Приключения Пиноккио

— Мне осталось добавить несколько слов. Купив меня, вы привели меня сюда, привязали весьма человеколюбиво тяжёлый камень мне на шею и бросили в море. Такое человеколюбие делает вам большую честь, и я буду вам вечно благодарен за это. Впрочем, дорогой папаша, вы на сей раз не взяли в расчёт Фею.

— Какую такую Фею?

— Это моя мать. Она такая же, как все хорошие матери, которые любят своих детей, никогда не теряют их из виду, выручают из любой беды, даже в том случае, если эти дети своим неразумием и дурным поведением, в сущности, заслуживают быть брошенными на произвол судьбы. Когда добрая Фея увидела, что я начинаю тонуть, она немедленно послала целую стаю рыб, которые сочли меня совершенно дохлым ослом и начали меня пожирать. И какие огромные куски они отхватывали! Я никогда не думал, что рыбы ещё прожорливее, чем маленькие мальчики… Они съели мою морду, мою шею и гриву, мою кожу на ногах, мою шкуру на спине… и нашлась даже одна отзывчивая маленькая рыбка, которая сочла возможным сожрать мой хвост.

— Отныне, — сказал покупатель с отвращением, — я, с божьей помощью, никогда не буду есть рыбы! Это было бы слишком неприятно: найти в желудке какой-нибудь краснобородки или жареной трески ослиный хвост!

— Я вполне разделяю ваше мнение, — ответил Деревянный Человечек и засмеялся.

— Стало быть, когда рыбы съели ослиную кожу, в которую я был обернут с головы до ног, они, натурально, наткнулись на кости… или, точнее говоря, на дерево, ибо, как вы видите, я весь сделан из лучшего твёрдого дерева. Но уже после первой попытки эти прожорливые рыбы заметили, что дерево им не по зубам, и, полные отвращения к этой неудобоваримой пище, бросились от меня врассыпную, ни разу не обернувшись и не сказав спасибо. Таким образом, я вам объяснил, почему вы с помощью вашей верёвки вытащили из воды Деревянного Человечка, а не осла.

— Плевать я хотел на твой рассказ! — в ярости вскричал покупатель.

— Я уплатил лиру за тебя и хочу получить обратно свои деньги. Знаешь, что я с тобой сделаю? Я отведу тебя обратно на базар и продам, как сухое дерево для растопки.

— Конечно, продайте меня. Я ничего не имею против, — сказал Пиноккио.

И с этими словами стремительно прыгнул в море. Он весело поплыл от берега, все дальше и дальше, и крикнул бедному покупателю:

— Прощайте, папаша! Когда вам понадобится шкура для барабана, вспомните обо мне!

И поплыл дальше. А через минуту снова обернулся и крикнул ещё громче:

— Прощайте, папаша! Когда вам понадобится для растопки немного сухих дровец, вспомните обо мне!

И в мгновение ока он оказался так далеко, что его уже нельзя было различить. На поверхности моря была видна только чёрная точечка, которая время от времени высовывалась из воды и подскакивала, как играющий дельфин.

Плывя в открытое море наудачу, Пиноккио увидел скалу из белого мрамора. А на вершине скалы стояла милая маленькая Козочка, которая нежно блеяла и делала ему знаки, чтобы он подплыл ближе.

Самое удивительное было то, что её шкурка была не белая, или чёрная, или пятнистая, как у всех других коз, — она была лазурного цвета, причём такая блестящая, как волосы маленькой Красивой Девочки.

Можете догадаться, как застучало сердце Пиноккио! Он удвоил свои усилия и поплыл со всей возможной быстротой к белой скале. Он проплыл уже половину расстояния, когда из воды вдруг поднялась ужасная голова морского чудовища. Она приближалась к нему. Широко открытая пасть была как пропасть, и в ней виднелось три ряда зубов, таких страшных, что если даже их только нарисовать, и то они могли бы смертельно напугать человека.

И знаете, что это было за морское чудовище?

Это морское чудовище было той самой гигантской Акулой, о которой уже не раз упоминалось в нашей истории: она производила такие опустошения и была столь ненасытно-прожорлива, что по справедливости слыла пугалом рыб и рыбаков.

Представьте себе, как испугался Пиноккио при виде этого чудовища. Он хотел вывернуться, удрать, хотел поплыть в другом направлении. Но огромная открытая пасть все время оказывалась у него на пути.

— Скорее, Пиноккио, во что бы то ни стало скорее! — проблеяла красивая Козочка.

И Пиноккио отчаянно работал руками, грудью, ногами.

— Быстрее, Пиноккио! Чудище приближается к тебе!

И Пиноккио собрал все свои силы и поплыл вдвое быстрее.

— Берегись, Пиноккио! Чудище хватает тебя! Вот оно! Скорее, скорее, иначе ты пропал!

И Пиноккио не плыл, а прямо-таки летел, словно пуля. Вот он уже достиг утёса, и Козочка наклонилась над морем и протянула ему своё копытце, чтобы помочь вылезти из воды… Но было слишком поздно! Чудовище схватило его. Оно втянуло в себя воду — почти так, как втягивают куриное яйцо, — и сглотнуло бедного Деревянного Человечка. Сглотнуло с такой жадностью и силой, что Пиноккио, скатываясь в желудок Акулы, сильно захлебнулся и четверть часа пролежал без сознания.