Слоган: Не много о сексе, много о еде. Она купалась на озере совершенно одна, словно русалка, которая боится людей. И всегда в одно и то же время, в десять часов, если в этот час на озере кто-то был, она уходила прочь и возвращалась лишь на следующий день. Она купалась голая, хоть и знала, о старике, что наблюдает за ней, со своего гигантского особняка, который страшной тенью нависал над деревней…
Медленно раздеваясь, каждый вечер, она стояла именно в том месте, откуда старик мог бы лучше ее разглядеть. Он гладила свои груди, выгибалась, как только могла, моля бога лишь об одном, чтобы моторчик старого пердуна заработал, и чтобы он ни в коем случаи не оказался любителем мальчиков. Все остальное она планировала сделать без помощи господа.
«Мужчинам всегда нужно лишь одно, и не важно, старик это или мальчик, они хотят побывать в каждой женщине, и тем не доступнее женщина, тем сильнее они хотят в ней побывать» так думала девушка.
Тот день не был исключением, она пришла ровно в назначенный час, и старик ее уже ждал. Ждал сидя на своем балконе, с биноклем в руках. Когда девушка скинула свое ситцевое платье, то слюна брызнула из губ миллиардера. Сердце старика ускорила ритм, когда девушка сняла лифчик, обнажив свои безупречные груди. Смотря в бинокль, он видел, что ее нежно розовые соски набухли и сейчас крепко стоят, смотря в разные стороны. Он видел ее попку, когда она сняла трусики, и орган ниже живота ожил. Старик уже давно за ней наблюдал около месяца, он присматривался к прекрасной незнакомке, боясь подойти. Но сегодня, желания обладать девушкой победило страх, и старик покинул балкон, впервые за очень долгое время он вышел на улицу.
Она только что искупалась и уже выходила на берег, стараясь как можно лучше продемонстрировать свое влажное тело. Словно по подиуму она шла по песку, который обдавала волна. Ее глаза были прикрыты, а руки запущены в мокрые волосы. Девушка уже собиралась идти домой, что бы завтра в это же время вернуться на озеро, но когда она открыла глаза, то перед ней, стоял на удивление маленький человек с очень сморщенной кожей. Его глаза были бесцветными, длинный нос напоминал сухую палочку, а уши сильно выпирали, из почти лысой головы. Губы старика были синими, и никого более уродливого девушка в жизни не видела.
— Вы ангел? — промолвил маленький человек.
На секунду девушка даже захотела закричать, словно перед ней стоял не старик, а гоблин, но вовремя остановилось. Она взяла себя в руки, представив богатства этого маленького, но страшного человека.
— Нет, я не ангел. Я человек, такой же, как вы — нежно произнесла девушка, она не прятала свои груди с помощью рук, как делала бы при появлении любого другого деревенского парня, не прятала она и небольшой треугольничек волос, что был у нее ниже живота.
— Вы явно не такая, как я. У вас очень красивые ноги — сказав последнюю фразу, старик попытался улыбнуться, отчего часть его верхней синей губы лопнула и из нее брызнула кровь.
— У вас кровь — в гримасе отвращения, которую просто не возможно было скрыть, промолвила девушка. Кровь человека, что был перед ней, была не красной, она была черной, словно это вовсе и не кровь, а гниль.
Старик облизнул свои губы, выпучив посиневший язык, и черная жижа попала ему в рот.
— Как вас зовут прекрасное создание — словно никакой крови и не было произнес старик.
— Я Елена — соврала девушка, ей почему-то безумно не хотелось называть своего настоящего имени. Словно под чужим прозвищем она не испачкается об этого жуткого, одетого в один черный халат старика.
— Елена, в Трое, это имя принесло много бед. Его нужно носить с осторожностью — не понятно к чему сказал маленький человек и сделал шаг к девушке. Теперь его нос практически касался ее пупка, и девушка мысленно стала представлять какой он на ощупь.
— Меня зовут Эдвард, и я приготовил ужин. Елена, вы ведь любите есть?
— Да, конечно. И если вы меня приглашаете, то я с радостью составлю вам компанию — девушка говорила спокойно, пусть вид маленького человека бросал ее в дрожь. Но ей были нужны деньги, настолько нужны, что секс с этим стариком был еще не самым худшим, на что она была готова ради них.
— Тогда оденьтесь, не хочу, чтобы мои слуги при виде вас объявили бунт — Эдвард снова попытался улыбнуться и ранка на его губе вновь начала кровоточить.