Плыть по течению 2: видеть — значит верить

— Прошу внимания, — произнес директор и продолжил, дождавшись тишины. — Сегодня утром вы могли заметить в коридорах школы людей, лица которых скрыты маскировочными чарами. Вновь прибывшие не являются преподавателями, как вы знаете.

Гарри презрительно хмыкнул и погладил Сашу.

— Наши гости — инквизиторы, которых послало Министерство, чтобы обеспечить безопасность школы и убедиться, что среди ее обитателей нет темных магов. Отныне, если кто-то из инквизиторов остановит вас и спросит имя, прошу вас ответить. Должен предупредить, что если вы дадите инквизиторам повод, они воспримут вас как врага. Но если студент четко назовет свое имя, — Дамблдор повысил голос, стараясь перекрыть нарастающий гам, — он будет в полной безопасности. А теперь — прошу приступать к завтраку.

Рон саркастично фыркнул и схватил тост.

— Конечно, мы в безопасности. Что-то я не вижу, чтобы слизеринцы волновались. Поглядите на Паркинсон — она уже обхихикалась.

— Думаю, ты прав, Рон, — согласилась Гермиона и отложила вилку. Гарри же, напротив, беззаботно продолжал завтракать.

— Ешьте, ребята, — заметил он. — Когда придет время, мы легко разберемся с этими парнями.

— Стой! Куда идешь?

— Эй, вы, куда вы направляетесь? Можете это доказать?

— Я тебя закляну, если немедленно не ответишь! И прекрати заикаться!

От резких ремарок и грубых требований инквизиторов у Гарри моментально разболелась голова. И, видимо, не только у него, потому что во время обеда Дамблдор объявил, что отныне студенты будут переходить из одного класса в другой только группами, в сопровождении профессора или мадам Помфри. Кажется, инквизиторы остались крайне недовольны подобным нововведением; Гарри услышал их сердитый ропот, который постепенно стих. В Хогвартсе будто объявили военное положение.

Вечером, в гостиной, Гарри окликнул подругу:

— Гермиона, ты не поднимешься ко мне? Кажется, мне нужна помощь с Защитой, — Гермиона и Рон, как один, послушно встали. Гарри всякий раз использовал эту реплику, когда хотел обсудить дела Учебной группы. Друзья поднялись к нему в комнату, и юноша плотно прикрыл за ними дверь.

— Что такое, Гарри?

— Нам нужно усилить бдительность и тренироваться чаще. Осталось много выучить и еще больше — отработать. Но теперь придется быть очень осторожными.

— Хорошо…

— Отныне каждую неделю я буду устанавливать новое время для тренировок. Собираемся по-прежнему в Нужной комнате. Боюсь, спать придется меньше, потому что встречаться будем после полуночи.

— Но разве это не покажется подозрительным? Если нас застанут в коридоре в такое время? — удивился Рон.

— Специально на этот случай, я попросил крестного кое-что купить, — лукаво улыбнулся Гарри. Подойдя к шкафу, он извлек небольшой сверток.

— Что это? — поинтересовалась Гермиона. Вместо ответа Гарри бросил сверток Рону, который нетерпеливо его распаковал. Раздались два изумленных вздоха.

В свертке оказались три мантии-невидимки.

— Гарри, они же стоят кучу денег!

— У меня есть куча денег, Миона. И мы на войне. Под каждой мантией могут спрятаться двое. Отдайте одну Невиллу, другую возьмите себе и убедитесь, что Драко и Блейз получат третью.

— А ты?

— Мне не требуются мантии. Когда нужно, я превращаюсь в тень, — ответил Гарри, и в его неподвижных глазах сверкнула решимость.

Март подходил к концу, а Северус так и не смог улучить момент, чтобы рассказать Гарри правду. Он уже начал тревожиться — снующие вокруг инквизиторы-идиоты не оставляли ему ни единого шанса, один даже постоянно находился в кабинете Дамблдора. Сомбре горячо возненавидел всю их братию, когда кто-то из них пнул его так, что ему пришлось красться к себе в подземелья, чтобы принять зелья от внутреннего кровотечения. «Пробираться тайком в свою собственную лабораторию! Я вам это припомню!»

Присутствие в школе инквизиторов также сделало невозможными собрания Ордена. То, что Северус успел сообщить Рему местонахождение Беллатрикс до их прибытия, оказалось настоящим чудом. Собирать Орден в Хогвартсе стало небезопасно, а покинуть школу — значило ослабить постоянную защиту студентов. «Надеюсь, Дамблдор предвидел нечто подобное. Иначе было бы колоссальной ошибкой пустить этих идиотов в школу!» — раздраженно размышлял Северус.

В виде Сомбре он тихонько прокрался по коридорам и уселся возле доспехов, которые Гарри так любил пинать, когда учился справляться со слепотой. «Никогда бы не подумал, что стану с ностальгией вспоминать то время» — печально усмехнулся Мастер зелий.

Сомбре очень часто сидел там, наблюдая, как Гарри пробирается мимо — так тихо, что даже его кошачий слух не мог уловить шагов мальчика и так быстро, что в неверном свете факелов его было невозможно увидеть. Сомбре так гордился им, что иногда даже мурлыкал от удовольствия. Заслышав его мурлыканье, Гарри сначала застывал на месте, а потом, распознав звук, еще стремительнее двигался дальше.