Весной степь цветет. Едва с земли сходит талый снег, как она покрывается ковром из цветов синего барвинка. Позже появляются разноцветные тюльпаны и дикая астра, а уже к концу мая распускаются пурпурные цветы мака. Когда степную растительность колеблет ветер, кажется, будто волнуется гладь кровавого океана.
— Так скоро — не без сожаления протянула Марья. Как ни странно, она уже успела привязаться к этому взбалмошному и жестокому, но в чем-то и внушающему невольную симпатию существу. Оно конечно, Ниса ведьма и от того, что она вытворяет, хватит удар самого Илью-пророка, но, по крайней мере, с ней не соскучишься. К тому же Марья понимала, что без Нисы её дальнейший путь станет намного труднее.
— Я тут тебе одежку присмотрела. Самое чистое тряпье, которое я здесь нашла, — с этими словами Ниса бросила Марье какой-то ком.
Казачка внимательно рассмотрела предложенную обновку. Это были синие шелковые шаровары, какая-то не то рубаха, не то кафтан, расшитый золотыми нитями( видно принадлежащий какому-то знатному бею) и небольшие сафьяновые сапоги. Марья быстро скинула с себя вонючие рваные тряпки и оделась в то, что предлагала ей эллинка. Шаровары были слишком широки, рукава кафтана длинны, но носить было можно. Сапоги неожиданно оказались впору.
— Верхом ездить умеешь?— спросила Ниса, когда Марья переоделась.
Что?— не сразу поняла Марья. — А… Да, немного.
— Тут одна лошадь сумела вырваться, когда твоих татар ели. Я её поймала и заклятием связала, она сейчас там за холмом стоит. У неё в сумках еда, какая там у варваров была, правда немного. Все что эти друзья не сожрали. Кстати, может ты мне объяснишь, что это такое?— Ниса протянула казачке бурдюк, в котором что-то булькало.
— Кумыс, — попробовав, ответила Марья. — Перебродившее молоко, конское.
— Фу, какая гадость, — скривилась жрица в непритворном отвращении. — Я было подумала вино, — потом понюхала, — нет какая-то дрянь.
— Им их вера басурманская запрещает вино пить, — пояснила украинка. — Бог-аллах не велит.
— Слышал бы об этом Филофит, мой знакомый жрец Диониса, — усмехнулась Ниса. — Да он бы утопился с горя, только узнав, что такая вера вообще есть на свете. У вас хоть не так?
— Нет, — покачала головой Марья. — Мы вином причащаемся.
— Ну хоть что-то хорошее у вас осталось, — вздохнула Ниса. — А ты знаешь, я бы сейчас не отказалась от чаши с вином. Пусть не родосского, хотя бы нашего боспорского. Великий Аид, да я бы сейчас и скифского неразбавленного выпила.
Она еще что-то беззаботно болтала, но Марья её уже не слушала, все более одолеваемая мрачными думами. Что ей делать дальше она представляла с трудом. Ну, хорошо, сейчас у неё есть еда, а что дальше? Охотиться она не умеет, да и не с чем, ягод в степи мало. Да и куда ехать? Она даже не знала где находиться её дом, знает только, что где — то на Западе. Но между нею и родиной и степь, и Азовское море. А еще татары и турки… как ей проскочить мимо них Марья не знала.
С трудом она заставила себя прислушаться к тому, что говорит Ниса.
— Смешно, конечно, что татары эту речку, возле которой мы познакомились, Черной Водой прозвали. Ведь знать не знали, что рядом мой могильник стоит, а все же, смотри. Что-то чуют видать. Может, поэтому курган так никто и не пытался разграбить.
— А откуда ты знаешь, как они эту речку прозвали?— без особого интереса спросила Марья.
— А я тут одного оживила и поговорила немного, — непринужденно сказала Ниса. — Ты кстати особо не задавайся. Думаешь это они за тобой такую орду послали? Как бы не так. Они бы уже давно домой повернули, да их встретили люди их владыки. Соль то в чем? Тут где-то должны были встретиться с местными вождями меотов или черкесов как ты их называешь послы какого-то царя с Запада. Ну, а татарам это не понравилось потому, что речь должна была пойти о союзе против них и какой-то Порты.
— Подожди, подожди, как звали-то его?— оживилась Марья.
— Кого?— недоуменно спросила Ниса.
— Ну, царя, от которого послы.
— Подожди, сейчас… Сизимун, Зигимонт…, как -то так, в общем.
— Сигизмунд, может?— волнуясь, спросила Марья.
— Может быть. А тебе то что?
— Так ведь это и мой король. Хоть и латынник, не приведи Господь, — со вздохом добавила Марья. — Может, если я с этими ляхами поговорю, они меня и домой возьмут? Хоть до Киева, а дальше я сама доберусь. Где сейчас эти послы, ты не знаешь?
— Да вроде они с меотами собирались встретиться там, где эта Черная Вода в Гипанис впадает — пожала плечами Ниса. — Они, наверное, теперь там несколько дней проведут, никто не помешает. Езжай вниз по течению, думаю к вечеру выедешь.
— Спасибо тебе, — растрогалась Марья, наконец, обретая надежду. — Что бы я без тебя делала? Почему ты мне помогаешь?
— Ну, как ни крути, если бы не ты, я еще Тифон ведает сколько в земле бы пролежала, — усмехнулась жрица. — А так хоть поднялась наверх, повеселилась. Степнякам напомнила их место, хоть и не те, что в мое время, а все равно приятно. Да и с тобой занятно было поговорить, ты вообще занятная. Надеюсь, что ваш народ когда нибудь вышвырнет этих косоглазых ублюдков и сам поселится на землях Боспора. Если судить по тебе он больше этого заслуживает. Ладно, мне уже пора обратно. А это тебе на прощание.