Прекрасные цветы

Выбор Искры

Утром эльф поднялся очень рано, свет едва начал пробиваться в комнату. Сара только вошла, чтобы приготовить его одежду, а Эвэ уже сидел на постели, расправляя темные пряди, спутавшиеся за ночь, от чего эльф был похож на птичку, нахохлившуюся от мороза.

Девушка поторопила кухарок, чтобы в комнату подали завтрак, потом принесла пару теплых чулок, но Эвэ уже исчез в ванной и вышел оттуда через пятнадцать минут причесанный и умытый. Он все сделал сам.

Взволнованная Сара убежала за нижней рубашкой, брюками и свитером, и, вернувшись, обнаружила эльфа уже в чулках и нижнем белье, спокойно сидящим в кресле и поджидающим ее. Увидев в руках служанки свои вещи, Эвэ взял лишь рубашку, а потом сказал, слегка хмурясь:

— Сегодня черное.

Девушка принесла ему черные брюки, теплый джемпер, который она сама расшила по вороту бисером на тон светлее, и короткую куртку на меху, украшенную серебряными заклепками и кожаными ремнями. Такие были в моде у молодых гвардейцев, но к этой добавили больше изящных украшений и сделали более замысловатым крой.

Юноша оделся, сделал пару глотков кофе и направился к выходу. Волк, лежавший возле окна, ринулся было за ним, но Эвэ покачал головой.

— Не сегодня, побудь здесь, прошу тебя, — произнес эльф. Веро послушно вернулся на место, и, возможно, это была лишь игра воображения, но Саре показалось, что оставшись без хозяина, волк как будто тяжко вздохнул.

Эвэ вышел за пределы Академии, провожаемый любопытством Филиппа, который не смел остановить юного потомка жрецов, но неимоверно желал бы знать, зачем тот спускается в город в такую рань, когда все нормальные ученики и носа не показывают из постелей. Этот эльф пах замечательно, какими-то неведомыми цветами, и даже, когда он уже был далеко, и привратник не слышал звука его шагов, он все еще чувствовал этот аромат, словно он пристал к коже легкой дымкой.

Юноша шел быстро, надеясь, не пропустить представления. Он не знал, стоит ли ему помогать Антуану, или же просто стоит смешаться с толпой и посмотреть на реакцию Искры, когда его любовника поведут к виселице. Эта расправа должна стать не слишком приятным зрелищем, эльфы не используют такие методы для ликвидации эльфов, но для полукровок и людей, это самый верный способ. По крайне мере так считал принц Фалька и, конечно, император.

Эвэ вспомнил, как однажды чем-то провинился перед старшим братом и тот, набросившись на мальчика, стал душить его подушкой. При этом воспоминании нельзя было не ощутить вновь тот ужас и бессилие, которые охватили Эвэ. К счастью, поблизости оказался Лили, и все обошлось благополучно.

В это утро Гилиат был оживлен. Стояла морозная погода, и солнце постепенно высвечивало ледяную пыль, швыряя ее от дома к дому. Но день стал длиннее, и все постепенно начинали ждать весны. Горожане спрашивали друг у друга, когда снег растает на перевалах, и поезда станут ходить чаще. Кто-то делился новостями с юга, куда направляли императорские войска. Торговцы открывали свои лавочки, дамы в длинных платьях спешили на завтрак к соседке. Жизнь казалось абсолютно нормальной, такой, как она была всегда. И Эвэ был рад на некоторое время стать ее простым наблюдателем. Рассматривая прилавок с фруктами, который только что вынесла эльфийка в ярком чепце, юноша взял с него одно из красных яблок. Благодаря чарам оно все еще хранило солнечный свет южных провинций, можно было ощутить его, если немного подержать яблоко в руке.

— Возьмите яблоки, молодой господин, они прекрасны, чудный аромат, — сказала женщина, стоя вполоборота к юноше и продолжая заниматься приготовлениями к рабочему дню.

— Я возьму одно, пожалуй, если скажите мне, где я смогу посмотреть на казнь полукровки, который обвиняется в убийстве гвардейца. Кажется, некого графа Кристо.

— О, милорд, — женщина оживилась, — вы сможете лицезреть это прямо за городской ратушей. Много лет Гилиат был спокойным местом, но сдается мне, грядут тревожные времена. И еще не раз мы увидим, как на площади теряет жизнь или человек, или полукровка. Мне их не жаль, они сами пришли в этот мир, где им не место, они — чужаки. Но все-таки это вызывает слишком много волнений.

Женщина тряхнула головой и опять занялась своей работой.

— Возьмите, — Эвэ протянул ей мелкую монету, а яблоко спрятал в карман. — Тогда нам, пожалуй, надо быть счастливыми вдвойне, пока чужаками в этом мире не стали именно мы.

Эльфийка внимательно посмотрела на юношу, теперь она разглядела его, оценила характерную внешность для той касты, к которой он принадлежал, и на мгновение женщину охватил страх и благоговение. Ей захотелось вернуть ему деньги, но тот обернулся на звук труб, возвещающих начало действа, и поспешил к ратуше. Он так торопился, что яблоко выпало из его кармана, покатившись по белому снегу, настолько ярко красное, что смотреть на него было больно.