Фандом: Гарри Поттер. Смерть одной из студенток Хогвартса стала лишь одним из звеньев в цепочке убийств. Что послужило их причиной — древнее зло, разбуженное археологами при раскопках святилища богини Дану, или демоны, таящиеся в душе обычного человека?
143 мин, 53 сек 21915
Как только Хмури прикоснулся к золотой чаше, облитой светом, будто рождественское яблоко — глазурью, деревянные клинья, наклоненные чуть под углом к каменной крышке, подались вперед. Всем стало нехорошо, словно пол закачался у них под ногами. Хмури отпрянул, но поздно. Он рухнул ничком на пол, весь в крови. Тайник закрылся; обломки подпор торчали из щели под крышкой, точно кости, раздробленные страшными челюстями. Чудовище сомкнуло пасть.
«Человеку со столь сомнительной биографией следовало бы держаться поскромнее», — злобно подумала Рита Скитер, доставая зеркальце — якобы провести текущее редактирование макияжа, а на самом деле проследить, не увязался ли кто-нибудь за ними с Мидж. Дорога была пустынна.
«Ничего. Вот закончу с этим репортажем, и возьмусь за чертова Снейпа вплотную. Он еще пожалеет, что после войны не забился в какую-нибудь глухомань, подальше от приличных людей. Высокомерный ублюдок».
— Свернем в тот овражек, и подождем там. С дороги нас не заметить.
Двое дюжих санитаров из Святого Мунго аппарировали с носилками прежде, чем она успела приблизиться. Авроры сновали взад и вперед, не обращая на нее внимания. Рита увидела Минерву МакГонагалл и нового директора Хогвартса.
Журналистка схватила МакГонагалл за рукав, та поглядела на нее с тоской, явно слишком измученная, чтобы сопротивляться. Рита ткнула ей в лицо микрофоном и уже собралась выпалить первый вопрос, но проклятый Снейп решительно отцепил Ритину руку от мантии гриффиндорского декана и сказал:
— Минерва, увидимся в Хогвартсе.
Пока возмущенная Скитер искала слова для гневной отповеди, МакГонагалл аппарировала.
— Народ имеет право знать, что там произошло! — накинулась журналистка на Снейпа.
— Никто не собирается нарушать права народа на информацию, — сухой, самоуверенный и — черт подери! — слегка издевательский тон.
— Так вы мне расскажете?
— О нет, я не собираюсь стоять здесь с вами и сотрясать воздух, когда меня ждут более важные дела.
С этими словами Снейп отодвинул Риту с дороги, точно какую-нибудь табуретку, и стремительно удалился, оставив журналистку стоять с открытым ртом. В таком жалком положении Мидж ее и застала, и этого Скитер Снейпу прощать не собиралась. Она как следует вываляет его в грязи… после того, как найдет Потрошителя из Хогсмида и станет самым знаменитым репортером Волшебного мира.
Ночь выдалась студеной. Рита не привыкла работать в полевых условиях, и единственное, что ее удерживало от бегства в теплую, уютную гостиницу — мысль о предстоящей сенсации. Звезды дрожали от порывов ветра, силившегося сдуть маленькие светящиеся точки с ледяного небосвода. Рита продрогла, лоб и виски ломило.
— Надо наложить согревающие чары, — пролязгала зубами Мидж, — а не то мы насмерть замерзнем.
— А вдруг маньяк рядом? — шмыгнула носом Рита. Мерлин, какой мороз!
— Нет его тут, — мрачно ответила Мидж. — И вообще, зря мы сюда пришли.
Рита нетерпеливо тряхнула головой.
— Он появится здесь с новой жертвой. Вот увидишь. Только бы не упустить! Раз его еще нет, я обойду курган. Пойдешь со мной?
— Нет, — отказалась Мидж. — Репортаж репортажем, а жизнью я рисковать не собираюсь. И тебе не советую.
Рита сердито махнула рукой и выбралась из небольшой ложбины, заросшей чахлым кустарником, в которой они устроили засаду. Черный склон частично заслонял небо; немногочисленные деревья, попадавшиеся Рите на пути, склонялись в сторону холма, точно отдавая ему низкий поклон. Был тот час, когда ночные демоны кружатся над землей, когда во мраке вспыхивают желтые глаза, и человек, встреченный на улице, может оказаться и не человеком вовсе. Тишина в окрестностях стояла такая, какая возможно только зимой: ни стрекота цикад, ни возни мелких животных в кустах; ни вскриков охотящихся козодоев и сычей. Только ветер стонал в голых сучьях, теребил кустарник и пучки высохшей травы, да по мерзлой земле постукивали Ритины каблуки. Журналистка пожалела, что не надела туфли на мягкой подошве.
Внезапно какой-то странный монотонный шум послышался впереди. Рита вздрогнула и замерла. Звук повторился: как будто кто-то напевал себе под нос высоким голосом.
Риту прошиб холодный пот, она прижалась к дереву, стараясь слиться с корявым стволом. Палочка затерялась в складках мантии, вместо нее под руку подворачивалась всякая ерунда: пудреница, блокнот, какие-то бумажки. Вот она! Нет, это карандаш. Рита чуть не заплакала. Она прекратила поиски и прислушалась, напряженно и безрезультатно. Выждав немного, Рита осторожно, поминутно озираясь, продолжила путь.
Должно быть, показалось, — страх, овладевший сознанием наперекор воле, разбавил кровь адреналином, порождая призраки звуков и смутные видения, которые человеку суеверному легко принять за реальность. Но не такова Рита Скитер, чтобы бежать в панике, если сухая ветка хрустнет у нее под ногами.
«Человеку со столь сомнительной биографией следовало бы держаться поскромнее», — злобно подумала Рита Скитер, доставая зеркальце — якобы провести текущее редактирование макияжа, а на самом деле проследить, не увязался ли кто-нибудь за ними с Мидж. Дорога была пустынна.
«Ничего. Вот закончу с этим репортажем, и возьмусь за чертова Снейпа вплотную. Он еще пожалеет, что после войны не забился в какую-нибудь глухомань, подальше от приличных людей. Высокомерный ублюдок».
— Свернем в тот овражек, и подождем там. С дороги нас не заметить.
Двое дюжих санитаров из Святого Мунго аппарировали с носилками прежде, чем она успела приблизиться. Авроры сновали взад и вперед, не обращая на нее внимания. Рита увидела Минерву МакГонагалл и нового директора Хогвартса.
Журналистка схватила МакГонагалл за рукав, та поглядела на нее с тоской, явно слишком измученная, чтобы сопротивляться. Рита ткнула ей в лицо микрофоном и уже собралась выпалить первый вопрос, но проклятый Снейп решительно отцепил Ритину руку от мантии гриффиндорского декана и сказал:
— Минерва, увидимся в Хогвартсе.
Пока возмущенная Скитер искала слова для гневной отповеди, МакГонагалл аппарировала.
— Народ имеет право знать, что там произошло! — накинулась журналистка на Снейпа.
— Никто не собирается нарушать права народа на информацию, — сухой, самоуверенный и — черт подери! — слегка издевательский тон.
— Так вы мне расскажете?
— О нет, я не собираюсь стоять здесь с вами и сотрясать воздух, когда меня ждут более важные дела.
С этими словами Снейп отодвинул Риту с дороги, точно какую-нибудь табуретку, и стремительно удалился, оставив журналистку стоять с открытым ртом. В таком жалком положении Мидж ее и застала, и этого Скитер Снейпу прощать не собиралась. Она как следует вываляет его в грязи… после того, как найдет Потрошителя из Хогсмида и станет самым знаменитым репортером Волшебного мира.
Ночь выдалась студеной. Рита не привыкла работать в полевых условиях, и единственное, что ее удерживало от бегства в теплую, уютную гостиницу — мысль о предстоящей сенсации. Звезды дрожали от порывов ветра, силившегося сдуть маленькие светящиеся точки с ледяного небосвода. Рита продрогла, лоб и виски ломило.
— Надо наложить согревающие чары, — пролязгала зубами Мидж, — а не то мы насмерть замерзнем.
— А вдруг маньяк рядом? — шмыгнула носом Рита. Мерлин, какой мороз!
— Нет его тут, — мрачно ответила Мидж. — И вообще, зря мы сюда пришли.
Рита нетерпеливо тряхнула головой.
— Он появится здесь с новой жертвой. Вот увидишь. Только бы не упустить! Раз его еще нет, я обойду курган. Пойдешь со мной?
— Нет, — отказалась Мидж. — Репортаж репортажем, а жизнью я рисковать не собираюсь. И тебе не советую.
Рита сердито махнула рукой и выбралась из небольшой ложбины, заросшей чахлым кустарником, в которой они устроили засаду. Черный склон частично заслонял небо; немногочисленные деревья, попадавшиеся Рите на пути, склонялись в сторону холма, точно отдавая ему низкий поклон. Был тот час, когда ночные демоны кружатся над землей, когда во мраке вспыхивают желтые глаза, и человек, встреченный на улице, может оказаться и не человеком вовсе. Тишина в окрестностях стояла такая, какая возможно только зимой: ни стрекота цикад, ни возни мелких животных в кустах; ни вскриков охотящихся козодоев и сычей. Только ветер стонал в голых сучьях, теребил кустарник и пучки высохшей травы, да по мерзлой земле постукивали Ритины каблуки. Журналистка пожалела, что не надела туфли на мягкой подошве.
Внезапно какой-то странный монотонный шум послышался впереди. Рита вздрогнула и замерла. Звук повторился: как будто кто-то напевал себе под нос высоким голосом.
Риту прошиб холодный пот, она прижалась к дереву, стараясь слиться с корявым стволом. Палочка затерялась в складках мантии, вместо нее под руку подворачивалась всякая ерунда: пудреница, блокнот, какие-то бумажки. Вот она! Нет, это карандаш. Рита чуть не заплакала. Она прекратила поиски и прислушалась, напряженно и безрезультатно. Выждав немного, Рита осторожно, поминутно озираясь, продолжила путь.
Должно быть, показалось, — страх, овладевший сознанием наперекор воле, разбавил кровь адреналином, порождая призраки звуков и смутные видения, которые человеку суеверному легко принять за реальность. Но не такова Рита Скитер, чтобы бежать в панике, если сухая ветка хрустнет у нее под ногами.
Страница 16 из 41
