Писатель Смерти

Сначала покормлю Итана, а потом помогу Неизвестной с раненными птицами, когда она вернется. Интересно, а спирт в глаза — это больно? Уж точно неприятно. Все-таки мне больше нравится помогать птицам, а не отлавливать их и делать чучела. Думаю, Неизвестная убила бы меня, узнав, сколько я птиц превратил в чучела еще до ее появления. И я тайно кормлю Итана малюсенькими конфетками, чтобы он не подавился. Ему они нравятся, а Чернильница говорила, что птицы не едят конфеты, хи-хи. Люблю ее злить и доставать. Мне очень смешно и весело, когда Неизвестная злится, а особенно срывается на меня.

За дверью чердака слышались странные звуки, будто кто-то ломился наружу. С некой опаской открываю дверь. Оттуда вылетела стая переполошенных птиц. Вороны громко каркали, голуби ворковали, воробьи с синичками чирикали, а маленький ястреб, которого нес филин, буквально надрывался. Вдруг птицы клювами схватили меня за рукава и потащили обратно.

— Эй, вы чего?!— я стал размахивать руками и отцепился от них. Единственный филин с ястребом полетел вперед, а за ним остальные, словно за вожаком. Почувствовав неладное, бегу за ними. Что-то их напугало или встревожило. Стоп, птиц же Неизвестная заперла. Никто из них не ранен, лишь ястреб, но бинты на нем несвежие, а кровь давно спекшаяся. На чердаке не пахло спиртом. Значит, Неизвестная наврала? Но зачем? Она сильно плакала, что-то явно случилось. Где же тогда ее Рэй?

Стая быстро облетела весь дом, а после вся собралась у двери в ванну. Птицы принялись стучать по двери клювами, царапать ее коготками и бешено орать на своем птичьем. Голуби с воронами висли на дверной ручке и пытались ее повернуть. Ванная… Неизвестная сказала, что ей надо умыться.

— Неизвестная, ты там?!— подхожу к двери и стучу в нее, затем прислушиваюсь. За дверью стояла полная тишина, будто там пусто и никого нет, но дверь-то закрыта изнутри! Ястреб спрыгнул на пол, стал у двери и страдальчески пищал, словно звал ее. Итан взволнованно прыгал на моей голове и чирикал. Мне все это жутко не нравится! Первый раз вижу, что птицы так сильно за человека переживают.

— Неизвестная!— еще раз крикнув, я ударил дверь кулаком. Никакого ответа или звука. Так дело не пойдет.

— Разошлись!— скомандовал я птицам. Они послушались меня и разлетелись в разные стороны. Ястреб поплелся ко мне. Со всей силы бью по двери ногой. С грохотом она слетела с петель и повалилась на пол. В полной темно-синими чернилами ванне без сознания лежала Неизвестная. Над водой плавали ее руки с перерезанными венами, в раковине валялось лезвие бритвы с чернильными пятнами. Над ванной, на стене было написано ее кровью: «И да унесут птицы мою обманутую душу и спрячут ее от самого Дьявола. Пусть я после смерти стану птицей и больше никогда заново не познаю человеческой жизни… Неизвестная стала еще бледнее, чем раньше. Маленькие губки приобрели синий цвет, под кожей на лице и шее были видны вены. Казалось, что она уже давно стала трупом.»

— Поехавшая Чернильница!— я кинулся к ванне и первым делом проверил пульс Неизвестной. Слабенькие удары сердца еле ощущались. Живая! Опускаю руки в остывающую воду и достаю ее оттуда.

— Так, что делать? Что делать?!— на меня напала паника. С подобным я первый раз столкнулся. Сперва надо хоть как-то кровотечение остановить. Посадив Неизвестную на пол, хватаю с крючочков на стене полотенца и, сев на колени, туго заматываю глубокие раны на запястьях.

— Что за шум с утра, твою мать?— у выбитой двери собрались все. Я с птицами весь дом поднял на ноги. Лишь Тима и Худи не было дома, они в последнее время живут в лесу, в своем убежище, а Тоби до сих пор поправляется после пулевого ранения.

— Ух, нихрена себе. — Бен аж подпрыгнул от увиденного. Салли сильно испугалась и спряталась за Слендера.

— О, очередной труп в доме. Чур почки мои. — Безглазый даже не удивился.

— Я не буду ванну отмывать. — развел руками Тоби и быстро смылся.

— Жаль, я сама хотела прирезать эту малявку. — выдала Джейн с наигранной досадой. Джефф только довольно рассмеялся.

— Заткнитесь! Неизвестная, между прочим, все еще живая. — прикрикнул я на них, укутывая Неизвестную в большое полотенце. Она все еще не открывала глаза, но тихо продолжала дышать.

— Да бли-и-ин… — со вздохами проныли они и схватились за головы.

— Ну епта. -

— А я уже прикидывал, какой из нее манекен получится. — фыркнув, Трендер скрестил руки и задрал голову.

— А что вообще подтолкнуло ее к этому поступку? Неизвестная же такая каменная в душе, это хорошо видно. Не думал, что что-то способно сломить ее до такой степени. — Слендер задумался, затем осторожно зашел в ванну и молча осмотрел Неизвестную, которую я взял на руки. Руки чувствуют, будто они держат что-то опустошенное и легкое…