Прекрасные цветы

Брюки на эльфе, оставшиеся без надежной фиксации, то и дело норовили сползти. Зато солнце уже достаточно поднялось над горизонтом, оно светило ярко, и было даже не похоже, что недавние происшествия были реальностью, так они не вписывалось в этот приятный весенний день.

— Знаешь, — произнес эльф, растирая пальцами затекшие запястья, — когда-то в этом мире не было солнца, а вечно сияла луна. Дух воздуха, Ариэль, мог путешествовать по всем пространством вселенной, но однажды он увидел Гелиоса — божество солнца, и понял, что миру, в котором жил Ариэль, не хватает его чистого теплого сияния.

Но как заманить столь прекрасное создание в свой мир, что предложить ему, чтобы он остался навсегда?

Эльф вопросительно посмотрел на Искру, который сейчас прислушивался к голосу эльфа, слушать истории полукровка любил, а уж эльфийские истории тем более.

— «Золото», — может быть подумаешь ты?— продолжал Эвэ. — О да, так подумал и Ариэль. Он собрал из сияющих звезд ожерелье, прекрасней, которого не видел еще никто, и со смиренным поклоном поднес его божеству. Но оно отвергло его подарок, холодный блеск камней не интересовал его.

Тогда Ариэль позвал самых прекрасных фей своего мира, юноши и девы невиданной красоты танцевали для Гелиоса пробуждающие чувства танцы, кружась в разноцветных тканях и изгибаясь подобно лентам, но и страсть не нужна была Гелиосу. Он взирал на них равнодушно.

Посмотрев, на представление он собрался возвратиться в свой дом, но тогда Ариэль преградил ему дорогу, и не желая его отпускать, запечатлел на губах божества поцелуй. И обещал, что всегда будет рядом, никогда не оставит Гелиоса и будет его вечным спутником. И лишь тогда Гелиос остался.

Если кто-то дорог тебе Искра, то не забывай его, и когда-нибудь он вновь к тебе вернется, — так закончил Эвэ свой рассказ, а потом наклонился и, прикоснувшись к губам полукровки, вдохнул в него немного жизненных сил.

Искра зарделся, невинный поцелуй эльфа пробудил в нем чувство позабытого тепла и надежды.

— Ариэль подарил Гелиосу любовь? — спросил он, пытаясь рассмотреть лицо эльфа, понять, что за эмоции тот испытывает сейчас. Но лицо Эвэ казалось бесстрастным, таков же был и его ответ.

— Может быть, — прошептал он, -может быть.

Чистое сияние (2)

Когда оба они немного пришли в себя, Эвэ стал чертить на земле чародейские символы. Искра некоторое время наблюдал за ним, а потом осторожно спросил:

— Что ты делаешь?

Но эльф решил, что он сегодня и так разговаривал слишком много, а поэтому совершенно не собирался ничего объяснять. Не дождавшись ответа, Искра нахмурился и отвернулся, стараясь не обращать внимание на завораживающие действа Эвэ. Вскоре он услышал, как эльф произносит заклинание, а затем звук разорвавшейся хлопушки. Тут уж Искра не мог сдержать свое любопытство и, обернувшись, увидел нечто напоминающие гладкую доску из темного дерева, да еще к тому же свободно парящую в воздухе.

— Что это? — спросил он, подходя ближе. Предмет совершенно восхитил полукровку, который лишь слышал о таких вещах в сказках, но никогда их не видел.

— Наш способ добраться до линии смены сезонов за пару часов, — сказал Эвэ весьма равнодушно, словно летательные аппараты были для него самыми обыденными вещами на свете. А потом взмахом руки заставил подлететь артефакт к себе.

— Давай, не стоит терять время, — эльф забрался на доску, ожидая, что Искра последует его примеру.

— А руки? — Искра показал все еще связанные ремнем запястья, на что эльф тяжело вздохнул, но быстро снял с полукровки путы. После этого тот тоже смог спокойно оседлать их новое средство передвижения и на этот раз связать путами Эвэ, считая, что надежнее средства удержаться, как вцепиться руками в эльфа, просто не существует.

— Что же, — Эвэ призвал все силы своих воспоминаний, не желая пользоваться могуществом книги Теней. Но летательный аппарат стал лишь медленно двигаться вперед, и только, когда магическая книга запульсировала и потеплела, а ее тени пробежали под кожей эльфа и устремились в деревянную гладкую поверхность, только тогда артефакт стал послушным и быстрым и взмыл в воздух подобно птице.

— Оох! — только и успел воскликнуть Искра, а земля уже осталась далеко внизу.

Лететь по небу было гораздо приятней, чем брести по земле. Но Эвэ знал, что чародеи, служащие Императору, наверняка вскоре засекут их, и тогда им может грозить еще большая опасность, чем встреча с околдованными злыми духами разбойниками.

Искра же наслаждался полетом, он как будто забыл всю свою печаль и только вертел по сторонам головой, гадая, можно ли на самом деле ходить по облакам, которые теперь были так близко, и не сделаны ли они из сахарной ваты, как он считал, когда был ребенком.

Добравшись до озера Туата, они остановились передохнуть. Напоминающее своей формой огромный глаз, оно переливалось яркими блестками и покрывалось легкой рябью от ветра.