Фандом: Доктор Кто, Светлячок, Люди в чёрном. В дельфинарии проводили эксперимент: по команде дельфин должен был свистнуть, и только тогда получить рыбу. Сначала дельфин игнорировал команды, но потом разобрался, что от него хотят, и стал свистеть. Однако, когда ученые прослушали запись, то обнаружили, что на самом деле дельфин свистел при каждой команде, с самого начала, постепенно понижая частоты, пока не достиг пределов слышимости человеческого уха.
231 мин, 45 сек 12939
— О, не стоит переживать, мой друг. Все к лучшему. Теперь он точно о нас не вспомнит, а в свете его нового будущего это весьма актуально, ты так не думаешь? Идем. Я отвезу тебя на планету к твоим человеко-далекам. Бета обещала показать мне какое-то уникальное поле, которым они сумели экранировать сканеры далеков Давроса, а потом я отправлюсь по своим делам. В конце концов, мы оба заслужили отдых.
— Звездный манипулятор, — сказал Сек. — Ты собираешься забрать его и как-то использовать.
Мортимус хитро улыбнулся.
— Ну разумеется, я думал и об этом. Идем, мне уже надоело здесь стоять, и ТАРДИС нервничает. Ей этот лес никогда не нравился.
В кармане снова что-то задрожало — на этот раз сильнее. Сек вдруг вспомнил, что там лежит: неизвестный ключ и коробочка кустарного стабилизатора измерений. Дрожал, кажется, ключ, и это наводило на кое-какие мысли. Странные и нелогичные, но почему-то хотелось послушать это чувство. Предчувствие. Интуицию. Она говорила с ним из-за предела слышимости, когда терялись слова, но смысл оставался странным образом ясен.
— Отправляйся по своим делам, — ответил Сек, — я останусь ненадолго. Меня заберут.
Мортимус с подозрением смерил его взглядом. Интуиция, кажется, не ошибалась. Стоило иногда к ней прислушиваться — например, сейчас.
— Я позвоню, и Бета заберет меня отсюда. Я хочу отдохнуть. Здесь тихо и приятно, мне нравится этот лес. Я не твоя ТАРДИС. — Сек улыбнулся, улыбка вышла, кажется, не слишком убедительной, но, по крайней мере, удалось справиться со щупальцами. — Эти деревья — те самые знаменитые секвойи? Давно хотел побывать здесь. Раз выпала возможность…
Он замолчал, и Мортимус наконец едва заметно кивнул.
— Хорошо. Оставайся. — Он сделал паузу и посмотрел в сторону. — Знаешь… Извини за катер. Мне действительно нечего было ему предложить, и я…
— Перестань, — ответил Сек. — Это не имеет никакого значения.
Как ему сказать, чтобы не слишком грубо? «Убирайся»? «Отправляйся прочь»? «Я хочу остаться один»?
— Иди, — просто добавил Сек. — Мне действительно нужен отдых, и лучше всего в одиночестве.
Мортимус обиженно поджал губы.
— Как хочешь. — И ушел. Скрылся среди деревьев.
Стало теплее. Сек опустился на землю, привалившись спиной к огромному стволу, и поднял голову. Дерево уходило в небо, цеплялось за облака, пытаясь поймать их в зеленые ладони — безуспешно, облака текли сквозь пальцы дальше, по своим делам. Древнее дерево, которое пережило короткие столетия человеческой истории на этом континенте и гораздо более долгие века до нее. Дерево не знало, сколько ему лет, и не стремилось узнать. Примитивная, но, пожалуй, мудрая жизнь.
Он достал из кармана ключ, когда услышал наконец тихое пение временного ротора ТАРДИС. Тот вздрогнул в пальцах, стабилизатор, висевший на короткой цепочке, покачнулся.
— Я не знаю, что с тобой делать, — сказал Сек, почему-то обращаясь к вещи, как к живому существу. — Не знаю, что ты должен открывать. Мне любопытно. Покажи!
Он поднялся на ноги, ключ, как стрелка компаса, потянулся в сторону. Сек наклонил голову и усмехнулся. Наверное, именно так чувствовали себя герои каких-нибудь сказок или эпоса — сложная смесь любопытства, предвкушения и надежды. Эти эмоции было очень приятно анализировать, они казались разноцветными и сладкими, как конфеты, таяли под языком, прогоняли усталость.
Шаг за шагом Сек шел по едва заметной тропке, протоптанной прямо в глинистой почве. Здесь не росла трава — только невысокие папоротники, сочно-зеленые, ярко выделявшиеся на фоне красноватого грунта и рыжих, почти лошадиной масти стволов. Ключ еле заметно тянулся вправо, подрагивал, как будто торопил.
Он перестал дрожать и повис спокойно, как и положено нормальному ключу, когда Сек подошел к одной из довольно молодых секвой — хотя и она казалась громадной.
— Ну? Что мне делать дальше? — спросил Сек у ключа, и в тот же момент понял, что. Он вставил ключ в тонкую щель на коре дерева и повернул. Замок еле слышно щелкнул.
Это была еще одна ТАРДИС — почти погасшая, с безжалостно выпотрошенной консолью, но все еще живая, Сек шагнул через порог и тут же почувствовал, что она изучает его — почти с радостью. Словно он, наполовину далек, наполовину человек, остался ее последней надеждой на существование. Нет — на нормальную жизнь.
Здесь, несмотря на провода и клеммы, валявшиеся на полу, было удивительно чисто, почти стерильно. Снежно-белые стены, стильная маленькая консоль с тонкой центральной колонной, высокий потолок и ничего лишнего — приятный контраст с вечным хламом в ТАРДИС Мортимуса. Тот таскал за собой всякий культурный мусор — пусть даже прекрасный и редкий, он все равно мешал. Мортимус говорил, что так создает уют. Ничего подобного. Эта ТАРДИС казалась намного уютней. В разы. И она не была боевой — к счастью. Обычная гражданская модель. Новая, времен начала войны.
Он закрыл дверь и медленно, словно пробуя каждым шагом пол, подошел к консоли.
— Звездный манипулятор, — сказал Сек. — Ты собираешься забрать его и как-то использовать.
Мортимус хитро улыбнулся.
— Ну разумеется, я думал и об этом. Идем, мне уже надоело здесь стоять, и ТАРДИС нервничает. Ей этот лес никогда не нравился.
В кармане снова что-то задрожало — на этот раз сильнее. Сек вдруг вспомнил, что там лежит: неизвестный ключ и коробочка кустарного стабилизатора измерений. Дрожал, кажется, ключ, и это наводило на кое-какие мысли. Странные и нелогичные, но почему-то хотелось послушать это чувство. Предчувствие. Интуицию. Она говорила с ним из-за предела слышимости, когда терялись слова, но смысл оставался странным образом ясен.
— Отправляйся по своим делам, — ответил Сек, — я останусь ненадолго. Меня заберут.
Мортимус с подозрением смерил его взглядом. Интуиция, кажется, не ошибалась. Стоило иногда к ней прислушиваться — например, сейчас.
— Я позвоню, и Бета заберет меня отсюда. Я хочу отдохнуть. Здесь тихо и приятно, мне нравится этот лес. Я не твоя ТАРДИС. — Сек улыбнулся, улыбка вышла, кажется, не слишком убедительной, но, по крайней мере, удалось справиться со щупальцами. — Эти деревья — те самые знаменитые секвойи? Давно хотел побывать здесь. Раз выпала возможность…
Он замолчал, и Мортимус наконец едва заметно кивнул.
— Хорошо. Оставайся. — Он сделал паузу и посмотрел в сторону. — Знаешь… Извини за катер. Мне действительно нечего было ему предложить, и я…
— Перестань, — ответил Сек. — Это не имеет никакого значения.
Как ему сказать, чтобы не слишком грубо? «Убирайся»? «Отправляйся прочь»? «Я хочу остаться один»?
— Иди, — просто добавил Сек. — Мне действительно нужен отдых, и лучше всего в одиночестве.
Мортимус обиженно поджал губы.
— Как хочешь. — И ушел. Скрылся среди деревьев.
Стало теплее. Сек опустился на землю, привалившись спиной к огромному стволу, и поднял голову. Дерево уходило в небо, цеплялось за облака, пытаясь поймать их в зеленые ладони — безуспешно, облака текли сквозь пальцы дальше, по своим делам. Древнее дерево, которое пережило короткие столетия человеческой истории на этом континенте и гораздо более долгие века до нее. Дерево не знало, сколько ему лет, и не стремилось узнать. Примитивная, но, пожалуй, мудрая жизнь.
Он достал из кармана ключ, когда услышал наконец тихое пение временного ротора ТАРДИС. Тот вздрогнул в пальцах, стабилизатор, висевший на короткой цепочке, покачнулся.
— Я не знаю, что с тобой делать, — сказал Сек, почему-то обращаясь к вещи, как к живому существу. — Не знаю, что ты должен открывать. Мне любопытно. Покажи!
Он поднялся на ноги, ключ, как стрелка компаса, потянулся в сторону. Сек наклонил голову и усмехнулся. Наверное, именно так чувствовали себя герои каких-нибудь сказок или эпоса — сложная смесь любопытства, предвкушения и надежды. Эти эмоции было очень приятно анализировать, они казались разноцветными и сладкими, как конфеты, таяли под языком, прогоняли усталость.
Шаг за шагом Сек шел по едва заметной тропке, протоптанной прямо в глинистой почве. Здесь не росла трава — только невысокие папоротники, сочно-зеленые, ярко выделявшиеся на фоне красноватого грунта и рыжих, почти лошадиной масти стволов. Ключ еле заметно тянулся вправо, подрагивал, как будто торопил.
Он перестал дрожать и повис спокойно, как и положено нормальному ключу, когда Сек подошел к одной из довольно молодых секвой — хотя и она казалась громадной.
— Ну? Что мне делать дальше? — спросил Сек у ключа, и в тот же момент понял, что. Он вставил ключ в тонкую щель на коре дерева и повернул. Замок еле слышно щелкнул.
Это была еще одна ТАРДИС — почти погасшая, с безжалостно выпотрошенной консолью, но все еще живая, Сек шагнул через порог и тут же почувствовал, что она изучает его — почти с радостью. Словно он, наполовину далек, наполовину человек, остался ее последней надеждой на существование. Нет — на нормальную жизнь.
Здесь, несмотря на провода и клеммы, валявшиеся на полу, было удивительно чисто, почти стерильно. Снежно-белые стены, стильная маленькая консоль с тонкой центральной колонной, высокий потолок и ничего лишнего — приятный контраст с вечным хламом в ТАРДИС Мортимуса. Тот таскал за собой всякий культурный мусор — пусть даже прекрасный и редкий, он все равно мешал. Мортимус говорил, что так создает уют. Ничего подобного. Эта ТАРДИС казалась намного уютней. В разы. И она не была боевой — к счастью. Обычная гражданская модель. Новая, времен начала войны.
Он закрыл дверь и медленно, словно пробуя каждым шагом пол, подошел к консоли.
Страница 63 из 65
