Прекрасные цветы

Наконец, как только легкий розоватый цвет окутал небо, Эвэ поднялся с постели, подойдя к окну. Свет был приятен, и эльф впитывал его кожей, словно он мог придать ему сил.

Но он пробуждал и чары, и постепенно прекрасный светловолосый юноша в постели эльфа принял знакомые очертания волка.

«Без тебя ничего не будет иметь смысла, Веро», — подумал Эвэ, коснувшись на прощание теплой шерсти. Волк не проснулся, теперь его должна была разбудить Анна.

Эльф накинул на себя одно из покрывал. Сара уже, наверное, приготовила и воду для умывания, и привычное дневное одеяние. Но стоило открыть двери комнат, как в них вихрем ворвалась чародейка, с презрением смотря на кутающегося в кусок ткани Эвэ.

— Где он? — спросила она. Но ответ был очевиден. И растрепанные темные пряди, и следы страстных поцелуев и эта скользящая, неуловимая тень улыбки на губах эльфа.

— Я забираю его, мы уходим отсюда, — сказала она. — Теперь Веро принадлежит мне, скоро чары окончательно подействуют, и он забудет тебя.

Эвэ кивнул, но это не означало согласия, он знал, что Анна произнесет эти слова, и ему придется выслушать их. Но прежде, чем она подошла, чтобы разбудить Веро, эльф крепко сжал запястье чародейки и произнес: «Я вернусь за ним после дня летнего солнцестояния».

Анна зло выдернула руку из цепкой хватки юноши, ей бы хотелось расцарапать ему лицо, но в нем было что-то пугающе спокойное, словно оно не принадлежало живому существу, а некому потустороннему духу.

Эвэ сделал легкий поклон, а потом удалился из комнаты. Ему было тяжело, но он не хотел, чтобы Анна видела его слабость. Было так легко поддаться сомнениям и начать паниковать, стоило только на мгновение представить, что Веро забудет его навсегда. Эльф тряхнул темными кудрями, отгоняя не прошеные мысли прочь. У него было множество важных дел, и нужно было думать о них, а не о пугающей неизвестности будущего.

Башня Падающих звезд (1)

Нанда заснул в одном из углов большой залы, он помнил, что пытался веселиться и танцевать, а еще помнил, что перед этим увидел, как Эвэ уходит с полукровкой прочь, куда-то в лабиринты комнат, чтобы никто не тревожил и не беспокоил их. И что таким счастливым, как в тот миг, когда, как по велению волшебной флейты, светловолосый юноша шел за эльфом, Эвэ никогда не был.

«Духи», — прошептал Нанда, его сердце наполняла и ревность и злость, и еще пониманием, что он никогда не сможет получить того, что так страстно желал. Будь он достаточно злым, он бы выместил свою обиду на ком-то, и это бы успокоило его, но Нанда не умел причинять боль, и сейчас страдал сам, загоняя чувства глубоко внутрь.

Под конец вечера Анго позвал его прогуляться по пустым классным комнатам, значимым для них местам. В шутку они приклеили журнал для записей мастера Руфина к его столу, а также оставили ему красноречивую прощальную записку. Где-то в коридорах шумели призраки, веселились тролли, сегодня их никто не трогал и не прогонял чарами, это была значимая ночь для всех вокруг. Но Нанда не мог ощущать ее радость и свободу, и хотя Анго изо всех сил старался не замечать настроение приятеля, и повеселить его, к утру и он сдался, оставив кочевника наедине со своими горькими мыслями.

Нанде казалось, что он не уснет, но усталость взяла свое. Он был рад, что снов не видел. Где-то в его спальне было припрятано рекомендательное письмо к одному из магистров Гелиополиса, если не тянуть, то можно уже завтра сбежать прочь. Мастер Руфин отпустит, он чувствует, что с его учеником что-то не так. И в этом кочевник видел для себя теперь единственную возможность — побег, вот, что залечит его ноющее сердце. А ведь кто-то говорил, что у эльфов его нет.

— Нанда, проснись, — голос сквозь сон, такой знакомый, что по телу пробегает легкая дрожь. И стоит кочевнику открыть глаза, как перед ним виновник всех его переживаний.

— Эвэ? — имя эльфа срывается с губ прежде, чем Нанда вспоминает все свои противоречивые чувства. Смотришь на темные пряди, на холодный мерцающий блеск глаз цвета фиалок, и все забывается, словно ты под воздействием чар.

— Мне нужна твоя помощь, — произнес эльф, касаясь плеча кочевника. — Мне нужно достать упавшую звезду.

Разве Нанда смог бы отказать? Они прошли по гулким коридорам, мимо спящих учеников, мимо Мастеров, которые погрузились в свои воспоминания, и очутились в той части замка, куда уже давно заходил лишь ветер, да лютые морозы зимой прятались здесь.

— Как странно, — шепнул эльф, смотря на заброшенные помещения и высокие своды потолков, с которых навсегда исчезли краски.