Похороны зеркала

Янмин понаслаждался еще минуту — хватит, довольно! Стараясь говорить своим обычным голосом, произнес:

— Ну что, Лян Амань? Опыт удался?

Лян Амань перевел взгляд с девочки на Янмина — нет, оказывается, несмотря на бледность, упрямый лекаришка не был напуган! Он сказал спокойно:

— Я видел все это много раз, я уже говорил Вам… В заговорах я не разбираюсь — врать не буду… Но, если бедная малышка, чей покой Вы потревожили, сейчас умрет — опыт никак нельзя назвать удавшимся…

Но ожившая девочка и не думала умирать. Наоборот, увидев, что на секунду о ней забыли, она тут же попыталась удрать прочь — выбралась из своего ящика и вприпрыжку побежала, петляя между камнями.

— Куда ты, дорогая? — закричал Янмин, видя, как быстроногая девочка храбро карабкается на поваленный памятник. Откуда-то сбоку послышался стон: Лян Амань без чувств опустился возле соседнего камня. Пан Дин припустил за беглянкой, но не тут-то было: скелетик подпускал его близко, а сам уворачивался в последний момент. Янмин помертвел от внезапного ужаса. Если Пан Дин прикоснется к «добыче демонов» — ничем хорошим для него это не закончится: в лучшем случае он сделается при жизни как Янмин, и после смерти как эта девочка, а в худшем…

— Оставьте, Пан Дин… — кажется, Янмин никогда в жизни еще не кричал так громко. — Не трогайте девчонку, Вы не знаете…

Маги смотрели на орущего начальника, как на идиота, — ну и черт с ними! Пан Дин, тем временем, схватил девочку за костяное плечико — на нем еще оставались лоскутья кожи — серой, точно огородная зола. Янмин тяжело дышал, словно это не Пан Дин, а он только что был занят погоней за резвым ребенком.

Пан Дин со смехом нес девочку — она брыкалась и пыталась укусить его за ухо. Янмин медленно побрел ему навстречу, вырвал у него девочку и произнес устало:

— Дурак ты, Пан Дин… кто тебя просил прикасаться к трупу?

Пан Дин, разумеется, не понял его.

— Да ладно Вам, Янмин… я просто хотел помочь поймать ее. Шустрая девчонка, и очень упрямая — у меня сестра такая же… Я уже, право, начал забывать, что… ну, что Вы достали ее из могилы. Прямо жалко зарывать назад… А, может быть… — начал он, просительно глядя на Янмина, но тот перебил его:

— Молчите, не говорите ерунды.

— Я одного не могу понять, — проговорил запыхавшийся Пан Дин. — Как она выбралась из круга?

— Вы много чего не можете понять… — пробурчал Янмин. Скелетик, видя, что его несут назад, к раскопанной могиле, начал отчаянно вырываться и стучать крепкими, желтоватыми зубками. Янмин швырнул девочку на горячую, твердую землю и придавил коленом ее шею.

Затем обернулся к магам и потребовал:

— Гвоздь дайте… и гробовую гирьку. Кто-то быстрой тенью метнулся к телеге, принес гирьку и гвоздь.

Янмин повернул маленький череп набок и, что было силы, всадил гвоздь в то место, где когда-то было ухо. Кость затрещала, но выдержала. Девочка не шевелилась больше. За спиной раздался плачущий голос Пан Дина:

— Янмин… не надо… пусть живет…

Янмин схватил гробовую гирьку и несколько раз ударил по шляпке гвоздя. От удара череп раскололся на две неровные части, черные хлопья полезли из позвоночного столба. Маги в ужасе отступили. Янмин, не подпуская никого, подобрал осколки черепа и швырнул их в сырой гроб. Спустя мгновенье, туда же в беспорядке были сложены и остальные кости. Янмин дрожащими руками спихнул гроб в могилу. Маги, не сговариваясь, взялись за лопаты. Очнувшийся несколько минут спустя Лян Амань в недоумении смотрел на свежезасыпанный холмик. Едва все было закончено, Янмин, ни с кем не попрощавшись, хмуро засунул руки в карманы и пошел прочь. Его догнал Пан Дин.

— Янмин… ну подождите же…

Янмин нехотя остановился.

— Янмин… а эта черная пыль из позвоночника означает…

Янмин нахмурился и перебил его:

— У Вас были очень плохие учителя, мой мальчик… Нормальные учителя непременно объяснили бы Вам, что «печать демонов» — это не только хлопья из позвоночного столба, имеются и другие признаки. Я же не зря орал Вам, чтобы не прикасались к трупу…

Пан Дин остановился, пораженный страшной догадкой. Янмин молча, искоса взглянул на него, повернулся и быстро пошел к выходу. Прямо возле ворот кладбища путь ему преградила странная процессия. Толпа человек из тридцати-сорока — все мужчины, преимущественно молодые, все, без исключения, плотного телосложения. Странно пахнут — не то кровью, не то мертвечиной. Янмин недовольно хмыкнул: что еще за парад дикарей топает по кладбищенской улице? Не похороны — это он определил сразу. Может быть, откуда-то из дальней провинции прибыли новобранцы? Но этот запах крови… очень странно.

— Что это? — эхом, не глядя — точно самого себя — спросил Янмин поравнявшегося с ним Ю Луна. И тут же его передернуло: какая глупость! Ну откуда этому провинциальному жмоту знать, что за люди идут толпой по столичной улице.

Было слышно, как Ю Лун высморкался — шумно, неспешно. Так же неспешно ответил:

— Не «что», а «кто». Мясники. Их сейчас собирают со всех мест, даже самых отдаленных, и гонят в столицу, неужели не слышали?