Плыть по течению

Драко сидел в гостиной Слизерина, кипя от гнева. Старая кошелка Макгонагал назначила ему недельную отработку с Филчем, а Снейп только ухмыльнулся, проходя мимо. Должно быть, он уже узнал о неудаче Драко. Мальчик надеялся только на то, что его декан подождет каких-нибудь весомых доказательств, прежде чем сообщить Люциусу, что его сын всего лишь безвольный слабак, недостойный называться Пожирателем.

Конечно, для Крэбба, Гойла и Пэнси Драко стал героем, заставившим Поттера рыдать и стенать посреди коридора, на глазах у всех. Обычно Драко не прислушивался к их гоготу или кудахтанью Пэнси, но сегодня все они казались особенно невыносимы.

— Это было так круто, спрятать сову Поттера, — в сотый раз начала Пэнси.

Драко почувствовал, что вот-вот не выдержит.

— Отвали, Паркинсон, — рыкнул он. Девушка насупилась и пересела на противоположный конец дивана. Но полюбовавшись несколько секунд на профиль Драко, она не выдержала и заговорила вновь:

— Вот болтушка эта Саша, да?

Драко непонимающе нахмурился:

— Чего?

— Девчонка, которая проболталась о тебе и вернула Поттеру его сову. Саша Как-там-ее.

— Опять ты несешь чушь, Паркинсон, там никого не было, кроме… — и Драко осекся, внезапно поняв, в чем дело. Он совершенно неправильно истолковал поведение Поттера.

Посреди ночи Гарри вдруг беспокойно заворочался в постели — в его разум вторглось видение, непрошеное и желанное, как отравленная вода в пересохшей земле…

… Волдеморт торжествующе глядит на оборванных людей, почтительно преклонивших перед ним колени. Хищно улыбаясь, он обращается к ним, как гордый отец к любимым детям:

— Мои вернейшие из верных. Наконец-то вы свободны. Только вы всегда оставались преданны мне и никогда не колебались… и за это вы получите щедрую награду.

Послышались неразборчивые благодарности. Вперед выступили двое других Пожирателей и также опустились на колени. Эти выглядели более здоровыми, чем остальные.

— Лорд, мы обыскали весь Азкабан. Никого из наших там не осталось. Дементоры разбрелись по темным закоулкам.

— Я надеюсь, ты не забыл о срочности моих требований, Эйвери. Позволь напомнить тебе, что дементоры должны быть на нашей стороне до конца этой недели. Крусио.

Гарри проснулся от собственного крика. Он кричал и кричал, чувствуя агонию проклятья, пронзающую его тело. Кровь кипела, разум пылал, а Гарри никак не мог перестать кричать. Только когда связь с Волдемортом прекратилась, и остаточные эффекты проклятья ослабли, он смог глотнуть воздуха. И медленно моргнуть. И как только его глаза перестали видеть, появились слова:

— Гарри? Гарри!

— Про… профессора Макгонагал… — пробормотал он, прежде чем провалиться в забытье.

Что-то горячее и обжигающее полилось ему в глотку. Он подавился, закашлялся, и звуки вернулись снова, болезненные в своей резкости и громкости.

— Снова видение, Гарри? — осторожный голос Дамблдора опять стал для него якорем посреди хаоса. Мальчик повернул к нему голову, хотя все равно не мог видеть и кивнул.

— Они… они все свободны… — прохрипел он. Мягкая и сухая рука директора, как всегда, успокоила его и он заговорил: — Азкабан пуст… дементоры ушли оттуда. Волдеморт хочет, чтоб к концу недели они присоединились к нему.

— Не беспокойся об этом, мой мальчик. Все под контролем. Отдыхай.

— И ради всего святого, прекратите сопеть, — услышав нежданное замечание, Гарри ахнул.

— Профессор Снейп?

— Именно, — устало прозвучал голос Мастера зелий.

Гарри услышал, как мужчина подошел ближе и встал рядом с Дамблдором.

— Вас там не было?

— Я готовил зелье для Тома Риддла, Поттер. Так что меня избавили от прогулки, — сарказм наставника странным образом успокоил гриффиндорца.

Дамблдор поднялся.

— Я оставлю вас с Северусом, Гарри. Кажется, у меня остались… кое-какие неотложные дела, — воодушевленно произнес он, как будто вдруг собрался в магазин мадам Малкин прикупить пару новых мантий, и удалился.

Снейп уселся возле Гарриной кровати в кресло, оставленное Дамблдором, и наступила тишина. Посмотрев на усталого мальчика, Мастер зелий подумал — достаточно ли он жесток, чтобы именно сегодня еще больше расстроить своего подопечного.

— Итак, Поттер… — начал он, облокотившись на спинку.

Глава 17

Гарри приподнял бровь, уловив оттенок тона Мастера зелий. Он поудобнее устроился под одеялом, уютным и теплым, и почувствовал себя защищенным. Голос Снейпа казался достаточно открытым, чтобы превратить его строгого учителя в Северуса… Гарри улыбнулся этой мысли и послушно откликнулся.

— Да, профессор?

Тот поерзал в кресле, глядя, как мальчик из напряженного, встревоженного и замкнутого превращается в спокойного, расслабленного и умиротворенного.

— Как вы справляетесь?

Гарри криво улыбнулся:

— Ну… все вполне приемлемо, сэр.

— Вы помните, как я в первый раз пришел отвести вас на занятие?

Гарри вздрогнул.

— Нет, не это, — фыркнул Северус, скрестив руки. — Когда я отвел вас в вашу комнату.

Гарри хихикнул:

— Я помню.

— Как, по-вашему, с тех пор что-нибудь изменилось?