Для обычного подростка жизнь не готовит ничего особенного просто по определению. Однако, когда ты с самого начала обладаешь довольно странными качествами, жизнь просто обязана преподнести тебе что-то крутое. Нет, не соседа в теле. Нет, не клоуна-убийцу. Нет, нет, нет, жизнь, ты слышала?
278 мин, 28 сек 4568
Больше я ни дня не думал о том, что было бы лучше остаться дома. Да, приходилось вечерами принимать душ в чужих вагончиках (заставляя Коула в это время запирать Злата), бегать к ним же за обогревателем, а зимой я и вовсе планировал заставить Коула приютить меня. Но это детали…
В цирке было практически невозможно заскучать. Иногда после выступлений ко мне прибегали умеренно вопящие дети, просящие научить их делать так же. Иногда даже и взрослые подходили. Девушки, чтобы пострелять глазками (уж что-что, а насчет своей внешности у меня заблуждений не было), юноши… чтобы пострелять глазками и увести девушек на безопасное расстояние, я думаю.
Это не могло не радовать. Хвоста-то я не показывал. А когда тебе оказывают внимание вовсе не потому, что ты неведома зверушка, становится жутко приятно.
Но гулять я ни с кем не ходил, вел жизнь целомудренного девственника и по ночам читал детские книжки. Детскую книжку. Как раз дошел до момента, где клоун себе нового друга ищет… Перед этим мило так прикончив Исаака… сразу же перехотелось спать, поэтому я всю ночь еще раз обшаривал вагончик. Шкатулку так и не нашел, зато нашел дневник умершего клоуна, который жил здесь.
Судя по последним записям, Джек тоже сначала присматривался к нему, а потом уже решил прикончить. По крайней мере, клоун много писал о ком-то черно-белом в последние два дня. Мне действительно повезло, что я гибрид чего-то странного, будь я человеком, лежали бы мои кишочки в этом вагончике… кхм.
Хотя, может я бы и смог договориться с Джеком. Тогда у меня не было бы подспорья в виде странностей, а жить бы хотелось, так что пришлось бы пользоваться подручными материалами. Я ведь все еще не знаю, предпочитает ли он девушек или нет. Кто этих маньяков знает.
В дневнике вообще было много чего интересного. Когда я его читал, то надеялся, что сейчас у меня за спиной не стоит призрак умершего и не качает с укором головой. А призраки может быть и существуют. Да-да.
Клоун писал и о Злате. Правда, только то, что тот подозрительный. Мол, клоуна животные всегда любили, а этот не любил. Вот мудак какой.
Может, клоун Злату по возрасту не подходил? На меня-то он вон как реагирует…
Еще в дневнике было много упоминаний о других циркачах. Это ведь был самый обычный дневник, хозяин которого записывал, как проходил каждый его день. Этот дневник был в 96 листов и занимал временной промежуток в семь месяцев. Уверен, что если постараться, то можно найти и другие дневники, но… это же какая-никакая, а личная жизнь, пусть и умершего уже человека.
Так что оставшиеся дневники я решил не искать, а этот спрятал обратно в комод, где и взял.
Комод был сокровищницей. Нет, серьезно. В нем были старые журналы, исписанные мелким почерком письма, чьи-то фотографии, не всегда цирковые. Мне понравилось выдвигать ящички и рассматривать их содержимое. Хотя однажды я и испугался огромного жирного паука, который сплел паутину в самом углу.
А в остальном, рассматривать в вагончике было нечего. Если только способы переделать его подчистую. Мрачноватое было место для гимнаста. Да и не для гимнаста тоже.
Ну, не то, чтобы я хотел сделать вагончик мега-праздничным изнутри, но хотя бы покрывало на кровати заменить, полы помыть, стены тоже, обойчики новые, ну или краску, ковер бы попушистей и… кхм, то есть, не так уж и много.
Но пока мне явно нужно было справиться хотя бы с ремонтом своего тела. На этот раз на боку расплылся фиолетовый синяк. А еще болела нога. Вроде все. Ну, еще я немного хотел спать. Теперь точно все.
Когда все повреждения известны, нужно аккуратно отлипнуть от стены вагончика и вернуться к кроватке. На которую нужно будет купить пуховый матрас, да.
Я почти справился с отлипанием, пока внезапно чуть не оказался на земле, потому что что-то налетело на меня совершенно внезапно. А потом, вместо того, чтобы извиниться, еще и ударило чем-то тяжелым по спине.
— Эй, ты! Чего шастаешь, где не положено? Гражданским нельзя заходить так далеко в цирк!
Я, ничего особо не понимая, посмотрел в ту сторону, с которой доносились крики, и…
— А ты еще кто такая, черт возьми? Кто из нас тут еще «гражданский»?
Сколько инкубов-псевдо-крыланов-просто-мальчиков-девятнадцати-лет нужно, чтобы успокоить злую женщину? Правильный ответ: плевать, сколько вас будет, бегите все, у нее зонтик!
Я это в расчет не брал. Я вообще об этом ответе не подумал. Поэтому и огреб этим зонтиком по макушке.
А хвост вылез как-то сам собой. Ну, в целях самозащиты, естественно. Девушка с зонтом сразу подобрела, зато мою ногу что-то облапило. Как оказалось, темноволосый мальчик лет шести.
Думаю, я еще не готов к педофилии.
Потрепав мальчика по волосам, я быстро отцепил его от ноги, помахал им обоим и свалил. Моя кроватка все еще ждала меня. А хвост… это так, массовые галлюцинации.
Вагончик встретил меня любящей прохладой. Кроватка же встретила не менее любящим поскрипыванием. Я лег на живот, с наслаждением потягиваясь, а затем стянул с себя костюм.
В цирке было практически невозможно заскучать. Иногда после выступлений ко мне прибегали умеренно вопящие дети, просящие научить их делать так же. Иногда даже и взрослые подходили. Девушки, чтобы пострелять глазками (уж что-что, а насчет своей внешности у меня заблуждений не было), юноши… чтобы пострелять глазками и увести девушек на безопасное расстояние, я думаю.
Это не могло не радовать. Хвоста-то я не показывал. А когда тебе оказывают внимание вовсе не потому, что ты неведома зверушка, становится жутко приятно.
Но гулять я ни с кем не ходил, вел жизнь целомудренного девственника и по ночам читал детские книжки. Детскую книжку. Как раз дошел до момента, где клоун себе нового друга ищет… Перед этим мило так прикончив Исаака… сразу же перехотелось спать, поэтому я всю ночь еще раз обшаривал вагончик. Шкатулку так и не нашел, зато нашел дневник умершего клоуна, который жил здесь.
Судя по последним записям, Джек тоже сначала присматривался к нему, а потом уже решил прикончить. По крайней мере, клоун много писал о ком-то черно-белом в последние два дня. Мне действительно повезло, что я гибрид чего-то странного, будь я человеком, лежали бы мои кишочки в этом вагончике… кхм.
Хотя, может я бы и смог договориться с Джеком. Тогда у меня не было бы подспорья в виде странностей, а жить бы хотелось, так что пришлось бы пользоваться подручными материалами. Я ведь все еще не знаю, предпочитает ли он девушек или нет. Кто этих маньяков знает.
В дневнике вообще было много чего интересного. Когда я его читал, то надеялся, что сейчас у меня за спиной не стоит призрак умершего и не качает с укором головой. А призраки может быть и существуют. Да-да.
Клоун писал и о Злате. Правда, только то, что тот подозрительный. Мол, клоуна животные всегда любили, а этот не любил. Вот мудак какой.
Может, клоун Злату по возрасту не подходил? На меня-то он вон как реагирует…
Еще в дневнике было много упоминаний о других циркачах. Это ведь был самый обычный дневник, хозяин которого записывал, как проходил каждый его день. Этот дневник был в 96 листов и занимал временной промежуток в семь месяцев. Уверен, что если постараться, то можно найти и другие дневники, но… это же какая-никакая, а личная жизнь, пусть и умершего уже человека.
Так что оставшиеся дневники я решил не искать, а этот спрятал обратно в комод, где и взял.
Комод был сокровищницей. Нет, серьезно. В нем были старые журналы, исписанные мелким почерком письма, чьи-то фотографии, не всегда цирковые. Мне понравилось выдвигать ящички и рассматривать их содержимое. Хотя однажды я и испугался огромного жирного паука, который сплел паутину в самом углу.
А в остальном, рассматривать в вагончике было нечего. Если только способы переделать его подчистую. Мрачноватое было место для гимнаста. Да и не для гимнаста тоже.
Ну, не то, чтобы я хотел сделать вагончик мега-праздничным изнутри, но хотя бы покрывало на кровати заменить, полы помыть, стены тоже, обойчики новые, ну или краску, ковер бы попушистей и… кхм, то есть, не так уж и много.
Но пока мне явно нужно было справиться хотя бы с ремонтом своего тела. На этот раз на боку расплылся фиолетовый синяк. А еще болела нога. Вроде все. Ну, еще я немного хотел спать. Теперь точно все.
Когда все повреждения известны, нужно аккуратно отлипнуть от стены вагончика и вернуться к кроватке. На которую нужно будет купить пуховый матрас, да.
Я почти справился с отлипанием, пока внезапно чуть не оказался на земле, потому что что-то налетело на меня совершенно внезапно. А потом, вместо того, чтобы извиниться, еще и ударило чем-то тяжелым по спине.
— Эй, ты! Чего шастаешь, где не положено? Гражданским нельзя заходить так далеко в цирк!
Я, ничего особо не понимая, посмотрел в ту сторону, с которой доносились крики, и…
— А ты еще кто такая, черт возьми? Кто из нас тут еще «гражданский»?
Сколько инкубов-псевдо-крыланов-просто-мальчиков-девятнадцати-лет нужно, чтобы успокоить злую женщину? Правильный ответ: плевать, сколько вас будет, бегите все, у нее зонтик!
Я это в расчет не брал. Я вообще об этом ответе не подумал. Поэтому и огреб этим зонтиком по макушке.
А хвост вылез как-то сам собой. Ну, в целях самозащиты, естественно. Девушка с зонтом сразу подобрела, зато мою ногу что-то облапило. Как оказалось, темноволосый мальчик лет шести.
Думаю, я еще не готов к педофилии.
Потрепав мальчика по волосам, я быстро отцепил его от ноги, помахал им обоим и свалил. Моя кроватка все еще ждала меня. А хвост… это так, массовые галлюцинации.
Вагончик встретил меня любящей прохладой. Кроватка же встретила не менее любящим поскрипыванием. Я лег на живот, с наслаждением потягиваясь, а затем стянул с себя костюм.
Страница 34 из 72
