Предметы первой необходимости

— Да, пищу, ванную, безопасное место для ночлега и, может быть, немного общения.

— Я воспользуюсь этим общением прямо сейчас, — засмеялся старик, — потому что скучаю по своим хорошим друзьям: «Джеке Дэниэлсе», «Джими Биме» и«Джонни Уолкере».

— Ты хочешь меня опровергнуть? — спросил Марк.

— А ты?

— Вовсе нет. У всякого есть своя слабость. Каждый не лучше и не хуже другого, — сказал он, переводя взгляд от старого алкоголика на молодого наркомана.

Было уже за час ночи, когда Эмилио и Друзилла закончили готовить и убирались в кухне. Марк передал каждому из них по конверту с наличными.

— Первые за месяц? — спросил Эмилио, пряча зарплату.

— Делу время — потехе час, — улыбнулся Марк.

— Если ты называешь шинкование моркови и картошки потехой! — ответил Эмилио.

— Есть и ещё хуже способы зарабатывать на жизнь, — напомнила ему Друзилла.

— Да, — сказал Марк. — Не будем забывать о нашем призвании.

— Ах да, капитан Марк.

После ухода Эмилио и Друзиллы Марк направился в контору, где Зоя проверяла на компьютере биржевые котировки.

— Как дела на рынке? — спросил Марк, — или не стоит спрашивать?

— Глядя на падение цен, я бы сказала, что наша кухня всё ещё наплаву, но появляются признаки второго пришествия великой депрессии.

— Меня немного тревожит старик, которого привели вечером.

— Почему? — спросила Зоя. — Он не первый старик, которого мы подобрали, не единственный алкоголик.

— Но задаёт много вопросов.

— И что же? Просто он шумный дед и не более того. У него, кажется, отменное здоровье. Но, конечно, я бы не стала продавать его печень.

— Что ж, я проведу обычную проверку и узнаю, есть ли у него друзья или ближайшие родственники.

— Вперёд, но сомневаюсь, чтобы человек, имеющий друзей или семью, спал в мусорном контейнере.

Старик ел и пил в ночлежке более двух недель. Он уходил утром, проводил день в попрошайничестве и поиске оброненных монет, но возвращался назад каждый вечер. Иногда он собирал достаточно денег, чтобы купить для утешения бутылочку спиртного, но временами возвращался в ночлежку с пустыми руками. Тем не менее ему всегда были рады.

Сидя в столовой и пережёвывая кусок мяса, старик подозвал Эмилио.

— Я всю неделю не видел Хью. Он и раньше так надолго пропадал?

— Пропадал? — переспросил Эмилио, входя в столовую. — Не слишком ли странный вопрос? Кроме того, это же не дом Хью, а всего лишь место для ночлега.

— Мне кажется все это странным: он обычно появляется здесь три или четыре раза в неделю, а сейчас о нём нет ни слуху ни духу.

— Кто знает? — пожал плечами Эмилио. — Может, он попал в реабилитационный центр. А может быть, его закрутило снова?

— Я надеюсь, что все не так, — затем старик добавил, — мне противно думать, что он передозировался и теперь лежит в какой-то канаве.

— Не беспокойся о нём; я уверен, с ним все в порядке, так как видел многих, кто возвращался сюда и уходил обратно.

— Правда?

— Да. У людей, которые здесь появляются, нет корней. Возьмём тебя. У тебя есть дом или семья? Жена, дети или кто-то ещё?

— Когда-то были. — старик полез в карман и вынул коричневый бумажный пакет, в котором находилась купленная бутылка спиртного. — Теперь это всё, что у меня есть. — Он кивнул головой Эмилио и направился в общую спальню, чтобы немного выпить и заснуть.

Эмилио поднялся в контору поговорить с Марком.

— Старик снова задаёт вопросы. На этот раз о наркомане Хью.

— Что он спросил?

— Он заметил, что парень не появляется последнее время, и ему интересно, что с ним случилось.

— Это же естественно. Я видел, как они несколько раз беседовали. Но, тем не менее, присматривай за стариком; проверь, что в течение дня он ни с кем здесь не разговаривает.

Всё же старик решил, что его дешёвое виски лучше пить со льдом, и побрёл на кухню. Ни Эмилио, ни Друзиллы там не было, и он подошёл к огромной морозильной камере. Дед открыл дверь и заглянул внутрь. Там лежали пакеты с мясом, которое готовили для еды. Но что-то было не то.

— Ты что здесь делаешь? — закричал Эмилио, увидев, что старик открывает холодильник.

— Хочу взять немного льда, — ответил тот.

— Убирайся. Никому не позволено заходить на кухню.

— Ради бога, я не собирался ничего красть, просто хотел взять немного льда.

— Мне всё равно. Тебе нельзя появляться на кухне. Понял?

На следующий вечер старик вернулся в ночлежку и уселся за привычный набор еды из мяса, хлеба и кофе. Пока он ел, Марк и Зоя следили за ним.

— Вкусное мясо, — одобрил он, облизывая губы. — Что за сорт? Ягнёнок? Больше похоже на говядину.

Эмилио высунул голову из кухни.

— Что случилось, старый ворчун? — неловко засмеялся он. — Твоя нежная печень загрязнилась этой ерундой? Разве ты не понял, что это телятина?

— Телятина? Не дорого ли для группы пьяниц и бомжей в благотворительной столовой?

Эмилио повернулся к Марку, который ответил:

— Я же говорил раньше, у меня была трудная жизнь, а теперь хочу…