоря уже о вампире.

— Мне нужно уходить, — сказал он, и только сейчас я заметила, что он выглядит утомленным. Очевидно, из-за скорого приближения рассвета.

— Днем ты можешь делать, что вздумается. Но в твоих же интересах быть здесь до захода солнца. Сегодня я постараюсь прийти раньше и надеюсь застать тебя здесь. Ты все поняла?

Мой взгляд невольно скользнул по его губам, и я вспомнила вчерашний поцелуй. Это меня жутко взбесило. Я по утрам всегда злюка.

— Так точно, сэр! — рявкнула я и захлопнула дверь прямо перед его носом.

Дождавшись его ухода, я только тогда смогла успокоиться.

Да что со мной творится? Неужели один умелый поцелуй перекрыл те жестокости, свидетельницей которым я стала? Рассуждения о никчемности людей — его жертв — нашли во мне чуточку понимания, совсем немного, но разве это может служить оправданием?

«А как ты думаешь, что делал Маркус? Он убивал на протяжении веков, и возможно, был куда более жесток. Но это не мешает тебе называть его своей семьей?» Я вернулась к прерванному сну. Проснувшись около десяти, я быстро собралась и поехала домой. Максим со мной не перекинулся и парой слов: то ли боялся, то ли Алекс снова его зачаровал.

Едва я зашла домой, зазвонил телефон.

— Привет! — услышала я в трубке голос Кати и сразу же испытала досаду.

— Ах, милая, я соскучилась! Я бы с радостью приехала, но бабушке до сих пор нехорошо, так что придется задержаться ещё на недельку! Как ты?

Я что-то соврала, но не успела закончить, как Катя закидала меня вопросами по поводу того, что действительно её волновало:

— Как Алекс? Он звонил? Может, спрашивал про меня?! Вдруг он заболел?… И все в таком же духе. Я её не прерывала — я не могла выдумать ничего толкового.

«Нет, дорогая. Он не заболел, потому что вампиры не болеют вообще».

Катя взяла с меня обещание, что я проведаю его, даже не догадываясь, что я только-только оттуда. Мне стало стыдно, поэтому, наобещав в три короба, я поспешила повесить трубку.

Потом, задумавшись, просидела в неподвижности какое-то время, пока резкий звонок телефона не оторвал меня от мыслей. На этот раз разговор был коротким.

— Мирра? Это вы? — голос принадлежал Антону.

— Нам нужно встретиться. Я кое-что узнал. Вы сможете быть в том же месте, где мы встречались? Через час?

— Да.

— Отлично. Я буду ждать вас там.

Коротко и лаконично. Антон явно не из болтливых.