Фандом: Ориджиналы. Мир, в котором существуют две расы — эльфы и люди. Веро — полукровка, верящий в чудо любви, Эвэ — эльф из касты жрецов, который должен следовать своему предназначению, не поддаваясь зову сердца. Все обстоятельства против них, судьба уже приготовила свой лабиринт, удастся ли этим двоим пройти его до конца, не потеряв друг друга?
— Входи, — почти приказала она. Это был голос судьбы, Эвэ нахмурился, а потом улыбнулся лишь глазами, как умеют делать только люди, и то, каким живым стало его лицо в этот миг, смутило Анну.
Волк зашел следом за хозяином, за ними шла девушка. Неровные ступени казались бесконечными, они походили на острые зубья, ведущие в пасть дракона.
— Как много раз вы здесь были, миледи? — спросил Эвэ, продолжая спускаться.
Анна промолчала, сделав вид, что не расслышала вопроса. Ей не хотелось в этом признаваться, но даже такой храброй волчице, как она, было не по себе под сводами хранилища. Что там было в этих темных коридорах, бесконечных лабиринтах, какие страшные тайны, какие призраки бродили здесь? И поэтому она старалась не бывать под этими сводами. К счастью, всегда можно было договориться с Анго или же упросить Филиппа, ему-то все равно, он привык к темноте.
Эвэ прислушался к тишине вокруг, но она не была абсолютной, в хранилище все жило, на самом деле, и словно пульсировало.
Наконец, ступеньки кончились, и эльф стоял на твердом каменном полу. Он осветил его лампой — это были выложенные мозайки, когда-то очень красочные, но сейчас время забрало их цвета, оставив только силуэты. Эвэ провел по ним ботинком и спугнул крысу, та завизжала, заставив Анну отшатнуться в сторону.
— Крыса, — пояснил Эвэ. Девушка сердито кивнула.
— Я останусь в этой части, а вы пойдете к восточному тупику. На стенах светильники, они зажгутся, как только вы войдете в проход, и осветят путь. Через час поменяемся. Сегодня надо быть здесь до полуночи, потом алхимик Суон сменит нас.
Эльф все понял, он не стал докучать Анне вопросами, зато девушка немного задержала волка, вдруг дотронувшись до его шкуры и погладив, и сказав что-то ему в самое ухо. Эвэ это не понравилось, но он не стал ничего говорить.
Эвэ двигался по коридору, желая побыть один. Приглушенный свет располагал к мыслям, волк шел рядом, его дыхание отпугивало тени. Сейчас в этом пространстве было легко погрузиться в прошлое, представить, каким величественным все это было в стародавние времена. Иногда эльф останавливался, чтобы прикоснуться к еле заметным надписям, когда-то украшавшим стены, и к своему удивлению, проведя ладонью, ощутил, что это старые эльфийские руны.
— Здесь написано «вековая тьма», — сказал он Веро.
Дойдя до тупика, а на самом деле это была стена, от которой шли два прохода в разные стороны, Эвэ сел на пол, прислушиваясь к происходящему вокруг. Волк тоже слушал. И в этот промежуток безмятежного спокойствия, когда эльф прикрыл глаза, прислонившись к теплой шкуре волка, раздался крик.
— Это Анна, — сказал Эвэ. — Беги вперед, я сейчас догоню тебя.