Предназначение Зверя

Но шутки в сторону. Итак, я продолжала доедать население города, бывшего некогда большим и процветающим, и ждала, но волки системы всё не спешили появляться. Порой я даже начинала сомневаться, правильно ли я истрактовала воспоминания Волка, и не бред ли это его, а может быть, и моего больного воображения. Но звериное моё терпение постоянно говорило мне: жди, и всё будет по-твоему. Главное — не сворачивать с выбранного пути.

И моё ожидание вновь увенчалось успехом. Я услышала рёв машин где-то на окраине, невдалеке от моего временного человеческого обиталища. Кликнув стаю, я дождалась, пока соберутся все, и мы помчались в сторону нарушителей. Рёв моторов становился всё громче, потом постепенно заглох и смолк, будто машины начали останавливаться. Выбежав на гладкое мусорное поле, поросшее кое-где сухими осенними колючками, в зоне, где кончались двухэтажные кирпичные дома, я встала, и стая моя застыла за моей спиной. Чуть покачивая хвостом, в волчьем обличье и полной боевой готовности, я спокойно ждала, пока ко мне подойдёт странная человеческая фигура в одежде навроде балахона, сопровождаемая кучей людей, видом, одеждой и поведением подозрительно похожих на многократно клонированного агента Смита из «Матрицы». Белые машины и чёрные костюмы; длинные тени лежали позади тонких фигур, слишком резких и чётких в изменившем вид пространстве, ставшем почти многомерным. Они определённо любили производить эффект.

Человек в балахоне не спешил говорить. Он лишь подошёл ближе и откинул капюшон, посмотрев мне в глаза своими, красными и горящими. Лицо его было очень худым, белым и вроде как иссохшим; впрочем, стариком он не был — ему свободно можно было дать от тридцати до шестидесяти по людскому исчислению.

— Так значит, это ты, — достаточно поизучав меня, неторопливо начал он; голос его оказался глухим и низким. — Ты — та самая волчица, что, наплевав на все наши законы, уничтожила нашего ставленника и довольно долгое время самовольно распоряжалась одним из наших городов. Что ж, Зверь. Приятно познакомиться.

— А ты, как я понимаю, представитель системы, — ответствовала я. — Вы, как я вижу, совсем не торопились — города уже почти нет, а вы очнулись только сегодня.

— Мы не любим торопиться, если для того нет нужды. К тому же, нам было интересно поизучать тебя в естественных условиях. Ты — единственный и уникальный феномен. Даже мне, — он глухо рассмеялся суховатым смехом, словно горло его было осипшей водопроводной трубой, — иногда бывало страшновато. Впрочем, — он махнул рукой, — ты всё равно ничего бы не смогла сделать с нашей системой безопасности.

— Не зарекайся, — криво хмыкнула я. — И много вы там «наизучали»?

— Достаточно, — коротко ответил он. — Мы знаем про тебя практически всё, а вот ты про нас почти ничего не знаешь. Как думаешь, на чьей стороне преимущество?

— Сложно узнать того, — усмехнулась я, — кто даже сам себя почти не знает. Кто в один момент такой, а уже в следующий в нём открывается что-то новое. Или вы — такие хорошие аналитики, что смогли просчитать все варианты развития событий? Тогда вы должны знать, что даже ваша хвалёная система безопасности в один прекрасный день может вам не помочь. Ты, верно, читал поболее, чем твой ставленник, и про многое в курсе. Вам стоило бы бояться, если вы реально умнее его…

— Ты нам угрожаешь? — вкрадчиво произнёс он.

— Предупреждаю.

— Хорошо. — Он выпустил из-под балахона иссохшую руку с длинными когтистыми пальцами. — Посмотрим, как ты справишься вот с этим.

— Что… за… хрень… — только и смогла прохрипеть я, сбитая с ног и пригвождённая к земле длинной сиреневой молнией. Он выпустил её настолько быстро, что я даже не успела заметить.

— Вот видишь, — он втянул молнию обратно, и я, отряхиваясь, вскочила с земли. Моя стая уже давно превратилась в безмолвные серые статуи — с волком системы они связываться не решались. — А теперь думай сама.

— Кто вам дал эти способности? — глаза мои горели.

— Это не твоё дело.

Я прыгнула. На сей раз я была готова, и мельком замеченная мною молния не задела меня, белой вспышкой пройдя вблизи моего бока. Следующую он выпустить не успел — я стояла на нём, словно тяжёлый бульдозер, прижав огромными серыми лапами обе его руки к земле и бешеным выпуском энергетических щупалец давя волю сразу всех его агентов. Он даже и не думал превращаться, только как-то бессильно поник и обвис.

— Кто? — страшным голосом повторила я вопрос.

— Демоны, — даже не глядя в мою сторону, усталым и безразличным голосом произнёс он. Я поняла — ему уже было всё равно, что будет дальше, и он был бы рад исчезнуть, только чтобы всё это закончилось.

— Фак, — сплюнула я, отпуская потрёпанного колдуна. — Похоже, и вправду мои пути ведут меня только в одно место. Ты знаешь, как туда можно попасть, не умирая?

— Ты хочешь спуститься в ад? — недоверчиво посмотрел он на меня, продолжая сидеть на пыльной земле. — Зачем это тебе?