Небольшая семья, состоящая из двух родителей и одного чада, уже долгое время живёт в старинной деревне, подселившись в дом, который когда-то был дачей. Жить за городом – значит иметь цветущий огород и домашний скот. Работы, конечно же, в таком месте много… Однако после некоторых событий мать приносит в дом, странное..
51 мин, 30 сек 6749
От каждого громкого крика мои ноги ускорялись всё быстрее, и в ляжках ощущалась «ватность» словно эти ноги были не мои. Мельком я оглядывался назад и ощущал, как за спиной формируется безумие. На крики боли пьяного мужика сбежались живущие рядом. Они пытались отогнать нападающего уже стуча кулаками, по лицу. Пока это происходило, из каменного забора повалилось ещё больше тел. Они стали нападать, на всех подряд, большое скопление людей, пытающихся отбиться и тех, кто пытается употребить их в пищу. О да это безумие, безумие, порождённое моей матерью. Безумие, что скрывалось внутри неё.
В один момент ночное пение сверчков, сменили яростные вопли, которые с каждым шагом нарастали, также нарастали, как и звуки в коридоре, после звонка на перемену в школе. Мне нужно было где-то укрыться, иначе эти желтоглазые создания, сожрут меня живьём. И тут я вспомнил, что Вовка попросил меня иногда проведывать его черепашек на время его отъезда. Он оставил для меня ключи, под белым подоконником на крыльце дома. Его дом находился на другой стороне посёлка, конечно же от безысходности мне пришлось направится именно туда.
Внешняя калитка, ведущая на территорию, была закрыта на самодельный замок, сделанный из проволоки, ловко цепляющейся за два штыря. Такая вот современная система защиты — такую можно встретить только в деревнях. Как и говорил Вовка, ключи под подоконником переднего окна снаружи. Но при входе прямо на ступеньках лежала корзинка с овощами — была наша корзинка. Коричневая, с потрескавшимися ручками, внутри лежала записка.
«Угощения от семьи Решевских, надеюсь, вы попробуете плоды с моего огорода»
Засунув ключ в замочную скважину и распахнув дверь, я втиснулся внутрь, прихватив с собой корзинку и закрывшись изнутри на замок. Включать свет было не безопасно, так как в дом могли ворваться поражённые безумием создания. Инстинктивно я поднялся в комнату Вовки, чтобы спрятаться поглубже в доме. Они могли сюда попасть, но так у меня хотя бы будет время, чтобы убраться отсюда. В доме был телефонный аппарат, который соединял с различными службами. Пожарная, скорая, полиция… Нужно было позвать на помощь, только вот кого. Может, вызвать полицию, только что я им скажу? «Помогите, пожалуйста! Моя мать убила моего отца! — произнося в трубку со страхом в голосе. А ещё у неё есть цветок, который сверкает по ночам и превращает людей в безмозглые создания» Получалось естественно, убедительно, и, конечно же, они поверят мне и помогут. Но нужно было хотя бы попытаться, подняв трубку из его динамика доносился шум тишины линии передач. Набрав кодовый номер, сразу же из чёрных пожелтевших щелей телефона, стали доносится гудки. Но никого ответа не было…
Парой даже взрослые не в силах совладать с безумием. Мой отец до последнего верил в мать, считал, что это всё временные трудности. Он не мирился с мыслью, что она сходит с ума. А теперь её уже не остановить, она прокляла нас. Мне сложно объяснить то, что я сегодня увидел, мне дико страшно выйти на улицу. Из окна второго этажа Вовкиной комнаты было видно, как зелёный столб света озаряет ночное небо деревни. Мой телефон тоже остался в моём доме, поэтому позвать кого-то на помощь невозможно. Я взглянул на корзинку с овощами, которая была точно из нашего дома. Достал помидор, который в темноте казался чёрным, откусил его и выплюнул сразу же. Опять этот сладкий вкус, как и в супе, как и в теплице, как и в огороде. Теперь мне ясно, как все заразились.
Пока я прятался в доме, на улице слышались стоны, крики и удары разрывающейся плоти. Это были уже нечеловеческие всхлипы. Дом странно колыхался, словно тоже был живым, скрипел и стучал, от испуга я залез под письменный стол и закрыл уши. Самое странное это то, что на часах было уже 12 ночи, а за окном показался рассвет. Мне пришлось вылезти и взглянуть в окно. И вправду солнце поднималось обратно, с западной стороны, куда обычно садилось. Первые лучи осветили деревню, только не жёлтыми лучами, а бледно ванильными с примесью мятных цветов. А потом и вообще показалось, что это не солнце вовсе, а какое-то зелёно-красное свечение неба. Его лучи просвечивали шарообразный аквариум, в котором плавали к верху две маленькие черепашки.
4
Просидев в доме больше трёх часов, моя нервная система нормализовалась, никаких приступов паники и страха. За это время я ещё раз звонил в полицию, но всё было безрезультатно. В комнате стало светло, как днём, несмотря на то, что время три ночи. Я пытался уснуть, но мне мешали внешние шумы. Выход был только один: забрать свой телефон из дома и выбраться из деревни. Сейчас где-то в уголке черепно-мозговой коробки я слышу голос дедушки, который обвинил бы меня процедив ворчащим голосом: «Опять ты за своим мобильником тянешься!» Так уж устроен наш мир, дорогой мой дедушка, без этого телефона мне не добраться до города. Если я хочу спастись из этого безумия, мне нужно вернуться туда, где всё началось.
В один момент ночное пение сверчков, сменили яростные вопли, которые с каждым шагом нарастали, также нарастали, как и звуки в коридоре, после звонка на перемену в школе. Мне нужно было где-то укрыться, иначе эти желтоглазые создания, сожрут меня живьём. И тут я вспомнил, что Вовка попросил меня иногда проведывать его черепашек на время его отъезда. Он оставил для меня ключи, под белым подоконником на крыльце дома. Его дом находился на другой стороне посёлка, конечно же от безысходности мне пришлось направится именно туда.
Внешняя калитка, ведущая на территорию, была закрыта на самодельный замок, сделанный из проволоки, ловко цепляющейся за два штыря. Такая вот современная система защиты — такую можно встретить только в деревнях. Как и говорил Вовка, ключи под подоконником переднего окна снаружи. Но при входе прямо на ступеньках лежала корзинка с овощами — была наша корзинка. Коричневая, с потрескавшимися ручками, внутри лежала записка.
«Угощения от семьи Решевских, надеюсь, вы попробуете плоды с моего огорода»
Засунув ключ в замочную скважину и распахнув дверь, я втиснулся внутрь, прихватив с собой корзинку и закрывшись изнутри на замок. Включать свет было не безопасно, так как в дом могли ворваться поражённые безумием создания. Инстинктивно я поднялся в комнату Вовки, чтобы спрятаться поглубже в доме. Они могли сюда попасть, но так у меня хотя бы будет время, чтобы убраться отсюда. В доме был телефонный аппарат, который соединял с различными службами. Пожарная, скорая, полиция… Нужно было позвать на помощь, только вот кого. Может, вызвать полицию, только что я им скажу? «Помогите, пожалуйста! Моя мать убила моего отца! — произнося в трубку со страхом в голосе. А ещё у неё есть цветок, который сверкает по ночам и превращает людей в безмозглые создания» Получалось естественно, убедительно, и, конечно же, они поверят мне и помогут. Но нужно было хотя бы попытаться, подняв трубку из его динамика доносился шум тишины линии передач. Набрав кодовый номер, сразу же из чёрных пожелтевших щелей телефона, стали доносится гудки. Но никого ответа не было…
Парой даже взрослые не в силах совладать с безумием. Мой отец до последнего верил в мать, считал, что это всё временные трудности. Он не мирился с мыслью, что она сходит с ума. А теперь её уже не остановить, она прокляла нас. Мне сложно объяснить то, что я сегодня увидел, мне дико страшно выйти на улицу. Из окна второго этажа Вовкиной комнаты было видно, как зелёный столб света озаряет ночное небо деревни. Мой телефон тоже остался в моём доме, поэтому позвать кого-то на помощь невозможно. Я взглянул на корзинку с овощами, которая была точно из нашего дома. Достал помидор, который в темноте казался чёрным, откусил его и выплюнул сразу же. Опять этот сладкий вкус, как и в супе, как и в теплице, как и в огороде. Теперь мне ясно, как все заразились.
Пока я прятался в доме, на улице слышались стоны, крики и удары разрывающейся плоти. Это были уже нечеловеческие всхлипы. Дом странно колыхался, словно тоже был живым, скрипел и стучал, от испуга я залез под письменный стол и закрыл уши. Самое странное это то, что на часах было уже 12 ночи, а за окном показался рассвет. Мне пришлось вылезти и взглянуть в окно. И вправду солнце поднималось обратно, с западной стороны, куда обычно садилось. Первые лучи осветили деревню, только не жёлтыми лучами, а бледно ванильными с примесью мятных цветов. А потом и вообще показалось, что это не солнце вовсе, а какое-то зелёно-красное свечение неба. Его лучи просвечивали шарообразный аквариум, в котором плавали к верху две маленькие черепашки.
4
Просидев в доме больше трёх часов, моя нервная система нормализовалась, никаких приступов паники и страха. За это время я ещё раз звонил в полицию, но всё было безрезультатно. В комнате стало светло, как днём, несмотря на то, что время три ночи. Я пытался уснуть, но мне мешали внешние шумы. Выход был только один: забрать свой телефон из дома и выбраться из деревни. Сейчас где-то в уголке черепно-мозговой коробки я слышу голос дедушки, который обвинил бы меня процедив ворчащим голосом: «Опять ты за своим мобильником тянешься!» Так уж устроен наш мир, дорогой мой дедушка, без этого телефона мне не добраться до города. Если я хочу спастись из этого безумия, мне нужно вернуться туда, где всё началось.
Страница 10 из 14
