По воле их

— Может, у него было что-то в ладони? — Задумчиво сказал Марвелл.

— Судя по костяшкам пальцев, у него там и в самом деле, что-то было. И по перелому со смещением.

— Например?

— Да мало ли. Ты слышал о таком старинном оружии русских, как «наладонник», если перевести буквально? Это толстая железная пластина, что крепилась на ладонь. Часто с шипами. Отсюда и сорванная кожа.

— Это еще ладно. Но, тем не менее, странен другой факт. Чтобы ни было в ладони нашего друга, Большой Майк таким ударом должен был снести того с ног, во всяком случае, здорово подвинуть вдоль стойки, не говоря уж о пролитом пиве. Бред. Удар, как в стальной памятник.

— Это верно, инспектор, — раздался голос Рауде, неожиданно появившегося в приемном покое.

— Опять вы? — Нахмурился слегка Марвелл.

— Опять я, — не стал спорить Рауде с очевидным.

— И вам есть, что сказать?

— Я предложил бы выйти на улицу, наши с вами беседы не для посторонних ушей, — деликатно предложил Оса и все трое покинули больницу.

— Так что вы хотите нам еще поведать? Со слов посетителей бара мы можем составить разве что ненужный, в свете имеющегося видео, фоторобот, и сведения о том, что он силен, как носорог.

— Смотря, что мне скажете вы, детективы. Я имею в виду, что показал анализ шерсти, — спокойно сказал Рауде, уверенный, что его советом не пренебрегли.

— Видимо, у нас что-то с аппаратурой. Возраст шерсти более тысячи лет. А она максимум, как сказал при первом осмотре эксперт, позапрошлого года. Чушь.

— Имеющие уши, да не слышат, — усмехнулся Оса, — ну, отправьте ее на анализ куда-нибудь еще, если не верите глазам своим. Там будет то же самое.

— Музейный экспонат? — Предположил Слейд.

— Чем надо обработать шерсть, где и как хранить тысячу лет, чтобы она выглядела «от позапрошлого года»? — Невинно осведомился Рауде, — я, например, не возьмусь себе представить такой способ.

— Что вы хотите этим сказать, Оса? Хватит уже демонстрировать нам наш же идиотизм, — сказал Слейд.

— Это его шкура. Добытая в позапрошлом году. Для него — в позапрошлом. А для нас — тысячу лет назад. Он гость из прошлого. Викинг.

— Вы спятили, — радостно заключил Марвелл. — Не довели вас ваши пристрастия рыться в черт-те каких делах, до добра.

— Я не ждал другого ответа. Вам даже радиоуглеродный анализ не поможет. Я бы рекомендовал лоботомию, чтобы вы со спокойной совестью ушли на покой. Подождите, следующие поступки этого человека и следующие анализы приведут вас в ваше рабочее состояние — окончательный ступор — с еще большей гарантией, — сухо сказал Оса.

— Вы спятили, Рауде, что викингу делать у нас и зачем? — Снова заговорил Марвелл.

— Лечить наш больной мир, детективы. Так как у нас с вами ни черта не выходит, — спокойно сказал Рауде.

— От Гордеца и Большого Майка?

— От Гордеца и прочих ублюдков. Майк просто случайно попал под руку. Он, как вы знаете, никто. По факту. Потому наш викинг не убил его.

— Но тогда почему он вошел в бар с наладонником, если ваша гипотеза о том, что он работает только по крупным фигурам, верна? — Осведомился Слейд, закуривая. Хоть с помешанным поговорить, отвлечься. Пока сам не тронулся.

— Вы вцепились в свой «наладонник», детективы, а он мешает вам смотреть. Он встретил кулак Майка пустой ладонью. Просто на ладони у него настоящий панцирь — мозольный, смоляной, грязевой, простите. Вы представляете, что такое гребля на драккаре? Простите, драккар — это корабль викингов, приводимый в движение веслами. Огромными и тяжелыми. Если не было ветра. Год за годом он греб на драккаре. Плюс смола, морская соль, прочие ингредиенты, оружие, тяжелая физическая работа. Это же относится к тому, почему Майк, при всей своей огромной силе, не смог сбросить того на пол — у викингов была поговорка: «Драккар движется веслами». Вот вам и ответ. Учтите, что их драккары, часто на веслах, проходили тысячи миль. Сезон за сезоном. А в теплых морях — и без сезона, если мореплаватели не спешили домой. Этот человек сильнее Майка в разы. Выносливее и здоровее. А то, что он умудрился дожить до начавшейся лысины, говорит о том, что он великий воин. До седины в то время доживали редко, даже на берегу. А викинги — тем более, учитывая, что они такой цели и не ставили, мечтая умереть в бою и попасть в свой рай.

— И что вы хотите сказать всем этим? Что у нас в Вечном Городе бродит викинг, попавший сюда через тысячу лет и вершит правосудие?

— Нет. Не вершит. Слегка способствует починке мира, чтобы тот добрался к Армагеддону в запланированный срок, а не как шла работа в СССР — ударными темпами.

— И вы что, всерьез в это верите? — Задумчиво спросил Слейд.