Больше ничего похожего не было, но этот серый московский снег определенно напоминал мертвые лепестки цветка лан-хуаня…
406 мин, 6 сек 21038
Страх вдруг куда-то улетучился. Янмин ответил неожиданно спокойно:
— Нет, мой Император. Это была девочка.
— Дочь знатных родителей? — продолжал допытываться Шихуанди.
— И еще раз нет, мой Император. Обычная маленькая шлюха… Мне тогда было шестнадцать лет, и я влюбился по самую макушку…
Янмин вдруг почувствовал омерзительный страх смерти. Что сейчас сделает с ним Император? Прикажет предать пыткам? Посадит в яму? Шихуанди, не шевелясь, смотрел на него, наморщив лоб, и зрачки его были расширены.
— Вот оно что… Что ж, сочувствую тебе, гадальщик Янмин… Любовь — тяжелое испытание, хуже любой войны. Она долго жила? Я имею в виду — после того, как ты ее оживил…
Янмин вздохнул, с нежданной ясностью представив полураскрытые губы девочки из Башни и себя — безутешно рыдающего подростка.
— Нет, мой Император.
Шихуанди разочарованно коснулся своих вихров.
— Так я и думал.
— Она могла бы прожить дольше, — продолжал Янмин, — но… это был несчастный случай… в — общем, ее отняли у меня.
— С мертвыми тоже происходят несчастные случаи? — живо осведомился Император.
Янмин утвердительно кивнул. Он видел, что Шихуанди смотрит на него с веселым изумлением.
Молчание затягивалось. Наконец, Император прервал его.
— Вот что, гадальщик Янмин… Буду говорить с тобой откровенно… В скором времени мне потребуется помощь — нужно умертвить несколько тысяч человек — но так, чтобы в любой момент опытный маг мог вернуть им жизнь. И тут уже никаких несчастных случаев — запомни это: ожившие ничем не должны отличаться от себя прежних.
Янмин развел руками.
— Но здесь я буду Вам плохой помощник — никогда не убивал людей.
Шихуанди с досадой поморщился.
— А тебя никто и не заставляет убивать. Я же сказал: каждый будет заниматься своим делом. Неужели ты думаешь, я поверю, что нескольким магам по силам решить ту великую задачу, которую я поставил перед собой и перед своим народом? Военных коллегий, которые вскоре начнут вплотную заниматься великим делом современности, будет не одна и не две, как ты понимаешь. Так что людей убьем мы сами — невелика задача… Главный вопрос — как лучше убить, чтоб они, когда оживут, сохранили мастерство, характер, выносливость, черты лица — наконец… Хотя и это — не главный вопрос… — Шихуанди хрустнул смуглыми пальцами. — Вот скажи мне, имеется ли способ быстро оживить такое количество людей?
Янмин пытался совладать с волнением, охватившим его. Он уже понял, что речь идет об армии… Но не обо всей же армии, значит, скорее всего… Неужели Император таким диким образом хочет избавиться от своей знаменитой «Железной стаи», наводящей страх на все соседние и дальние земли? Глупый мальчишка, безумец! Интересно, что его подтолкнуло к подобным мыслям? Обыкновенная жадность? Или страх быть свергнутым? Вслух Янмин сказал лишь:
— Вернуть жизнь — дело не быстрое, мой Император…
Шихуанди перебил его.
— Отчего же не быстрое? Посуди сам — в природе все уравновешено, не так ли? Если мы можем отнять жизнь за мгновенье — значит, наверняка имеется возможность и вернуть ее за мгновенье — или, скажем, за два… Главное, чтоб не больше — ты и сам понимаешь, что армию оживляют не для того, чтобы устраивать танцы… В случае внезапной войны или восстания враг не будет ожидать, пока над каждым моим «железностаевцем» прочтут дурацкие заклинания. Армия должна быть мгновенно приведена в боевую готовность…
А вот как это сделать — вопрос к тебе и твоим коллегам, для этого я и созвал вас всех в Сяньян.
Сеул решил, что настало время играть в открытую — раз не поможет это, не поможет и ничто другое. Последняя надежда — на несомненную жадность Шихуанди: раз он не жалеет свою армию, может, пожалеет свои деньги?
— Это очень дорогостоящее дело, мой Император. Хранение трупов в наших климатических условиях — дело почти невозможное, тут потребуется бальзамирование и строительство камер с возможностью поддерживать определенную температуру.-
Янмин сделал паузу и уронил как бы невзначай:
— Живых содержать дешевле.
Император, как видно, пропустил эту каверзу мимо ушей. Или сделал вид, что пропустил?
Он возразил запальчиво:
— А я разве отказываю вам в деньгах? Нужно бальзамирование — забальзамируем. Нужно построить эти … твои камеры… — построим. Тебя и остальных, как только все закончится, награжу щедро.
Нет, как видно, отвертеться не удастся — смилуйтесь, Пять Гениев! Он наверняка не справится с заданием, и Император убьет его… Янмин отчего-то с поразительной ясностью вспомнил мертвую голову отца в хранилище на кантонской площади. Невыносимо, ужасно!
Янмин уклончиво пообещал:
— Я подумаю, что можно сделать, мой Император.
Шихуанди рассмеялся.
— А куда ты денешься? Конечно, подумаешь… Ступай, завтра познакомишься со своими подчиненными. Я бы вызвал их сегодня, да час поздний, наверняка все дрыхнут — приползут, как сонные черви. Прощай, да держи меня в курсе… — Он легко, небрежно коснулся затылка склонившегося перед ним Янмина…
— Нет, мой Император. Это была девочка.
— Дочь знатных родителей? — продолжал допытываться Шихуанди.
— И еще раз нет, мой Император. Обычная маленькая шлюха… Мне тогда было шестнадцать лет, и я влюбился по самую макушку…
Янмин вдруг почувствовал омерзительный страх смерти. Что сейчас сделает с ним Император? Прикажет предать пыткам? Посадит в яму? Шихуанди, не шевелясь, смотрел на него, наморщив лоб, и зрачки его были расширены.
— Вот оно что… Что ж, сочувствую тебе, гадальщик Янмин… Любовь — тяжелое испытание, хуже любой войны. Она долго жила? Я имею в виду — после того, как ты ее оживил…
Янмин вздохнул, с нежданной ясностью представив полураскрытые губы девочки из Башни и себя — безутешно рыдающего подростка.
— Нет, мой Император.
Шихуанди разочарованно коснулся своих вихров.
— Так я и думал.
— Она могла бы прожить дольше, — продолжал Янмин, — но… это был несчастный случай… в — общем, ее отняли у меня.
— С мертвыми тоже происходят несчастные случаи? — живо осведомился Император.
Янмин утвердительно кивнул. Он видел, что Шихуанди смотрит на него с веселым изумлением.
Молчание затягивалось. Наконец, Император прервал его.
— Вот что, гадальщик Янмин… Буду говорить с тобой откровенно… В скором времени мне потребуется помощь — нужно умертвить несколько тысяч человек — но так, чтобы в любой момент опытный маг мог вернуть им жизнь. И тут уже никаких несчастных случаев — запомни это: ожившие ничем не должны отличаться от себя прежних.
Янмин развел руками.
— Но здесь я буду Вам плохой помощник — никогда не убивал людей.
Шихуанди с досадой поморщился.
— А тебя никто и не заставляет убивать. Я же сказал: каждый будет заниматься своим делом. Неужели ты думаешь, я поверю, что нескольким магам по силам решить ту великую задачу, которую я поставил перед собой и перед своим народом? Военных коллегий, которые вскоре начнут вплотную заниматься великим делом современности, будет не одна и не две, как ты понимаешь. Так что людей убьем мы сами — невелика задача… Главный вопрос — как лучше убить, чтоб они, когда оживут, сохранили мастерство, характер, выносливость, черты лица — наконец… Хотя и это — не главный вопрос… — Шихуанди хрустнул смуглыми пальцами. — Вот скажи мне, имеется ли способ быстро оживить такое количество людей?
Янмин пытался совладать с волнением, охватившим его. Он уже понял, что речь идет об армии… Но не обо всей же армии, значит, скорее всего… Неужели Император таким диким образом хочет избавиться от своей знаменитой «Железной стаи», наводящей страх на все соседние и дальние земли? Глупый мальчишка, безумец! Интересно, что его подтолкнуло к подобным мыслям? Обыкновенная жадность? Или страх быть свергнутым? Вслух Янмин сказал лишь:
— Вернуть жизнь — дело не быстрое, мой Император…
Шихуанди перебил его.
— Отчего же не быстрое? Посуди сам — в природе все уравновешено, не так ли? Если мы можем отнять жизнь за мгновенье — значит, наверняка имеется возможность и вернуть ее за мгновенье — или, скажем, за два… Главное, чтоб не больше — ты и сам понимаешь, что армию оживляют не для того, чтобы устраивать танцы… В случае внезапной войны или восстания враг не будет ожидать, пока над каждым моим «железностаевцем» прочтут дурацкие заклинания. Армия должна быть мгновенно приведена в боевую готовность…
А вот как это сделать — вопрос к тебе и твоим коллегам, для этого я и созвал вас всех в Сяньян.
Сеул решил, что настало время играть в открытую — раз не поможет это, не поможет и ничто другое. Последняя надежда — на несомненную жадность Шихуанди: раз он не жалеет свою армию, может, пожалеет свои деньги?
— Это очень дорогостоящее дело, мой Император. Хранение трупов в наших климатических условиях — дело почти невозможное, тут потребуется бальзамирование и строительство камер с возможностью поддерживать определенную температуру.-
Янмин сделал паузу и уронил как бы невзначай:
— Живых содержать дешевле.
Император, как видно, пропустил эту каверзу мимо ушей. Или сделал вид, что пропустил?
Он возразил запальчиво:
— А я разве отказываю вам в деньгах? Нужно бальзамирование — забальзамируем. Нужно построить эти … твои камеры… — построим. Тебя и остальных, как только все закончится, награжу щедро.
Нет, как видно, отвертеться не удастся — смилуйтесь, Пять Гениев! Он наверняка не справится с заданием, и Император убьет его… Янмин отчего-то с поразительной ясностью вспомнил мертвую голову отца в хранилище на кантонской площади. Невыносимо, ужасно!
Янмин уклончиво пообещал:
— Я подумаю, что можно сделать, мой Император.
Шихуанди рассмеялся.
— А куда ты денешься? Конечно, подумаешь… Ступай, завтра познакомишься со своими подчиненными. Я бы вызвал их сегодня, да час поздний, наверняка все дрыхнут — приползут, как сонные черви. Прощай, да держи меня в курсе… — Он легко, небрежно коснулся затылка склонившегося перед ним Янмина…
Страница 53 из 118
