Приходи

— Эй-эй! Есть такая старинная игра: «Приходи». Знаешь?

Я объяснил Сойке правила и, хотя она вся побледнела от страха, уговорил сыграть. Лису мы просто поставили перед фактом: мол, завтра на рассвете идём на поляну у каменоломни, не хочешь с нами — настаивать не будем. Конечно, это была всего лишь уловка, чтобы заставить девочку согласиться: Лиса никогда не позволила бы нам с Сойкой ввязаться в приключение без неё. Теперь я знаю, что она просто не хотела оставлять нас одних, потому как уже тогда я ей нравился.

Мы боялись опоздать, поэтому вышли ещё затемно. После пугающего ночного леса укутанная белым стелющимся туманом поляна показалась нам даже уютной.

Когда серые утренние сумерки разъели клубившуюся в воздухе тьму, я глубоко вздохнул и сказал:

— Ну что, наверное, пора начинать.

— Угу, — с наигранной бравадой кивнула Лиса.

— Начинай.

— Я? — У меня противно засосало под ложечкой.

— А кто же ещё? — удивилась Лиса.

— Ты это всё затеял, значит, тебе и читать заклинание. Только не говори, что струсил.

— Конечно, нет, просто… — На самом деле, всё было именно так, как сказала Лиса.

— Просто я отвратительно пою. К тому же Сойка, наверняка, тоже хочет попеть, она ведь ходит в музыкальную школу.

Я посмотрел на светловолосую девочку в поисках поддержки. Сойку трясло от страха, но, тем не менее, она сжала кулачки и чуть слышно выдавила:

— Да, я тоже хочу.

— Я вас умоляю.

— Лиса закатила глаза, демонстрируя, что раскусила нас обоих.

— Ладно, давайте решим всё, как обычно.

Я кивнул, и мы с Лисой синхронно выкрикнули:

— Камень, ножницы, бумага! Раз-два-три!

Я показал бумагу, девочки — камень.

С трудом сдержав вздох облегчения, я обратился к подругам:

— Теперь вы между собой.

Девочки сыграли ещё кон. На этот раз победила Лиса.

Сойка рассеянно посмотрела на свою ладонь, всё ещё сжатую в принесший ей поражение камень, и бесцветным голосом произнесла:

— Ура, я победила.

Другой рукой она взялась за складку рубашки на моей спине. Судя по виду, Сойка едва сдерживала слёзы. Мне стало стыдно, и я собрался сказать, что прочитаю заклинание вместо неё, но, прежде чем я успел это сделать, девочка подняла голову и запела.

Когда голос Сойки стих, мы выстроились спина к спине и, затаив дыхание, стали вглядываться в ползущий по земле туман. Пару минут всё было спокойно. А потом вдруг с деревьев вокруг поляны сорвалась и, хлопая крыльями, разлетелась в разные стороны целая туча птиц. Мы вздрогнули и плотнее прижались друг к другу. Но больше ничего не происходило.

— Наверное, никто не придёт, — спустя минут пять осмелилась заговорить Лиса.

— Может, пойдём домой уже?

Я открыл рот, чтобы ответить, но меня опередила Сойка.

— Кот, что это? — с обескровленным от ужаса лицом спросила она.

— Где?

Сойка дрожащим пальцем указала вдаль.

— Там ничего нет, — внимательно всмотревшись в лес за поляной, заключил я.

— Нет, там… — голос девочки сорвался, — там за деревьями шевелится что-то.

Я снова вгляделся в сумрак между стволами, но ничего странного не заметил.

— Хватит нас пугать! — заволновалась Лиса.

— Нет там ничего.

— Я не пугаю, я правда… Ой, они идут сюда. Огромные птицы, похожие на стволы деревьев. Кот, Лиса, разве вы не видите?

Мы с Лисой озадаченно переглянулись. Ни она, ни я не видели того, о чём говорила Сойка, но от её слов нам стало жутко.

— Давайте поскорее уйдём отсюда, — заныла Лиса.

Я кивнул и дёрнулся было к тропинке, но Сойка крепко держала меня за рубашку.

— Что такое? — едва сдерживая панику, спросил я.

— Кооот! — Рот девочки искривила болезненная гримаса, и она всхлипнула.

Я хотел повторить вопрос, но вдруг заметил в наполненных слезами глазах Сойки отражение того, что она видела перед собой: моя голова и плечи, а за ними — какое-то движение. Я придвинулся ближе. Разглядеть, что движется, было невозможно, но… — Оно приближается, — упавшим голосом сказал я.

— Лиса, ты, вроде, носишь с собой зеркальце?

— Да.

— Девочка достала из кармана маленький металлический диск.

— Вот держи.

Я взял зеркальце. Сглотнул. А потом резко, не давая себе времени на колебания, раскрыл его.

Через поляну прямо к нам двигалось несколько тонких, покрытых серыми перьями фигур. Затаив дыхание, мы с Лисой наблюдали, как они подходит всё ближе, и не находили в себе сил даже пошевелиться: ноги словно приросли к земле.

Что было дальше — вспомнить не удаётся. Следующая картинка, возникшая перед глазами: истерично визжащая Лиса, несущаяся сквозь кусты впереди меня. Потом она же, согнувшаяся пополам: мы оба пытаемся отдышаться. Затем опять темнота перед глазами и мой собственный голос, эхом звучащий в голове:

— А где Сойка?

И ответ Лисы:

— Я думала, она бежит за нами.

После этого воспоминания опять обретают чёткость.