Фандом: Гарри Поттер. Снейп забирает раненого Гарри от Дурслей и доставляет в Хогвартс. Благодаря Снейповой въедливости Гарри возвращается к прежней жизни, но доволен ли Мастер зелий, что оказался таким… человечным?
220 мин, 13 сек 15280
Гарри лишь кивнул. Сердце Северуса пропустило удар. Он вдруг ощутил нечто особенное… нечто драгоценное, что он сам выстроил шаг за шагом, осторожно, не причиняя боли. Северус знал, что не вынесет, если это «нечто» будет разрушено.
— Вот и славно, — буркнул он и собрался уходить.
— Сэр, — остановил его голос Гарри, и Мастер зелий встревожено взглянул на своего подопечного.
— Да, Поттер?
— У меня еще не было возможности поблагодарить вас, — негромко произнес тот и прикусил губу.
Сердце Северуса упало, и что-то обожгло ему глаза.
— Вы не должны, Поттер… просто не нужно. Поверьте мне, — отрезал он и поднялся. — Лучше постарайтесь поспать.
Гарри пришел в полнейшее недоумение. Он знал, как Снейп ценит признание — в конце концов, оно так редко ему доставалось — так почему он так решительно отказывается от благодарности того, кто столько лет был настроен против него? Что его мучает?
С этой мыслью Гарри заснул.
А Северусу приснился кошмар.
Следующие несколько недель оказались для Мастера зелий неприятнее, чем для всех остальных. Мало того, что отыскать и собрать дементоров было непросто, но после нападения на Азкабан Министерство, наконец, открыто признало возрождение Темного Лорда. Так что атака на Хогвартс, которую тот запланировал на ближайшее полнолуние, не состоялось.
Плохое же настроение Северуса объяснялось тем, что теперь мало кому из Пожирателей удавалось избежать пары-тройки Крусио во время собраний.
К тому же, Лорду стало известно, что вновь возродился таинственный Орден Феникса. Слухи об этой странной организации поползли и по Хогвартсу, но никто из студентов не имел об Ордене ни малейшего понятия, даже всезнающая Гермиона. Было известно лишь, что этот Орден стоит на пути Волдеморта к победе. После нескольких неудачных попыток покушения Пожирателей на определенных людей из Министерства Гермиона поделилась своими подозрениями, что в Орден входят не только авроры, но, по крайней мере, один арифмантик и один Мастер рун — только они могли предсказать нападения с такой точностью.
Тем временем Поппи Помфри пришлось отвести для Северуса отдельную палату, где он приходил в себя, насколько это было возможно, после собраний у Лорда. Мастер зелий побледнел, похудел и стал казаться каким-то хрупким. Однако, ему пока удавалось скрывать свое состояние от студентов, которые, в общем-то, и не замечали в нем никаких перемен.
Но Гарри замечал.
— Они понемногу убивают его, — расстроено повторял он Рону и Гермионе днем, или просыпаясь ночью от кошмара и спускаясь в гостиную, к теплому камину. — Они убивают его, а он даже не сопротивляется!
Но в то же самое время сам Гарри начал вести себя намного таинственней, чем раньше. И вместе с ним — Рон, Гермиона, Джинни, Фред, Джордж, Рем и вся гриффиндорская квиддичная команда.
Всей остальной школе было известно лишь что Рон, нынешний капитан команды, провел испытания для нового Охранника, и это все. Даже самые пронырливые сплетники Слизерина, Равенкло или Хаффлпафа не знали, кто станет гриффиндорским Ловцом. Когда об этом спрашивали Гарри, он, неизменно улыбаясь, отвечал: «Кто подойдет, тот и будет». Конечно, такой расплывчатый ответ оставлял массу возможностей для предположений и никого, в итоге, не удовлетворял.
В результате такого кошмарного отсутствия сведений, первую игру Гриффиндор-Равенкло ждали с бОльшим воодушевлением, чем Кубок мира.
А вот Драко Малфоя вовсе не радовало, что Поттер перестал быть его соперником в квиддиче. Откровенно говоря, этот факт представлялся слизеринцу весьма раздражающим, поскольку не оставлял никакой возможности для реванша. Драко знал, что всегда лучше заранее представлять секреты и слабости противника.
К тому же, гриффиндорская команда тренировалась тайком и не по расписанию, что делало шпионаж за ними весьма затруднительным, особенно пока по коридорам болтались Филч и миссис Норрис. От этого Драко нервничал еще больше. Возможно ли, что Поттер все еще Ловец? Но как?
Рем Люпин вошел в Скрытый сад Поппи и Мэтти. Хотя теперь, когда о нем знала вся гриффиндорская команда и половина профессоров, сад вряд ли можно было считать скрытым. Хоть полнолуние давало о себе знать — Рем все еще чувствовал себя изможденным — он не пожелал оставаться дома или в кабинете, а хотел переключиться на что-нибудь приятное.
Поэтому он отправился в сад, посмотреть, как тренируется его любимая команда — под величественным куполом сада парили все семеро игроков.
— Северус, время пришло.
— Мой Лорд?
— Дементоры на нашей стороне. Наши братья и сестры больше не могут ждать, — спокойно сообщил Том Риддл, глядя, как Нагини освобождается от старой кожи.
Северус тоже посмотрел, как змея добровольно производит ценный ингредиент.
— Я уже передал вам зелье, милорд, — осторожно напомнил он.
Волдеморт кивнул:
— Вот и славно, — буркнул он и собрался уходить.
— Сэр, — остановил его голос Гарри, и Мастер зелий встревожено взглянул на своего подопечного.
— Да, Поттер?
— У меня еще не было возможности поблагодарить вас, — негромко произнес тот и прикусил губу.
Сердце Северуса упало, и что-то обожгло ему глаза.
— Вы не должны, Поттер… просто не нужно. Поверьте мне, — отрезал он и поднялся. — Лучше постарайтесь поспать.
Гарри пришел в полнейшее недоумение. Он знал, как Снейп ценит признание — в конце концов, оно так редко ему доставалось — так почему он так решительно отказывается от благодарности того, кто столько лет был настроен против него? Что его мучает?
С этой мыслью Гарри заснул.
А Северусу приснился кошмар.
Следующие несколько недель оказались для Мастера зелий неприятнее, чем для всех остальных. Мало того, что отыскать и собрать дементоров было непросто, но после нападения на Азкабан Министерство, наконец, открыто признало возрождение Темного Лорда. Так что атака на Хогвартс, которую тот запланировал на ближайшее полнолуние, не состоялось.
Плохое же настроение Северуса объяснялось тем, что теперь мало кому из Пожирателей удавалось избежать пары-тройки Крусио во время собраний.
К тому же, Лорду стало известно, что вновь возродился таинственный Орден Феникса. Слухи об этой странной организации поползли и по Хогвартсу, но никто из студентов не имел об Ордене ни малейшего понятия, даже всезнающая Гермиона. Было известно лишь, что этот Орден стоит на пути Волдеморта к победе. После нескольких неудачных попыток покушения Пожирателей на определенных людей из Министерства Гермиона поделилась своими подозрениями, что в Орден входят не только авроры, но, по крайней мере, один арифмантик и один Мастер рун — только они могли предсказать нападения с такой точностью.
Тем временем Поппи Помфри пришлось отвести для Северуса отдельную палату, где он приходил в себя, насколько это было возможно, после собраний у Лорда. Мастер зелий побледнел, похудел и стал казаться каким-то хрупким. Однако, ему пока удавалось скрывать свое состояние от студентов, которые, в общем-то, и не замечали в нем никаких перемен.
Но Гарри замечал.
— Они понемногу убивают его, — расстроено повторял он Рону и Гермионе днем, или просыпаясь ночью от кошмара и спускаясь в гостиную, к теплому камину. — Они убивают его, а он даже не сопротивляется!
Но в то же самое время сам Гарри начал вести себя намного таинственней, чем раньше. И вместе с ним — Рон, Гермиона, Джинни, Фред, Джордж, Рем и вся гриффиндорская квиддичная команда.
Всей остальной школе было известно лишь что Рон, нынешний капитан команды, провел испытания для нового Охранника, и это все. Даже самые пронырливые сплетники Слизерина, Равенкло или Хаффлпафа не знали, кто станет гриффиндорским Ловцом. Когда об этом спрашивали Гарри, он, неизменно улыбаясь, отвечал: «Кто подойдет, тот и будет». Конечно, такой расплывчатый ответ оставлял массу возможностей для предположений и никого, в итоге, не удовлетворял.
В результате такого кошмарного отсутствия сведений, первую игру Гриффиндор-Равенкло ждали с бОльшим воодушевлением, чем Кубок мира.
А вот Драко Малфоя вовсе не радовало, что Поттер перестал быть его соперником в квиддиче. Откровенно говоря, этот факт представлялся слизеринцу весьма раздражающим, поскольку не оставлял никакой возможности для реванша. Драко знал, что всегда лучше заранее представлять секреты и слабости противника.
К тому же, гриффиндорская команда тренировалась тайком и не по расписанию, что делало шпионаж за ними весьма затруднительным, особенно пока по коридорам болтались Филч и миссис Норрис. От этого Драко нервничал еще больше. Возможно ли, что Поттер все еще Ловец? Но как?
Рем Люпин вошел в Скрытый сад Поппи и Мэтти. Хотя теперь, когда о нем знала вся гриффиндорская команда и половина профессоров, сад вряд ли можно было считать скрытым. Хоть полнолуние давало о себе знать — Рем все еще чувствовал себя изможденным — он не пожелал оставаться дома или в кабинете, а хотел переключиться на что-нибудь приятное.
Поэтому он отправился в сад, посмотреть, как тренируется его любимая команда — под величественным куполом сада парили все семеро игроков.
— Северус, время пришло.
— Мой Лорд?
— Дементоры на нашей стороне. Наши братья и сестры больше не могут ждать, — спокойно сообщил Том Риддл, глядя, как Нагини освобождается от старой кожи.
Северус тоже посмотрел, как змея добровольно производит ценный ингредиент.
— Я уже передал вам зелье, милорд, — осторожно напомнил он.
Волдеморт кивнул:
Страница 44 из 62
