Если бы этот городок был живым существом, то теперь непременно бы задохнулся в клубах пыли, что поднимаются, едва по дороге промчится вереница грузовиков. Городок со всех сторон облеплен убогими домишками, стоящими друг от друга на почтительном расстоянии, будто хозяева не хотят, чтобы другие топтали землю у их порога.
267 мин, 9 сек 19502
Убедившись в том, что они и мыши — единственные живые существа в пещере, Лоуэлл поднялся с корточек и подал знак отошедшему от него на несколько шагов Эйзеру продолжать путь. Эйзер предусмотрительно обернулся к выходу, все еще светящему большим кругом на фоне темноты, и, не увидев ничего, достойного внимания, двинулся вперед. Крошащийся под подошвами камень скрипел на всю пещеру, по крайней мере, казалось, будто этот звук был чересчур громким. Летучие мыши затихли, Эйзер больше не светил на потолок, но краем глаза видел, как на его головой нависло с несколько десятков ночных охотников. Они плотно укутались в свои кожистые крылья-плащи и мерно, но еле заметно покачивались под потолком на своих цепких лапах. Слабый ветер с поверхности доходил до затылков путников неохотно и едва шевелил их волосы. Но Лоуэлл очень чутко чувствовал единое дуновение на своей коже. Уж слишком много он пробыл в этих лесах, чтобы потерять обострившиеся чувства. Вскоре стены пещеры совсем сузились, и путники вошли в узкий коридор, в котором с трудом мог двигаться и один.
Эйзеру пришлось немного пригнуться, чтобы не задеть торчащие в потолке пещеры камни. Верней, это были довольно массивные булыжники, совершенно не ясно как державшиеся наверху. Лоуэлл отобрал у друга фонарь и решил вести их сам, чувствуя острую необходимость обнаружить, что ищет, первым. Но чем больше они шли, чем глубже спускались под землю, тем больше его надежда растворялась, превращаясь из бурно кипящей лавы в прозрачное облачко. Лоуэлл смог глубже вдохнуть, когда стены немного расширились, и идти стало свободней. Пятна крови сопровождали их через каждые десять шагов, но шли уже не в одиночку, а на пару с мелкими капельками, кое-где дрожащими бусинками, а где-то уже размазанными по камню. Когда пещера расширилась, пятна крови стали еще шире и потеряли свои четкие очертания, становясь размазанными ляпсусами. Казалось, что теперь по камням что-то тащили. Лоуэлл на мгновение остановился и склонился к полу так низко, что едва не касался камней носом. Здесь порода наполовину измельчилась в песок, и он четко увидел широкие борозды, убедившись в своем предположении. Неведомое существо, за которым они шли, здесь уже наполовину ползло.
Лоуэлл разогнулся и продолжил свой путь уже более мелким и осторожным шагом. В носу его стоял запах тлена, и он знал, что это неспроста. Казалось, неведомая цель уже совсем близко, стоит лишь руку протянуть. Подняв ружье наизготовку и буквально вдавив в плечо приклад, Лоуэлл посторонился и отдал фонарь Эйзеру. Тот направил свет под ноги как раз в тот момент, когда пол под их ногами резко обрывался и продолжался значительно ниже, спускаясь глубже под землю. Лоуэлл нагнулся, вглядываясь туда, и примерно прикинул, что уступ можно преодолеть безболезненно. Ухватившись за край, он спрыгнул вниз, но приземлившись неудачно, упал и проскользил немного вперед. Подняв голову, он понял, что уступ оказался высотой в почти два средних человеческих роста, а его собственного роста поместилось бы полтора. Посадка вышла неожиданной, и Лоуэлл изрядно разнервничался. Он поднялся с пола, тщательно отряхнулся и положил большой палец на пульс. Сердце билось в два раза чаще.
— Как ты? — донесся сверху встревоженный голос Эйзера.
— Порядок. Спускайся ко мне, только осторожней.
Немного помешкав, Эйзер передал фонарь Лоуэллу и приготовился к прыжку. Он едва не свалился, когда из глубины пещеры донесся громкий стук, будто с потолка рухнуло несколько булыжников. Через несколько мгновений до Лоуэлла донеслось облако пыли, в которую стерлись камни, и в пещере снова воцарилась тишина. Скривившись, будто он увидел что-то безобразное, Эйзер спрыгнул с уступа, но приземлился куда удачней своего товарища. Он забрал фонарь у Лоуэлла и посветил им в каждый угол. Оказалось, что стены здесь заметно расширились, так что путники могли идти бок о бок. Пол продолжал спускаться все ниже и ниже, и казалось, будто конца и края этому не было. Переглянувшись, Эйзер и Лоуэлл продолжили путь.
Эйзеру пришлось немного пригнуться, чтобы не задеть торчащие в потолке пещеры камни. Верней, это были довольно массивные булыжники, совершенно не ясно как державшиеся наверху. Лоуэлл отобрал у друга фонарь и решил вести их сам, чувствуя острую необходимость обнаружить, что ищет, первым. Но чем больше они шли, чем глубже спускались под землю, тем больше его надежда растворялась, превращаясь из бурно кипящей лавы в прозрачное облачко. Лоуэлл смог глубже вдохнуть, когда стены немного расширились, и идти стало свободней. Пятна крови сопровождали их через каждые десять шагов, но шли уже не в одиночку, а на пару с мелкими капельками, кое-где дрожащими бусинками, а где-то уже размазанными по камню. Когда пещера расширилась, пятна крови стали еще шире и потеряли свои четкие очертания, становясь размазанными ляпсусами. Казалось, что теперь по камням что-то тащили. Лоуэлл на мгновение остановился и склонился к полу так низко, что едва не касался камней носом. Здесь порода наполовину измельчилась в песок, и он четко увидел широкие борозды, убедившись в своем предположении. Неведомое существо, за которым они шли, здесь уже наполовину ползло.
Лоуэлл разогнулся и продолжил свой путь уже более мелким и осторожным шагом. В носу его стоял запах тлена, и он знал, что это неспроста. Казалось, неведомая цель уже совсем близко, стоит лишь руку протянуть. Подняв ружье наизготовку и буквально вдавив в плечо приклад, Лоуэлл посторонился и отдал фонарь Эйзеру. Тот направил свет под ноги как раз в тот момент, когда пол под их ногами резко обрывался и продолжался значительно ниже, спускаясь глубже под землю. Лоуэлл нагнулся, вглядываясь туда, и примерно прикинул, что уступ можно преодолеть безболезненно. Ухватившись за край, он спрыгнул вниз, но приземлившись неудачно, упал и проскользил немного вперед. Подняв голову, он понял, что уступ оказался высотой в почти два средних человеческих роста, а его собственного роста поместилось бы полтора. Посадка вышла неожиданной, и Лоуэлл изрядно разнервничался. Он поднялся с пола, тщательно отряхнулся и положил большой палец на пульс. Сердце билось в два раза чаще.
— Как ты? — донесся сверху встревоженный голос Эйзера.
— Порядок. Спускайся ко мне, только осторожней.
Немного помешкав, Эйзер передал фонарь Лоуэллу и приготовился к прыжку. Он едва не свалился, когда из глубины пещеры донесся громкий стук, будто с потолка рухнуло несколько булыжников. Через несколько мгновений до Лоуэлла донеслось облако пыли, в которую стерлись камни, и в пещере снова воцарилась тишина. Скривившись, будто он увидел что-то безобразное, Эйзер спрыгнул с уступа, но приземлился куда удачней своего товарища. Он забрал фонарь у Лоуэлла и посветил им в каждый угол. Оказалось, что стены здесь заметно расширились, так что путники могли идти бок о бок. Пол продолжал спускаться все ниже и ниже, и казалось, будто конца и края этому не было. Переглянувшись, Эйзер и Лоуэлл продолжили путь.
Страница 12 из 73
