Мать Павла, довольно бодрая для своих лет старушка, была непереносимо гостеприимна. Всегда уверенная в том, что все друзья сына приходят к ним домой голодными, она чуть ли не насильно сажала за стол и заталкивала в них горы еды. Нельзя пожаловаться, что пища была несъедобной, или плохо сготовленной, но не все могут есть через силу. Никита Зуммеров относился как раз к такому разряду.
Великолепнейшие ландшафты спящей чащи джунглей, при свете гигантской луны. Фантастически красивые восходы и багровые закаты. Каждый момент был подобен целой жизни в раю.
Никита спасал маленьких зверушек от лап кровожадных хищников, бегал по саванне с гепардами, дразнил льва, кувыркался с обезьянами на ветках. В полдень, когда животные шли к водопою, он искупался в ледяной воде и выскочил на берег, расправив своё могучее, загорелое тело. Восторг овладел им и только он хотел закричать во всё горло, как сон пропал. Растворился под трезвон телефона.
— Вот чёрт! — Выругался Зуммеров, раздумывая, как же он мог оставить телефон включенным на ночь. Давно у Никиты вошло в привычку отключать всё, что может разбудить. Вырывать его из блаженства сна не смел никто. Плохое настроение улетучилось в миг, при одном воспоминание о чудесных джунглях.
Жаль, что не досмотрел до конца. Подумал Никита и подошёл к дребезжащему телефону. Нет, он не забыл выключить его. Штекер болтался рядом с розеткой. Но тем не менее аппарат трезвонил.
— Да, я слушаю. — Сказал Зуммеров в трубку. На том конце линии знакомый голос произнёс.
— Здравствуй Никита. Извини, что прервал твои расчудесные грёзы.
— Вениамин?
— Да, это я господин Зуммеров. Я звоню напомнить вам, что пора бы нам заплатить.
— Что? — Никита никак не мог сосредоточиться.
— Деньги, Никита, деньги. Мы выполнили все условия контракта, пришла пора оплатить наши услуги. Шесть тысяч долларов, должны сегодня быть переведены на наш счёт.
— Да, я помню… просто как-то неожиданно. А на счёт контракта, вы не напомните…
— Мы решаем вашу проблему с кошмарами, вы платите нам. По-моему всё просто.
— Да, я как раз хотел…
— У вас остались кошмары, господин Зуммеров?
— Нет, не осталось, я даже…
— Может вы сейчас находитесь в депрессии от пережитого?
— Нет, что вы, я…
— Потрудитесь тогда перевести нужную сумму денег на наш счёт.
Никите наконец-то удалось вставить слово.
— У меня всё чудесно Вениамин! Даже больше… спасибо вам огромное, я немедленно переведу деньги, или хотите сам принесу их вам. Вы для меня очень много сделали! Спасибо! У меня лучшие сны в мире!
— Пожалуйста, Никита. Примерно такого эффекта мы и ожидали.
— Вы… что?
Зуммеров растерялся. В голове всё перемешалось.
— Да, Никита. Мы знали про сошедшего с ума Ключника, но не знали, как вытащить вас из сокровищницы. Мы предположили, что если вы утащите некоторые вещи, которые принадлежат Эскорту Анн, то они рано или поздно выйдут на вас и предложат нечто взамен. Я боялся одного, что вы продешевите, но… вы держались молодцом. Пожинайте плоды.
— А что же свело с ума моего Ключника?
— Не знаю Никита. Забудьте об этом, это не нашего ума дело.
— Хорошо Вениамин. Ловко вы всё провернули.
— Мы решаем проблемы. Нам показалось, что будет мало, если вы только избавитесь от кошмаров. Мы решили восстановить вам нервную систему. Кстати, это отборнейшие грёзы, не каждому так везёт как вам Никита. Рай на земле всё-таки. Наслаждайтесь.
— Э… спасибо… — Но в трубке пошли короткие гудки.
— Я НЕ ХОТЕЛ! Я ПРАВДА НЕ ХОТЕЛ!
С безумным криком, таким громким, что у Никиты свело горло, он вынырнул из очередного сладкого сновидения.
— Я не хотел! — Дыхание кончилось и он закашлял. Крепко зажмурившись и уткнувшись лицом в подушку, Зуммеров несколько минут глухо и исступлённо бормотал.
— Нетнетнетнетнет, этого не может быть.
За окном начинался день. Потихоньку светало. Никита рывком сел на кровати и диким взглядом обвёл комнату, словно выискивая кого-то.
— Где ты? — Прошептал он. — Господи, пусть я ошибся и всё мне показалось. Пожалуйста.
С минуту он сидел неподвижно, затаив дыхание, потом расхохотался.
— Мне показалось! — Радостно сказал он и хлопнув себя по коленям, встал. Тут же из-за кровати взметнулось в воздух нечто порхающее, красивое и цветастое. Это была бабочка внеземной красоты, отливающая всеми цветами радуги. На этой планете и даже в этой вселенной таких не существовало. Порхающее чудо было уроженкой иных измерений, а точнее снов, перенесённое в нашу реальность.
Глазами человека, приговорённого к мучительной смерти, Никита смотрел на насекомое. Мысли о счастливой жизни до конца дней, растаяли в туманной дымке. Лицо его побледнело и покрылось испариной.
— Я ведь правда не хотел. — Прохрипел он и встав с кровати, заходил по комнате, нервно кусая губы.
Если отберут сны, я погиб! Без них уже не жизнь! Но я правда не хотел! Я смогу объяснить!