Прекрасные цветы

— Это было место, где жили самые великие чародеи, от тех, кто сотворил Гелиополис, до покорителей драконов. Раньше можно было увидеть их изображения, особенно Тьяры, она была, наверное, самой великой чародейкой, из всех, кто когда-то жил в этом мире. Говорят, что она и создала башню Падающих звезд, — Нанда рассказывал то, что помнил. Истории про эту часть замка были любимыми среди новичков, сюда отваживались приходить не все, но кочевнику нравилось бродить среди пустующих коридоров. Здесь было приятней, чем в темных давящих комнатах архивов и хранилищ.

Шум их шагов, словно впитывал воздух, и тишина возвращалось в это место так скоро, что казалось, жизнь здесь потеряна навсегда. «Здесь печально», — подумал Эвэ, скоро они перестали перебрасываться словами с Нандой, как будто это место так действовало на них. Но, подойдя к мосту Слепца, эльф оживился. Перед ним лежал синий простор, зияющая пропасть, а на другой ее стороне виднелась башня. Облака скрывали ее крышу, но не могли скрыть ее величия. Такое сооружение не построить без сильных чар.

— Эвэ, подумай, это рискованно.

Эльф кивнул, он знал, что затеял приключение, но совсем не боялся. Идея пролететь сотни метров и разбиться о камни внизу ему не нравилась, поэтому он просто выбросил ее из головы.

— У меня есть веревка, ее хватит примерно почти до конца моста, а там посмотрим. — Эвэ протянул кочевнику позаимствованную у Филиппа веревку. Нанда взял ее, но не спешил помогать эльфу, и причиной этому было не только беспокойство за него, но и затаившаяся горечь.

— Что с тобой, Нанда? — эльфа охватила нетерпение, он вдруг почувствовал, что если сейчас не доберется до башни, то больше ему это сделать никогда не удастся, и поэтому спешил совершить задуманное. Он обвязал веревку вокруг талии, сомневаясь, что от этого есть толк, но ему хотелось верить, что на Нанду можно рассчитывать, по крайне мере сейчас.

— Эвэ, — кочевник сжал конец веревки в руках, он подумал, что нужно предотвратить это безумие, но смотря на силуэт эльфа посреди синей бездны, он был зачарован этим зрелищем.

Юноша не оглядываясь, сделал шаг вперед, так странно стоять над пропастью, не видя под ногами твердой опоры. Разве это не настоящее волшебство? Будь здесь принц Фалька или Искра, они бы подумали, что Эвэ приобрел невероятное могущество и теперь ходит по воздуху.

— Первый шаг сделан, -произнес эльф, Нанда позади него тихо вздохнул.

Анго вышел на одну из крытых галерей, выходящих во внутренний двор. В нем стояли мастер Руфин и Анна. Рядом с девушкой был кожаный чемодан, остальные ее вещи отбыли в Гилиат еще вчера. Анна была взволнована, и то и дело оглядывалась по сторонам, пока наконец из арки не появился светловолосый юноша-полукровка, которого дракон видел на балу. Девушка взяла его за руку, хотя юноша, кажется, колебался, он был послушен, но взгляд его блуждал по стенам и окнам замка. Полукровка заметил Анго, они смотрели друг на друга какое-то время. Дракону было жаль, что под рукой у него нет увесистого булыжника, вот бы было здорово запустить в этого светловолосого франта. Анна тоже посмотрела на дракона, но быстро отвела взгляд, их дружба оканчивалась не самым лучшим образом. Самолюбие Анго было уязвлено. «Улетай, улетай, птичка», — дракон вспомнил слова одной незатейливой песенки. Чем она заканчивалась? Кажется, птичка оставалась одна.

Дракон видел, как Анна взяла чемодан. Мастер Руфин поспешно говорил ей что-то, на прощание наставник и его ученица сердечно обнялись. И сам Анго на миг был готов отбросить гордость, растоптать ее в пепел и броситься туда вниз, а потом на коленях умолять, умолять девушку остаться, но он лишь стукнул себя пару раз по груди, чтобы физической болью унять другую, а потом поспешил убраться подальше от этого зрелища. Дракону не хотелось видеть, как прекрасная рыжеволосая девушка исчезает из стен замка чародеев навсегда.

Башня Падающих звезд (2)

Эвэ слушал ветер, порой он давал подсказки, и эльфу не было страшно. Но сердце в груди почему-то билось так сильно, что иногда приходилось останавливаться, а то как бы оно не выпрыгнуло из горла и не упало вниз.

Эвэ прошел почти четверть моста, веревка натягивалась, но Нанда держал ее крепко. Над головой синева напоминало море, таким, каким оно бывает лишь летом, когда гавани Южного двора заполняют рыбацкие лодочки с разноцветными парусами. Эвэ подумал, что его воспоминания о прошлом напоминают сны, почти невозможно поверить, что это было в реальности, так много произошло и изменилось вокруг. Время плело свои узоры в не зависимости от желаний тех, кого в них вплетало.