Дело было запрятано в потертую желтую папку. Доктор Кемп задумчиво поглядел на замусоленные уголки. Бумаги перелистывали и довольно часто. На одном из листов отчетливо виднелся отпечаток пальца. Наверняка, это его предшественник, доктор Зебски. Так некстати покончивший жизнь самоубийством.
Боже, ну что за идиотские вкусы у этих психиатров.
Она отвернулась. Посмотрела на часы. Времени оставалось не так много.
На столе перед ней лежала желтая папка.
— Кто это, — спросила она, взглянув на фотографию.
Евелин подошла, посмотрела через стол.
— Лилиан Паркер, — сказала она, — наша пациентка. Видимо, ваш отец работал с ней перед… перед уходом.
— Какая молодая… Я могу с ней поговорить?
Евелин замялась:-«Вообще-то это не принято, — сказала она.»
— Вдруг она сможет нам помочь? Во всей этой истории. Если она была последней, кто разговаривал с отцом.
— Но не больше, чем несколько минут, — согласилась Евелин.
— Вы же понимаете, правила….
Лилиан Паркер появилась быстро, почти сразу же, будто ждала за дверью.
На ней была синяя больничная пижама, кроссовки с аккуратно завязанными шнурками. Санитар, приведший ее, с любопытством посмотрел на Глорию и закрыл дверь.
Лилиан присела на кончик стула, выпрямилась и положила руки на колени.
Глория обратила внимание, что у нее аккуратно подстриженные и накрашенные ногти. И вообще она выглядела ухоженной и спокойной.
«Интересно, она знает о том, что случилось?» — подумала Глория.
— Наверное, нет.
На лице у Лилиан блуждала легкая, приветливая улыбка. Глория проследила за ее взглядом и заметила, что та улыбается тому самому, повисшему на ниточках клоуну«.»
— Вам знакома эта игрушка?» — спросила Глория.»
Лилиан с трудом оторвав взгляд от клоуна, повернула к ней голову:
— О, да, — ответила она.
— Это мой подарок доктору Кемпу.
— Он был ваш лечащий врач?
— Простите?
— Доктор Кемп занимался вашим лечением?
Лилиан посмотрела на нее удивленно и внимательно.
— Вы считает, что я больна?— спросила она.