Плыть по течению 2: видеть — значит верить

— Будь я на вашем месте, то не стал бы рисковать. Я запросто могу не впустить вас, — голос Снейпа прозвучал до странности иронично и даже шутливо. Гарри невольно задумался, каким Мастер зелий был в юности — занятным или нудным до ужаса? Но додумать не успел, потому что Снейп внезапно спросил:

— Я припоминаю, что в день, когда убили Фуджа, у вас было видение.

— Да… — осторожно подтвердил мальчик.

— Не могли бы вы рассказать мне, мистер Поттер, что именно вы видели? Это очень важно.

Гарри вздрогнул, подумав о последней подобной просьбе профессора, и сникнув, подошел ближе. «Только не забудь спросить его потом», — напомнил он себе.

— Я видел зеленый дым… Видел, как блеснули глаза Волдеморта. Потом руку, с которой облезала плоть — было очень больно, словно под пыточным проклятьем. И кто-то все время хихикал.

— И все? — уточнил Северус, уловив неуверенность в голосе мальчика.

— … я чувствовал, будто он проник в мой разум… будто его рука сжала мое сердце и остановила его.

Кровь отхлынула от лица Мастера зелий, и он порадовался, что Гарри не может этого увидеть.

— Он говорил с вами?

— Что?

— Прежде чем потерять сознание, вы прошептали, что он только начал. Почему?

Гарри проглотил комок в горле и покрутил в руках рукоять трости.

— Не знаю. Должно быть, это он что-то говорил. Я не очень хорошо помню. Все как-то… смазано.

— Не врите мне, Поттер, вы пока еще не настолько искушены.

— Да уж, меня не удостоили привилегии обучения ментальной блокировке, — сардонически ухмыльнулся Гарри, облокотившись на трость.

— Для серьезных занятий ментальной блокировкой чрезвычайно важно зрение. А вы слепы, — сухо заметил Мастер зелий.

— Спасибо, что напомнили, профессор, — Гарри отвесил ему шутливый поклон.

— Что еще вы слышали, видели или чувствовали, о чем не рассказали мне?

Мальчик вздрогнул.

— Он сказал, что будет наблюдать за мной с удовольствием.

— Он понял, что ваши разумы связаны?

— Не уверен. Это была просто мысль. Думаю, он просто размышлял, не адресуясь ко мне, — Гарри прикусил губу, внезапно почувствовав себя очень маленьким и, почему-то, виноватым. Снейп принялся расхаживать по кабинету, обдумывая, какие новые ловушки сулят эти слова.

Гарри вздохнул и сделал первое, что пришло ему в голову, чтобы отвлечься от неприятного разговора.

— Когда вы планировали сказать мне, что вы — змееуст? — прошипел он и Северус резко остановился. Почувствовав на себе тяжелый взгляд Мастера зелий, юноша ощутил, как его сердце замерло — тот его понял, хоть Гарри и говорил на серпентарго.

Северус смерил юного гриффиндорца внимательным взглядом — в который раз, с тех пор, как волею судеб им пришлось узнать друг друга лучше. Сухощавый паренек немного подрос, в его глазах по-прежнему пылал неукротимый бойцовский дух, хоть сами глаза оставались неподвижными; мальчик стоял, гордо выпрямившись, и едва заметно поеживался, гадая, что же ответит язвительный профессор. Северус едва не усмехнулся — у него всегда было преимущество над Поттером, с того самого момента, как они встретились. Он знал о Гарри много больше, чем тот знал о Северусе, и последнего это более чем устраивало. Настало время подумать — согласен ли он поступиться своим преимуществом?

— Я и мечтать не смел сообщить вам нечто подобное, — спокойно ответил профессор, — потому что я не говорю на языке змей.

— А как вы поняли, что именно я спросил? — торжествующе подловил его Гарри.

— Будьте внимательнее, Поттер. Я сказал, что не говорю на серпентарго. А теперь прошу вас покинуть класс. Мне нужно подготовиться к занятиям.

Ошеломленному Гарри ничего не оставалось, как удалиться.

«Гермиона будет в экстазе».

Сириус и Рем с крайним отвращением смотрели на останки смертоносного конверта в стеклянной колбе.

— Ничего не понимаю! Его будто с Марса послали!

— Думаю, самое время признать наше поражение и объявить Дамблдору, что мы не можем взломать защитные заклинания и выяснить местонахождение отправителя. Что само по себе уже кое-что значит, — удрученно признал Рем, глядя на половину змеиной головы на конверте, обозревающую его в ответ с неутихающей ненавистью. Сириус яростно пнул кресло.

— И не говори! Просто ошеломительная информация! Чертова бумажка защищена одним из самых темных заклинаний, которые когда-либо были созданы, и которое просто обязан использовать наш мерзкий, старый Волди! Браво! Как будто мы и так этого не знали!

— Успокойся, Бродяга. Мы еще не знаем, чего удалось добиться Северусу. И потом, все не так уж безнадежно — мы же разобрались, что именно происходит.

— Если защита письма подпитывается волей самого старины Волди, мы не сможем узнать, где он прячется.

— Мне чудится, или здесь в самом деле кто-то беспомощно тявкает? — раздался от двери вкрадчивый голос Мастера зелий. Сириус обернулся к давнишнему противнику, стоящему в дверях с видом невыносимого превосходства.

— Сейчас я кого-то точно облаю!

— Сириус! Хватит уже, — устало урезонил его оборотень. Северус вошел в кабинет и уселся в кресло.