Плыть по течению

— Кажется, я просто не смогу это сделать. Неважно, насколько усердно я стараюсь, я просто не могу увернуться от трех мячей. А Снейп говорит, что не вернет мне палочку, пока я не научусь. То есть — «давай, Поттер, работай!» Было убийственно трудно увернуться от двух, а он даже не похвалил меня! Интересно, может ли он сам то, чего требует от меня? — Гарри перевел дыхание и сглотнул, пробежавшись рукой по волосам, чувствуя их мягкость и непокорность.

Недавно он обнаружил, что ему нравятся текстуры вещей — они завораживали. От мягкости шерсти или перьев до грубости каменных стен Хогвартса. Мир Гарри снова наполнился образами, на этот раз тактильными, отчетливыми и рельефными. В пустыне, в которой он жил еще неделю назад, каждый день появлялся маленький оазис новых ощущений. И мальчик был уверен, что впереди его ждут удивительные открытия, как только он обретет свободу движений, как только можно будет путешествовать не только из комнаты в класс и обратно.

Ему была нужна его палочка, а не умение уворачиваться от глупых мячей.

Рем подумал об этом и улыбнулся.

— Давай прогуляемся, — он положил Гаррину руку на свой локоть. Мальчик засомневался:

— Снейп будет в ярости, если увидит, что ты меня ведешь.

Рем усмехнулся так, чтобы Гарри это услышал и понял, какое у него сейчас выражение лица.

— Ничего, я улажу проблемы с Северусом. Пока мы гуляем, я расскажу тебе историю.

Гарри кивнул и почувствовал себя не таким напряженным, как обычно после занятий, когда ему приходилось считать шаги, чтобы вернуться к себе. Было таким облегчением слышать спокойный и ровный голос Рема, остро разнящийся с неласковым голосом Мастера зелий, дающим ему указания.

— Когда мы были в твоем возрасте, Лили обнаружила мою ликантропию — просто догадалась. Она всегда была очень умной, но прежде чем припереть меня к стенке, перепроверила все дважды. Вопреки моим отчаянным просьбам не рассказывать остальным Мародерам, она рассказала, начав с Джеймса. Она была уверена, что Джеймс не оттолкнет меня. Твоя мать превосходно разбиралась и в людях, и в учебе, — улыбнувшись, вспомнил Рем. Гарри улыбнулся тоже, чувствуя, как ласковое тепло окутывает их обоих.

— Люди редко говорят о маме, — благодарно пробормотал он. Рем продолжал:

— Лили обнаружила способ помочь мне, чтобы я не был одинок, когда мной овладевает волк. Она раздобыла для нас книгу анимагов.

Гарри изумился.

— Это была мамина идея? Она тоже была анимагом?

— Я точно не знаю. Лили всегда хотела стать Неописуемой и, может быть, стала, но никогда не рассказывала об этом. Она всегда была рядом, когда Джеймс, Сириус и Питер тренировались в анимагии, но никогда не принимала участия. Один вечер я запомнил очень хорошо, потому что проснулся оттого, что Джеймс в ярости пинал диван в гостиной. Ему никак не удавалось преобразовать до конца хвост и рога — как он ни старался, закончить трансформацию все равно не получалось. Именно тогда Сириус придумал ему прозвище «Сохатый».

Заинтригованный Гарри усмехнулся. Он впервые слышал историю, где его отца не выставляли отчаянным сорвиголовой, и обнаружил, что такое человечное представление о Джеймсе нравится ему намного больше.

— И что произошло?

— Лили спустилась в гостиную и напоила его горячим какао — Джеймс обожал его. А когда он успокоился и рассказал ей, что как бы он ни пытался, правильно не получается, она просто заметила: «Может быть, ты стараешься слишком сильно?»

Гарри удрученно вздохнул, и его плечи слегка поникли:

— И через двадцать минут он превратился в оленя?

Рем рассмеялся и потрепал мальчика по руке:

— О, Мерлин, нет. У него ушло почти два дня, чтобы полностью успокоиться, расслабиться и позволить своим чувствам привести его к анимагической форме, — Рем открыл дверь в Гаррину комнату и ласково взъерошил мальчику волосы. — Так будет и с тобой.

Глава 8

— Прекратите хмуриться, Поттер и лучше направьте свою энергию на пока неубедительные попытки прислушаться, — рявкнул Северус, тем временем пытаясь найти способ облегчить мальчишке задачу. Как ни ненавистно было делать что-то для Поттера, Северус очень хорошо понимал, что выполнить его требования очень непросто. Он был удивлен, что Гарри так быстро научился уворачиваться от двух мячей.

Но время летит. Мальчик должен получить палочку не позднее этой недели, а лучше — прямо сегодня. Однако Северус сам объявил Поттеру, что это случится только когда тот сможет уклониться от трех мячей одновременно. По его мнению, это будет достаточным доказательством того, что его подопечный способен ориентироваться в любой ситуации, полагаясь лишь на четыре чувства, а не стоять столбом.

Гарри раздраженно застонал, несколько раз глубоко вздохнул и едва слышно пробормотал что-то вроде: «Пусть меня ведут мои чувства… расслабься… господи, расслабься уже»…

Северус кивнул сам себе и щелкнул пальцами — это был его обычный сигнал, чтобы привлечь внимание Гарри во время занятий.