Подсознание

По старым рельсам давно уже не ходил поезд — они покрылись ржавчиной, и кажется, кровью. «Да вообще ходил ли он, если это мое подсознание?» Факел отбрасывал причудливые тени на свод метрополитена. Раздался вой сирен ракетной атаки.«Ну держись!». Все стало погружаться во тьму. Впереди обозначились контуры человеческого тела, правда руки его были пришиты к туловищу, лица не было — был один сплошной шрам. Чудовище расачивалось при походке и издавало чавкающие звуки. Леонид первым пошел в атаку — нанес по тому, что привычно считать головой удар газовым ключом. Запахло гноем и застоявшейся кровью. Под ногами были крысы, от укусов которых ничто не спасало — они прогрызали даже керзовые ботинки и впивались своими острыми зубами в плоть.

Как только прекратился вой сирен, те разбежались. Вновь пригодилась наполовину опустошенная аптечка. Вколов себе антисептики и анложив бинты на скорую руку, Леонид мужественно продолжал путь вместе с девочкой. В путь, который ведет из Ада на Свет. Просто другого выбора нет.

Где-то вдалеке раздался звонок старого телефона. Звонок был настойчивым и тревожным. Вскоре телефон был найден и Леонид поднял трубку.

— Что? Нет, это не парикмахерская, — сказал он, едва сдерживая нервный смех.

«Ничего себе, звонили в парикмахерскую, а попали в Ад.»

Время, с приближением к источнику манящего, розового света замедлялось, он словно шел по колено в воде или в вязком клее.

— Все, сил нету, привал, — сказал он Маше, и лег прямо на шпалы.

Хотелось спать. Ужасно. Было уже на все наплевать.

Сон провалил его в полную черноту и молчание.

Разбудила неимоверная боль и вой сирен. «Маша! Предательница!» — метнулась в голове мысль.

Сотни сигарет притушивались об его тело, заставляя кричать неимоверно сильным криком, он задыхался от сигаретного дыма.

— Ты ведь курил при жизни? Вот видишь как тебе это помогло здесь, — говорила девочка с черными глазами и потрескавшимся лицом.

— Прекрати! — неимоверным усилием прокричал он той девчонке.

Вскоре и Маша исчезла навсегда, оставив лишь боль. Он остался один — лишь призрачный свет в конце тоннеля метро вел его. Он вернулся к телефону и набрал номер дочери. Та не ответила. Через пару минут повторил попытку, но и из этого ничего не вышло.

Раны, как ни странно, стали заживать сами. Оставалось какие-то 50 метров до источника света. За два часа он преодолел это расстояние, и ему открылась ужасающая панорама мертвого города — песоки руины, похоже на Припять. И некого не было рядом.

«Меня уже похоронили, но я докажу, что смогу пройти весь Ад ради встречи с дочерью, ради нового шанса на жизнь. Но самое страшное — когда он вышел на свет, сотни ворон поднялись в воздух.» Надо искать Сферу Мироздания, возможно, я здесь не один…

Глава 5

«Что мне вспомнить хорошего из моей жизни, уже прошлой? Даже не знаю. Наверное, первая любовь — ожидание ночное, под горящими окнами той девочки… как ее звали? Оксаной, да… но как же Сфера Мироздания, которая находится здесь, в Аду?»

Только сейчас Леонид увидел, что в бездонной красной выси неба сверкали два светила — одно — зеленое, другое — синее. Просто ужасающая усталость обрушилась на него — захотелось снова спать. Найдя среди руин домов нужный для того, чтобы поспать, он улегся и мгновенно отрубился. Разбудил тот самый вой сирен.

Он скорее начал разжигать факел — выходило трудно, но все же он это сделал.

Опять маленькая Машенька с вращающимися зрачками — она показала руками на меня и сотни голодных плотоядных ворон с умерших деревьев в кромешной тьме с адским карканьем накинулись на Леонида. В руках — факел, и он отчаянно отбивался им от птиц, пока не стих вой сирен и Машенька растворилась вместе с сумраком. Вновь светили два солнца.

У кого здесь спросить — «… где Сфера Мироздания — да не у кого. Средоточие Мироздания… что же это и как оно выглядит — наверное, это самое важное в моей прошлой жизни»…. Перебинтовывая на скорую руку раны, он заметил блеск стекла на третьем этаже полуразрушенного здания, и направился туда.

Забравшись на третий этаж, он обнаружил зеркало и карту местности. Совершенно незнакомой. «А что если попробовать завести машину», благо он видел разбитые «Жигули» у подъезда этого дома. Идея была удачной. Машина завелась с третьей попытки. Жарили два солнца в недостижимой, выбеленной как хлоркой выси. Астматически захрипев,«Жигуль» двинулся с места и он направился наугад — на север. Никто больше не повстерчался в этом раскаленном дотла Аду. В Аду его подсознания. Но он уже имел четкий план — найти дом той девочки, которую любил первой любовью. Возможно — это и есть«Сфера, Средоточие Мироздания», тогда и возможно… что, собственно, — возможно — «выбраться отсюда?» Или попасть в рай… Наскоро перекусив остатками консервов, он снова двинулся в путь — уже на машине.