Подруга для Грегори

— Пожалуйста! — он подмигнул Рону. — Ты забыл волшебное слово! Но я все же расскажу. Зелий было два, как я уже говорил. Причем оба приняла Уизли. Если Амортенция заставила ее влюбиться в Паркинсон, значит, второе зелье сработало так, что ее чувства оказались взаимными. Но я подумал, что это слишком даже для самых изощренных умов. Скорее всего, второе зелье Уизли выпила случайно, и предназначалось оно не ей.

— Кто-то хотел опоить Паркинсон? — скептически вставил Рон.

— Ну ты дебил… — вздохнул Малфой почти без издевки, заказывая глаза. — Очевидно, кто-то хотел заполучить Паркинсон, для чего думал сам выпить зелье.

— Лихо-зелье? — уточнила Гермиона.

— Еще немного, и я решу, что ты не совсем безнадежна, Грейнджер! — тут же откомментировал Драко, и это была похвала.

— И как можно было приготовить зелье для себя и недоглядеть за ним? — поразился Рон. В выражении его лица явно читалось недоверие.

— Да, надо быть скучечервем или неудачником полнейшим, — согласился Малфой. — Но ты лучше подумай, кем надо быть, чтобы выпить неизвестно что! Правильно, Уизли, твоей сестрой!

— Еще одна мерзость про Джинни… — Рон сжал кулаки. — Уроды! И ты… Еще раз подойдешь к ней, и тебе кранты! — он ткнул палочкой в Гойла.

— Минус двадцать баллов с Гриффиндора за угрозы в адрес студента! — Малфой фыркнул.

— Пойдем! — Гермиона покачала головой. — Это бесперспективно.

И она вытолкала разъяренного Рона за дверь.

— Больные на всю голову, — пробормотал Драко, просушивая одежду. — Сейчас Уизли наорет на нее за то, что встала на нашу сторону, они поссорятся. А потом окажется, что все их «чувства» — просто дань военному времени.

— Почему ты так решил? — Грегори кое-как привел себя в порядок.

— Неважно, — Драко махнул рукой. — Просто посмотри на Поттера.

Поезд вез их в Лондон. Гойл знал, что на платформе его будет ждать мать. Он очень скучал по ней, хоть и стеснялся признаться в этом даже самому себе.

Каникулы проходили на редкость тихо. Гойл не совершал конных выездов, не охотился, даже не играл с собакой во дворе. Иногда он беседовал с братом. Эти разговоры были короткими, но Грегори хватал каждое слово: брат был в Азкабане, виделся с отцом…

Во время одного из таких разговоров в обеденный зал влетела сова.

— Поздновато для почты, — брат взглянул на часы над камином.

Птица пролетела над столом и уронила перед Грегори небольшой конверт без сургуча, а затем села неподалеку в ожидании угощения. Гойл накормил сову остатками имбирного печенья.

— Сова казенная, конверт — маггловский, — с интересом сказал брат. — Кто-то очень беден и не желает быть узнанным.

Гойл кивнул и выскользнул из комнаты. Удобно устроившись у себя, он сжал письмо а ладони — его желание исполнится! Ведь именно так работает Рождество.

Подписи не было. Впрочем, он и так знал, кто автор короткой фразы: «Хочешь переписываться? Сова ждет ответа».

Ждала она недолго: Грегори чуть ли не кубарем скатился вниз, толкнул мать, пролетел мимо ошарашенного брата, чтобы всунуть в клюв птице клочок бумаги с единственным словом: «Хочу!»

Время, оставшееся до конца каникул, пролетело незаметно: Грегори жил от письма до письма, часами составляя ответы, — боялся обидеть или спугнуть свою тайную подругу. И все время думал и думал о ней — часы напролет. Он даже потерял аппетит и похудел немного. Совсем чуть-чуть, но собственная задница в зеркале к концу каникул показалась ему куда привлекательнее, чем до их начала.

Воображение Грегори то и дело рисовало волшебные образы: рыжие волосы и голубые глаза, веснушки по всему лицу и обветренные губы. Он вспоминал, как она, словно ненормальная, пристала к нему на матче с оскорблениями и так увлеклась, что чуть не упала с метлы… Теперь она у него в долгу! Только с чего Уизли взяла, будто он, Грегори, приставал к ней?! Тогда, на матче… Явно произошла какая-то ошибка. Счастливая ошибка, которая сделала их куда ближе, чем могло показаться со стороны.

Сова принесла очередное послание: «Завтра мы снова встретимся, если не на платформе, то в поезде. Я не знаю, что скажу тебе, подойду ли. Все это очень сложно. Мы с тобой разные, и еще пару недель назад я и подумать не могла, что буду переписываться с кем-то вроде тебя. Письма много значат в моей жизни. Но что стоит за ними? Похожа ли реальность на то, что нацарапано пером на пергаменте? Не торопи меня, ладно? Я знаю, что ты чувствуешь. И я должна все обдумать».

Гойл почесал затылок. Возможно, у нее просто не было времени дома: большая семья, куча братьев… Что ж, пусть думает… Но сердце Грегори учащенно билось: он ждал, когда снова сможет увидеть Джинни.

Эмилия Чэмберс

Грегори шел по платформе, вглядываясь в лица девчонок. Не та, не та, не та… Как же их много! А еще ведь всякие кузины, тетушки и прочие юные родственницы, не собирающиеся в школу, зато отвлекающие внимание от главного… Где же она?!

— Грег! — Малфой грубо схватил его за руку. — Долго тебя искать?! Я уже купе занял!

— Пойдем, — Гойл вздохнул и поплелся за Драко, который явно был не в настроении.