Приоритет: ультра

— Да брось, ты всё равно не собиралась ложиться. Проблемы с саудитами, мама?

Замок сейфа щёлкает, но поворачиваться к уже уходящему и притормозившему на пороге сыну она не спешит.

— За сколько ты взломал мой пароль, Шерлок? — опасно тихим голосом интересуется она.

— Минут за сорок. Откровенно говоря, не особо сложный и… — Шерлок замолкает, поймав очень выразительный взгляд. — Впрочем, забудь. Я видел только рабочий стол. Да.

— Значит, только его? — ещё тише уточняет Виолетта, приближаясь к пятящемуся сыну, пока он не упирается спиной в стенку в коридоре.

— Исключительно. У меня и времени особо не было, — он нервно сглатывает, не сводя глаз с изящных рук, заботливо поправляющих воротник рубашки.

— А красная надпись «Доступ запрещён» на пол-экрана тебе ни на что не намекнула?

— Я не вчитывался.

— И мою давнюю настоятельную просьбу не приближаться к моему ноутбуку ты, очевидно, тоже не помнишь.

— Перепутал со своим, — быстро произносит Шерлок. — Серьёзно, они так похожи.

— Да, только вот цвет и размер отличаются. Ну и ещё допуска к моей информации у тебя нет.

— М-м… Знаешь, ты… — Шерлок судорожно пытается придумать выход, озираясь. — Ты замечательная! — неожиданно восклицает он, быстро целует маму в щёку и, вывернувшись из её рук, в два счёта оказывается у своей спальни. — Лучшая мама на свете! Спокойной ночи, — и поспешно захлопывает дверь.

Оставшись одна в коридоре, Виолетта Холмс долго смеётся, стирая слёзы, и спускается в кабинет. Там для неё к ноутбуку уже приклеены стикеры с четырьмя вариантами решения саудовской проблемы. Она искренне считает гениально подходящим и невероятно удачным третий шерлоковский вариант.

Утро следующего дня наступает неожиданно поздно и формально таковым уже не является. Шерлок подозрительно косится на окно: солнце успело подняться слишком высоко, затем на настенные часы — без четверти полдень. В такое время здесь он ещё не просыпался, да и вообще… В поле зрения попадает тускло-жёлтое кольцо на безымянном пальце. Собственном пальце. Вчера его точно не было. Зато теперь всё становится предельно ясно, и в учебный план на день вносятся коррективы: избавиться от этой штуки. Вероятность успеха, правда, ничтожно мала, но попытаться всё-таки стоит.

В течение следующего получаса Шерлок пробует поливать руку разнообразными жидкостями и применять физическую силу. Бесполезно. Ни мыльный раствор, ни всевозможные жирные субстанции не помогают сдвинуть кольцо даже на четверть дюйма. Да что там! Оно вообще не сдвигается. Сидит, как влитое.

Как теоретик Шерлок знает универсальный способ: вдеть крепкую нитку в иголку, просунуть её ушко под кольцо, чтобы конец нити оказался с одной стороны, с другой стороны плотно обмотать палец той же ниткой до ногтя, потянуть за оставленный конец нити — и кольцо легко соскользнёт.

Как практик не может осуществить это с собственным пальцем: расстояния между кольцом и кожей, что просунуть нитку, попросту нет. Как оно при этом не передавливает кровоток — загадка похлеще леонардовой. Но вот что есть — то есть.

Как исследователь размышляет над сразу несколькими вопросами. Первый: из чего оно сделано? Похоже на металлическое, но по весу не подходит ни один металл из числа имеющих такой цвет. Слишком лёгкое. Скорее, какой-то специфический материал, искусственно созданный в лабораториях военных химиков, а раз неизвестно его молекулярное строение, сложно подобрать и растворитель. Второй: как его надели? Сквозь лупу видна крошечная поперечная полоска, позволяющая предположить, что его с помощью какой-то специальной установки запаяли прямо на пальце. Соответственно, чтобы снять, тоже нужен какой-то специальный приборчик. И третий: каким образом все эти манипуляции с рукой остались незамеченными? Хотя, на поверку, он же самый простой.

Издержки взаимодействия с такой вот роднёй: если цель оправдывает средства и завязана на вопросы безопасности, личным комфортом и согласием родственника можно пренебречь. И это основная причина, по которой Шерлок стремится держаться от неё подальше. Он ненавидит, когда решают за него.

— Если ты уже испробовал все методы и перестал злиться, спускайся обедать, — доносится из коридора голос матери, и Шерлок старательно смывает с руки косметическое масло. Злиться он, конечно, не перестал, но вот поесть уже хочется.

Три минуты спустя он усаживается за стол в гостиной, принимаясь за крем-суп. Виолетте хватает одного взгляда на его лицо и руку для выводов, и больше от просмотра сообщений в ноутбуке она не отвлекается. Даже еду берёт, не глядя в тарелку, попутно консультируя сразу нескольких своих агентов по шифрованному каналу в виртуальной сети.

Два удивительно похожих друг на друга человека обедают в залитой солнечным светом гостиной. Это могло выглядеть красиво, не будь они настолько сосредоточены на собственных мыслях.

— Ну и каков радиус действия этого маяка? — интересуется Шерлок, сложив вилку и нож на тарелку для второго и промокнув салфеткой уголки губ.