Писатель Смерти

— Шевелись, чертова девчонка!— толкнул меня в спину злой полицейский. Я никак не отреагировала и молча шла вперед, смотря на землю и на свои медленно идущие ноги. Рэй еще раз каркнул и расправил крылья. В голове уже есть мысль, как написать всю их смерть… Ворон быстро пролетел над головой детектива и когтями вцепился в лицо полицейского, держащего мои руки. Он заорал и упал на спину, а Рэй начал выклевывать ему глаза. Освободившись, я ринулась к впереди идущему детективу и накинулась на него, отняв пакет с моей вещью. Достав ручку, вонзаю ее в его шею и убиваю этим за одну секунду, заодно наполнив ручку свежими чернилами. Остальные сначала не поняли, что произошло. По земле растеклась лужа крови, а в ней плавно плавали мои листы. Я схватила один и собралась писать. Рэй оставил вместо лица полицейского кровавую кашу и скрылся. На меня резко нацелились все служители чертового закона. Не обращая на них внимания, я начала писать, сидя в позе лотоса на теплом трупе детектива.

«Каждый, кто хотел нажать на курок и пристрелить меня, вдруг на секунду задумался.»

— Это не я виновна в этих смертях, это все вы. Вы не смогли остановить меня, вы не спасли всех этих людей и даже прямо сейчас не смогли спасти двоих своих товарищей. — звучал мой голос в голове каждого и еще сильнее убеждал их в этом. Их руки, держащие оружие, задрожали.

— Какие вы защитники мирных людей, если даже обычную девчонку поймать не можете?— продолжали они слышать меня в своих головах.

— Я повсюду, я везде и нигде… Вы меня никогда не поймаете… Я напишу вашу смерть… — это окончательно свело их с ума. Каждый видел вместо своего товарища меня, такую низкорослую девчонку с длинной косой, в легком платьице и в гольфах, которую прямо сейчас можно запросто застрелить. Во всех закипела ярость, один не выдержал и выстрелил. Пуля пробила голову одному полицейскому, и это сработало как цепная реакция. Остальные вздрогнули и начали дикую перестрелку, убивая всех вокруг.

Я поставила жирную точку и пару секунд наблюдала за своей работой. Падали трупы, лилась кровь, грохотали выстрели, звенели ссыпающиеся гильзы от пуль, и кричали умирающие люди, а я была в самом центре этой картины. Все мои персонажи все делают так, как напишу я… На карачках выползаю из этого смертельного окружения, оставив тот лист со своей подписью в центре — пусть прочтут и поймут, что я умею еще и боевики писать. Повезло мне с моим низким ростом, хоть по возрасту я должна быть выше, а так бы меня задели пули. Бегу подальше отсюда. Прохладный вечерний ветер дул в лицо и развивал болтающиеся у висков локоны вместе с юбкой красного платьица. Последний неисписанный тетрадный лист шелестел в моей руке и хотел вырваться, как заточенная в клетке птичка. Челка промокла от кровавых брызг, и немного бинтов слезло с ладоней, развеваясь, как ленточки. Над моей головой летел Рэй, и с него капала кровь. Я уже далеко убежала и решила скрыться в городском парке. Перепрыгнув несколько кустов, я остановилась и села передохнуть под деревом.

— У тебя отлично получается, продолжай в том же духе, Неизвестная. — с похвалами сел Рэй на мое плечо.

— Ты мне льстишь… Я совершила грубую ошибку. Без тебя меня бы заперли и не давали писать. — отдышалась я.

— Муза должна сделать все, лишь бы ее писатель продолжал свою работу. — он клюнул черным клювом мою розовую щеку, оставив на коже кровавое пятнышко.

— А писатель не должен подводить свою музу. — я взглянула на ручку, которая была полностью заполнена алыми чернилами, моими особыми чернилами.

— Правильно, помни это всегда, Неизвестная. Нам пора уходить, а то новые приедут, у нас всего один лист остался. — черный ворон слез с плеча и взлетел на соседнее дерево, ожидая меня. Я собралась встать и уйти, но раздалось шуршание кустов.

— Только попробуй двинуться, Писатель Смерти!— из-за кустов выскочила та самая девушка. Она была забрызгана кровью и держала меня на мушке. Видимо, у одного из копов пистолет забрала.

— Ах, это ты. Ну и как тебе мое произведение? Твоей семье оно очень понравилось. — сначала меня поразило то, что ей удалось вырваться живой из той перестрелки, а потом снова стала чувствовать себя спокойной и безэмоциональной, смотря на нее пустыми глазами.

— Монстр… Убийца! Ты всех их убила! Одной ручкой и тетрадными листами! Что ты такое?!— дико кричала она на весь парк. Руки с пистолетом дрожали, она жадно глотала воздух и уже давным-давно свихнулась от всего увиденного. У меня уже давно все шестеренки полетели к чертям, а фантазия больше не имеет границ…

— Я? Я Писатель Смерти, сама же знаешь. И я пишу смерть… — протянула я и хихикнула. Мне приятно смотреть на этого измученного персонажа, который уже желает прикончить самого автора, чтобы тот его больше не мучил.

— Я застрелю тебя, чего бы мне это не стоило! Такая тварь вообще не должна была рождаться на свет!— ревела она, как побитая девчонка.

— Слабачка… — опускаю голову и улыбаюсь. Челка снова спрятала глаза.