Фандом: Гарри Поттер, Вселенная Стивена Кинга. Так, запоминаем: сперва исчезает слух. Уши будто ватой обложило, двигателей почти не слышно. А вот чувствительность пока сохраняется, рука, зараза, ноет. Жаль, учёные, мать их, и просто любители паранормальной хрени так и не узнают, что чувствует человек, путешествующий во времени. Такое бы записать, вот только рабочая рученька подвела. Да и когда записывать? Некогда…
109 мин, 32 сек 8522
«Вот за кого этой Лили нужно было замуж идти, — подумал Ник. — Чудная парочка, главное, гармоничная — мать Тереза и страдалец. Отлично дополнят друг друга, — усмешка у него вышла злой. — Так, этому их… Дамблдору ничего говорить не стану, наверняка дед в курсе. Небось эти рассусоливания им и устроены. Как он там сказал?»…Я могу убедить людей поступать так, как мне надо. Но делаю так очень редко и только тогда, когда это нужно им самим, а не мне«. Молодец старик, ничего не скажешь: сразу сообразил, что со мной такой номер не пройдёт, значит, проще убрать меня подальше от своих дрессированных подопечных. Ну, как хочет, пусть возится с этой великовозрастной детворой, если нравится, а у меня дел и без них по горло. Поскорей бы обычные документы получить — и сразу же в Легион».
Ник решил, что не услышал и не узнал ничего путного, пора бы и обратно. Коридор, которым он пришёл сюда, заканчивался дверью, за которой разговаривали Лили Поттер и Ремус Люпин, значит, дальше двигаться было некуда. Дорогу он более-менее запомнил — профессиональный навык. Главное, на обратном пути никуда не сворачивать и не пропустить лестницу наверх. А ещё не смотреть по сторонам. Чутьё подсказывало, что тайны туннелей лабиринта, то и дело мелькавших справа и слева, пока ему не по зубам.
«Чёрт! Не помню, с какой стороны лестница наверх!»
Ник резко остановился и, прикрыв глаза, начал прикидывать в уме решение самой что ни на есть простой топографической задачки: через сколько ответвлений или футов сворачивать и, главное, куда.
«Такое ощущение, что не обратно возвращаюсь, а откуда-то с другой стороны захожу».
Лампочка впереди начала мерцать. Ник почувствовал, что это неспроста, и глубоко вздохнул и постарался взять себя в руки, понимая, что магия в теле Джеймса Поттера взбаламутилась именно из-за его собственных эмоций и смятения.
«Такой же мандраж, как в Бангоре… После слов Дайны о нехороших звуках».
Издалека донеслись короткие восклицания Люпина и немного нервные смешки миссис Поттер: видно, они тоже возвращались к выходу и заплутали точно так же, как и он. Ник не мог понять, откуда слышатся голоса: такое впечатление, что они раздавались и сверху, и одновременно — отовсюду разом.
«Подождать их, что ли? Здесь к выходу другого пути нет».
Тут он вспомнил о том, что когда спустился с лестницы, идти можно было как налево, так и направо. Он пошел… А куда он пошёл? Ник не мог точно установить, в какую сторону его понесло. Ещё неизвестно, как до той каморки добирались Лили и Люпин, может быть, путь справа был короче…
Лампочки вдруг совсем погасли, и Ника со всех сторон обступила шипящая холодом тьма.
«Генератор накрылся».
Вздох. Ещё один. И ещё… Вот так…
Но в этот момент лампочка снова слабо вспыхнула.
И тут…
«Нет… Нет… Этого не может быть!»
Ник никогда в жизни не немел от ужаса. Никогда еще… до этой самой минуты. Нервным и впечатлительным не место в MI-5, но это…
Дыхание прервалось. Ник чувствовал, как по спине водопадом льется холодный пот, а лохматые волосы встают дыбом.
Прямо перед ним стояли они.
Те самые ребята. Трое застреленных им мальчишек — один русоволосый и двое рыжих. Русый подкидывал в руке гранату…
Всё, как в далёком восемьдесят третьем.
Да и никакая это не граната! Картошка же! Самая обычная картошка. Ему, не просыхавшему три дня, сослуживцы рассказали, чем баловались маленькие ирландцы, воспитывавшиеся в неприязни к англичанам с младенчества. Тогда эта троица просто решила взять на понт ненавистных английских вояк, разбиравшихся с взрывом в лондонском универсаме, ну и… простилась с жизнью.
Ник ущипнул себя и, вытянув вперед руку, сделал шаг им навстречу.
Мальчишки никуда не исчезли: они продолжали бесстрашно смотреть ему в лицо и злобно ухмыляться.
Нервы Ника не выдержали, и он закричал.
Громко, надрывно, призывая Всевышнего, как во время перехода через разрыв.
— Мерлин! Кто это? Откуда они тут?
Взвизг Лили выдернул Ника из пучины самого большого кошмара прошлого.
Он даже не успел подумать, в какой момент юная миссис Поттер очутилась рядом с ним, как мальчишки, расстрелянные им просто так… только потому, что опасность всегда должна устраняться без промедления, исчезли, растворились в мутной заплесневелой тьме, а на их месте появился…
Нет! Опять галлюцинация?! Конечно, галлюцинация, потому что и этого тоже не могло быть!
На Ника и стоявшую чуть впереди Лили Поттер бесшумно двигался… дуче Волдеморт. Здоровёхонький, занёсший над головой волшебную палочку, в том же дурацком балахоне и с тем же жутким выражением на полумертвом уродливом лице.
— Отойди прочь, глупая девчонка…
Слова те же, а вот голос…
Он не мог принадлежать человеку. Это был даже не голос, а вибрации, издаваемые чем-то запредельным, потусторонним — шелестящие, пробирающие до мурашек.
Лили едва не рухнула прямо на пол, но Ник успел схватить её за шиворот.
Ник решил, что не услышал и не узнал ничего путного, пора бы и обратно. Коридор, которым он пришёл сюда, заканчивался дверью, за которой разговаривали Лили Поттер и Ремус Люпин, значит, дальше двигаться было некуда. Дорогу он более-менее запомнил — профессиональный навык. Главное, на обратном пути никуда не сворачивать и не пропустить лестницу наверх. А ещё не смотреть по сторонам. Чутьё подсказывало, что тайны туннелей лабиринта, то и дело мелькавших справа и слева, пока ему не по зубам.
«Чёрт! Не помню, с какой стороны лестница наверх!»
Ник резко остановился и, прикрыв глаза, начал прикидывать в уме решение самой что ни на есть простой топографической задачки: через сколько ответвлений или футов сворачивать и, главное, куда.
«Такое ощущение, что не обратно возвращаюсь, а откуда-то с другой стороны захожу».
Лампочка впереди начала мерцать. Ник почувствовал, что это неспроста, и глубоко вздохнул и постарался взять себя в руки, понимая, что магия в теле Джеймса Поттера взбаламутилась именно из-за его собственных эмоций и смятения.
«Такой же мандраж, как в Бангоре… После слов Дайны о нехороших звуках».
Издалека донеслись короткие восклицания Люпина и немного нервные смешки миссис Поттер: видно, они тоже возвращались к выходу и заплутали точно так же, как и он. Ник не мог понять, откуда слышатся голоса: такое впечатление, что они раздавались и сверху, и одновременно — отовсюду разом.
«Подождать их, что ли? Здесь к выходу другого пути нет».
Тут он вспомнил о том, что когда спустился с лестницы, идти можно было как налево, так и направо. Он пошел… А куда он пошёл? Ник не мог точно установить, в какую сторону его понесло. Ещё неизвестно, как до той каморки добирались Лили и Люпин, может быть, путь справа был короче…
Лампочки вдруг совсем погасли, и Ника со всех сторон обступила шипящая холодом тьма.
«Генератор накрылся».
Вздох. Ещё один. И ещё… Вот так…
Но в этот момент лампочка снова слабо вспыхнула.
И тут…
«Нет… Нет… Этого не может быть!»
Ник никогда в жизни не немел от ужаса. Никогда еще… до этой самой минуты. Нервным и впечатлительным не место в MI-5, но это…
Дыхание прервалось. Ник чувствовал, как по спине водопадом льется холодный пот, а лохматые волосы встают дыбом.
Прямо перед ним стояли они.
Те самые ребята. Трое застреленных им мальчишек — один русоволосый и двое рыжих. Русый подкидывал в руке гранату…
Всё, как в далёком восемьдесят третьем.
Глава седьмая
Нет, этого не может быть. Здесь и сейчас пока восемьдесят первый. Это еще не случилось! И мальчишки должны быть на два года младше!Да и никакая это не граната! Картошка же! Самая обычная картошка. Ему, не просыхавшему три дня, сослуживцы рассказали, чем баловались маленькие ирландцы, воспитывавшиеся в неприязни к англичанам с младенчества. Тогда эта троица просто решила взять на понт ненавистных английских вояк, разбиравшихся с взрывом в лондонском универсаме, ну и… простилась с жизнью.
Ник ущипнул себя и, вытянув вперед руку, сделал шаг им навстречу.
Мальчишки никуда не исчезли: они продолжали бесстрашно смотреть ему в лицо и злобно ухмыляться.
Нервы Ника не выдержали, и он закричал.
Громко, надрывно, призывая Всевышнего, как во время перехода через разрыв.
— Мерлин! Кто это? Откуда они тут?
Взвизг Лили выдернул Ника из пучины самого большого кошмара прошлого.
Он даже не успел подумать, в какой момент юная миссис Поттер очутилась рядом с ним, как мальчишки, расстрелянные им просто так… только потому, что опасность всегда должна устраняться без промедления, исчезли, растворились в мутной заплесневелой тьме, а на их месте появился…
Нет! Опять галлюцинация?! Конечно, галлюцинация, потому что и этого тоже не могло быть!
На Ника и стоявшую чуть впереди Лили Поттер бесшумно двигался… дуче Волдеморт. Здоровёхонький, занёсший над головой волшебную палочку, в том же дурацком балахоне и с тем же жутким выражением на полумертвом уродливом лице.
— Отойди прочь, глупая девчонка…
Слова те же, а вот голос…
Он не мог принадлежать человеку. Это был даже не голос, а вибрации, издаваемые чем-то запредельным, потусторонним — шелестящие, пробирающие до мурашек.
Лили едва не рухнула прямо на пол, но Ник успел схватить её за шиворот.
Страница 17 из 30
