Знаете, чего я больше всего боюсь? Что меня могут похоронить заживо. Я даже составила завещание, в котором написала: «Разрешаю погребение моего тела только после того, когда на нём появятся явные признаки разложения». Но почему погребение заживо стало моей навязчивой идеей?
4 мин, 15 сек 7097
Знаете, чего я больше всего боюсь? Что меня могут похоронить заживо. Я даже составила завещание, в котором написала: «Разрешаю погребение моего тела только после того, когда на нём появятся явные признаки разложения». Но почему погребение заживо стало моей навязчивой идеей? Кто-то может подумать, что я насмотрелась фильмов ужасов, и страх закрался в мою впечатлительную душу. Нет, причина не в фильмах; причина в тех событиях, которые произошли в моей семье.
Мне было 16 лет, когда умерла моя мать. Она долго лежала в больнице, и я думала, что она скоро выпишется абсолютно здоровой. Но всё получилось иначе. В тот трагический день я пришла из школы и увидела убитого горем отца. Он посмотрел на меня и тихо сказал: «Ниночка, мамы больше нет». То, что произошло в моей душе после этой фразы, словами описать невозможно. Да и не нужно, так как ни к чему теребить прошлое.
Стояло жаркое лето, и собравшиеся родственники решили похоронить маму как можно быстрее. Тут дело в том, что жили мы в деревне. Мама умерла в районной больнице, а морг находился в областном центре, до которого надо было добираться 3 часа. Поэтому из больницы тело привезли в дом, уложили в гроб, и тот простоял ночь, а на следующий день прошли похороны.
Людей собралось много, а мама в гробу лежала как живая. Кто-то даже прошептал: «Посмотрите, она как живая лежит». Мне стало больно и горько от этой фразы. Ведь мама было ещё совсем молодая женщина, и могла прожить много-много лет. Но судьба оказалась к ней безжалостной.
После похорон в нашей семье начались проблемы. Папа очень переживал и из жизнерадостного человека превратился в мрачную личность. Он начал пить, причём каждый день. Вначале от него только пахло, но со временем дозы алкоголя стали увеличиваться. В некоторые дни он приходил вообще никакой. А когда был трезвый, то не замечал меня, как будто не было у него дочери.
Совсем бы нам плохо стало, если бы не наша родственница тётя Вера. Узнав о пьянстве отца, женщина начала приходить к нам каждый день. Постепенно она вправила мозги родителю. Тот пить бросил, взялся за ум, но наши отношения остались натянутыми.
Но однажды вечером отец подошёл ко мне, сел рядом и сказал: «Ты знаешь, Нина, мать твоя покоя мне не даёт. Во сне приходит ко мне злая, кулаками на меня машет, разными нехорошими словами оскорбляет. Ударить меня хочет, но не может ко мне подобраться. И такими глазами смотрит, что мне аж жутко становится. После таких снов просыпаюсь я в холодном поту».
От услышанных слов я расплакалась. Мама была добрым и светлым человеком. Она никогда не повышала голос, а уж грозить кулаками вообще не умела. Напраслину на неё родитель возводил, мамину память оскорблял. Обиделась я на отца, а он всё больше стал с ума сходить. Часто начал рассказывать мне про сны, в которых мама к нему являлась и кричала, оскорбляла, смотрела с ненавистью. Я в такие моменты уши затыкала и уходила из дома.
А как-то раз отец схватил меня за плечи, затряс сильно и закричал: «По пятам она за мной ходит, не могу я больше тереть. Чую сердцем, что живую её закопали. Понимаешь, дочка, свершили мы погребение заживо. Что же делать нам теперь!?» Я вырвалась, заперлась в комнате и до утра не выходила.
Прошло несколько дней, и встретила я на улице нашего сельского священника. Подошёл он ко мне и сказал: «Послушай, деточка, вчера ко мне твой отец приходил. Просил благословение на разрытие могилы твоей матери. Сообщил, что покойная к нему во сне приходит, потому как похоронили её живой, а не мёртвой. Я выслушал твоего родителя и объяснил, что грех большой могилы осквернять. Не дал я ему на это благословение, и ушёл он весь поникший. Любовь ему твоя нужна. Благослови тебя Бог».
Минуло два дня, и рано утром разбудила меня тётя Вера. Посмотрела я на неё, а она вся заплаканная. Не говоря ни слова, потащила меня на кладбище. А там возле маминой могилы собралась толпа народу. Подошли мы, и я увидела, что земля раскопана, крышка гроба сорвана, а отец в могиле сидит прижимает к себе мамино тело и воет.
Потом мне рассказали, что когда отец могилу вскрыл, то увидел, что тело матери на боку лежит. Платье, в котором её похоронили, было покрыто запёкшейся кровью. Вместо пальцев оказалось месиво, а крышка гроба изнутри была вся исцарапана. Тут бы любой догадался, что человека похоронили живым. В гробу он очнулся, долго страдал, пытался вызволить себя из тесного пространства и умер в мучениях.
Всё стало ясно после этого: свершили мы погребение заживо. А причиной стало по всей видимости биологическое состояние, напоминающее собою смерть. Называют его летаргическим сном, но мы, живя в деревне, о таких вещах слыхом не слыхивали. А маму заново похоронили, но уже по-настоящему. После этого перестала она во сне к отцу приходить, так как, видимо, успокоилась её душа.
Мне было 16 лет, когда умерла моя мать. Она долго лежала в больнице, и я думала, что она скоро выпишется абсолютно здоровой. Но всё получилось иначе. В тот трагический день я пришла из школы и увидела убитого горем отца. Он посмотрел на меня и тихо сказал: «Ниночка, мамы больше нет». То, что произошло в моей душе после этой фразы, словами описать невозможно. Да и не нужно, так как ни к чему теребить прошлое.
Стояло жаркое лето, и собравшиеся родственники решили похоронить маму как можно быстрее. Тут дело в том, что жили мы в деревне. Мама умерла в районной больнице, а морг находился в областном центре, до которого надо было добираться 3 часа. Поэтому из больницы тело привезли в дом, уложили в гроб, и тот простоял ночь, а на следующий день прошли похороны.
Людей собралось много, а мама в гробу лежала как живая. Кто-то даже прошептал: «Посмотрите, она как живая лежит». Мне стало больно и горько от этой фразы. Ведь мама было ещё совсем молодая женщина, и могла прожить много-много лет. Но судьба оказалась к ней безжалостной.
После похорон в нашей семье начались проблемы. Папа очень переживал и из жизнерадостного человека превратился в мрачную личность. Он начал пить, причём каждый день. Вначале от него только пахло, но со временем дозы алкоголя стали увеличиваться. В некоторые дни он приходил вообще никакой. А когда был трезвый, то не замечал меня, как будто не было у него дочери.
Совсем бы нам плохо стало, если бы не наша родственница тётя Вера. Узнав о пьянстве отца, женщина начала приходить к нам каждый день. Постепенно она вправила мозги родителю. Тот пить бросил, взялся за ум, но наши отношения остались натянутыми.
Но однажды вечером отец подошёл ко мне, сел рядом и сказал: «Ты знаешь, Нина, мать твоя покоя мне не даёт. Во сне приходит ко мне злая, кулаками на меня машет, разными нехорошими словами оскорбляет. Ударить меня хочет, но не может ко мне подобраться. И такими глазами смотрит, что мне аж жутко становится. После таких снов просыпаюсь я в холодном поту».
От услышанных слов я расплакалась. Мама была добрым и светлым человеком. Она никогда не повышала голос, а уж грозить кулаками вообще не умела. Напраслину на неё родитель возводил, мамину память оскорблял. Обиделась я на отца, а он всё больше стал с ума сходить. Часто начал рассказывать мне про сны, в которых мама к нему являлась и кричала, оскорбляла, смотрела с ненавистью. Я в такие моменты уши затыкала и уходила из дома.
А как-то раз отец схватил меня за плечи, затряс сильно и закричал: «По пятам она за мной ходит, не могу я больше тереть. Чую сердцем, что живую её закопали. Понимаешь, дочка, свершили мы погребение заживо. Что же делать нам теперь!?» Я вырвалась, заперлась в комнате и до утра не выходила.
Прошло несколько дней, и встретила я на улице нашего сельского священника. Подошёл он ко мне и сказал: «Послушай, деточка, вчера ко мне твой отец приходил. Просил благословение на разрытие могилы твоей матери. Сообщил, что покойная к нему во сне приходит, потому как похоронили её живой, а не мёртвой. Я выслушал твоего родителя и объяснил, что грех большой могилы осквернять. Не дал я ему на это благословение, и ушёл он весь поникший. Любовь ему твоя нужна. Благослови тебя Бог».
Минуло два дня, и рано утром разбудила меня тётя Вера. Посмотрела я на неё, а она вся заплаканная. Не говоря ни слова, потащила меня на кладбище. А там возле маминой могилы собралась толпа народу. Подошли мы, и я увидела, что земля раскопана, крышка гроба сорвана, а отец в могиле сидит прижимает к себе мамино тело и воет.
Потом мне рассказали, что когда отец могилу вскрыл, то увидел, что тело матери на боку лежит. Платье, в котором её похоронили, было покрыто запёкшейся кровью. Вместо пальцев оказалось месиво, а крышка гроба изнутри была вся исцарапана. Тут бы любой догадался, что человека похоронили живым. В гробу он очнулся, долго страдал, пытался вызволить себя из тесного пространства и умер в мучениях.
Всё стало ясно после этого: свершили мы погребение заживо. А причиной стало по всей видимости биологическое состояние, напоминающее собою смерть. Называют его летаргическим сном, но мы, живя в деревне, о таких вещах слыхом не слыхивали. А маму заново похоронили, но уже по-настоящему. После этого перестала она во сне к отцу приходить, так как, видимо, успокоилась её душа.
Страница 1 из 2
