Фандом: Шерлок BBC. Большущий шерлоковский пострейхенбах: приключения Шерлока Холмса с момента прыжка с крыши, его путешествие по миру в поисках убийц, расследования, помощь брата — Майкрофта, посвященного в его тайну. Написано до выхода 3 сезона, в течение 9 месяцев. Вдохновлено кратким описанием поездок Шерлока в рассказе «Пустой дом» Конан Дойля, но в реалиях«Шерлока» ВВС и с разными дополнениями с учетом сериала.
373 мин, 4 сек 24526
В этом «спасибо» много всего: спасибо, что не возражал. Спасибо за выбранную мелодию. Спасибо за сложность и веру в то, что получится доиграть её дуэтом до конца, пусть даже лишь первую часть. Оно большое — это спасибо. И касается того, что происходит сейчас.
Но для Шерлока здесь и сейчас это всё — мелочь, весь подтекст. У него другое на уме.
— Четыре человека оказались под ударом по моей вине, — говорит он, оперевшись о край подоконника. — Джон. Миссис Хадсон. Лестрейд. Ты. Четверо близких. Чересчур много для одного лета, Майкрофт. Да и вообще… Чересчур.
Майкрофт молчит, так и не убрав рук с крышки пианино. Он убеждён: не стоит мешать тому, кто пытается разобраться в себе.
Оттолкнувшись от подоконника, Шерлок устраивает скрипку со смычком на кресле и подходит к брату.
— Я сожалею, — сообщает он твёрдо, глядя сверху вниз.
— Понимаю, — спокойно кивает Майкрофт. — Но ты не мог предусмотреть всего, Шерлок. Да и появился крайне вовремя, — покопавшись в кармане брюк, он извлекает на свет пулю. — Хороший выстрел.
— Мне… мне полагается испытывать чувство вины? — нерешительно уточняет Шерлок, переводя взгляд с лица Майкрофта на пулю и обратно.
— Зависит от причин, побудивших тебя совершить этот поступок.
— У него в руке был нож. Пять дюймов. И ещё пять до твоей шеи. Я подумал, что один мой шаг — и он окажется за твоей спиной, с ножом, приставленным к горлу, и табельным пистолетом за поясом. Вероятность выстрела в меня, а затем и в тебя как свидетеля была свыше 90 процентов. Поэтому я первым нажал на курок.
— И правильно сделал. Полагаю, служители британской Фемиды тебя бы также оправдали, доведи мы дело до суда.
— И тебя не смущает, что им бы пришлось впустить в зал человека со свидетельством о смерти?
— Только так и создаются прецеденты, — Майкрофт пожимает плечами, убирая пулю обратно в карман. — Шерлок, к твоему появлению жить мне оставалось меньше минуты. Ты, конечно, мог попытаться переубедить мистера Гаусса, но, боюсь, я этого бы уже не застал. С другой стороны, ранив его, ты бы также поставил свою жизнь под угрозу, поскольку люди с такой подготовкой способны на всё. Ты убил преступника, Шерлок. Крови на его руках несоизмеримо больше, чем на твоих, — можешь ознакомиться с его досье.
— И это единственное отличие?
— Что именно?
— Кто из нас скольких убил? В этом разница между мной и им, Майкрофт?
— Так… — Майкрофт растирает глаза и встаёт. — Идём со мной.
Озадаченный Шерлок следует за братом в кабинет, где, помедлив, садится в указанное кресло. Майкрофт снимает с полки и вручает ему серую папку, затем наливает в стакан виски и протягивает, приказывая:
— Пей.
— Но…
— Делай то, что я говорю, Шерлок. Иным способом с твоей отсроченной рефлексией не разобраться.
— Но у меня нет! — слабо сопротивляется Шерлок и вынужденно замолкает, когда стакан прижимают к его губам. — Ладно. Хорошо.
Майкрофт внимательно следит, чтобы он выпил всё до капли, после чего наливает виски ещё на два пальца и ставит стакан на столик между креслами. Сам садится в соседнее, предварительно развернув его так, чтобы оказаться поближе к брату.
— Теперь открой папку, — Шерлок подчиняется, тут же видя титульный лист засекреченного личного дела. — Здесь собраны сведения о тех деяниях Серхио Гаусса, которые подтверждены доказательствами. Тебе известно, за какие преступления Интерполом был объявлен в розыск его дядя?
— Да. За организацию сети притонов для педофилов в странах Восточной Европы, сексуальное насилие и торговлю детьми.
— И кто, по-твоему, курировал этот бизнес, пока Густаво Сильверо жил в Боливии? Кому-то ведь приходилось регулярно наведываться в Европу и следить за порядком на местах.
— Этим Иезуит занимался?
— Он самый. Держал в страхе многих людей из длинного конвейера, оставаясь недосягаемым для европейской полиции и спецслужб. Известие о его смерти уже достигло ушей замов, так что теперь там идёт борьба за власть. Пирамида, выстроенная на использовании детей, уже рассыпается, Шерлок. По нашим данным, охранники четырёх притонов были убиты сегодня, защищая каждый своего босса, а содержавшиеся у них дети бежали. Кое-кто даже вернулся домой.
— Пытаешься выставить меня героем? — скептически хмыкает Шерлок, листая страницы дела.
— Нет. Рассказываю о реальных последствиях твоего поступка. Если тебе безразлично то, что ты спас мою жизнь, то, возможно, оправданием послужит…
— Мне небезразлично! — гневно перебивает его Шерлок, поджав губы. — Майкрофт, ты… — он осекается, кладя папку на пол и сцепляя пальцы в замок.
— Шерлок…
— Тебе так нужно, чтобы я признал это вслух? Что ж, изволь. С чего бы начать? Может быть, с того, что я до смерти перепугался, узнав о Иезуите, вылетевшем за тобой? Ответ: да. Так и было в Мекке.
— Шерлок…
— Или, может, тебе описать, как у меня тряслись руки по дороге в аэропорт? Предвкушение нового дела? Не думаю. Страх в чистом виде. Вероятно, я изрядно повеселил им Ральфа Кендала. Кстати, в новой должности он справляется. Его ты повысил правильно.
— Приятно слышать.
Но для Шерлока здесь и сейчас это всё — мелочь, весь подтекст. У него другое на уме.
— Четыре человека оказались под ударом по моей вине, — говорит он, оперевшись о край подоконника. — Джон. Миссис Хадсон. Лестрейд. Ты. Четверо близких. Чересчур много для одного лета, Майкрофт. Да и вообще… Чересчур.
Майкрофт молчит, так и не убрав рук с крышки пианино. Он убеждён: не стоит мешать тому, кто пытается разобраться в себе.
Оттолкнувшись от подоконника, Шерлок устраивает скрипку со смычком на кресле и подходит к брату.
— Я сожалею, — сообщает он твёрдо, глядя сверху вниз.
— Понимаю, — спокойно кивает Майкрофт. — Но ты не мог предусмотреть всего, Шерлок. Да и появился крайне вовремя, — покопавшись в кармане брюк, он извлекает на свет пулю. — Хороший выстрел.
— Мне… мне полагается испытывать чувство вины? — нерешительно уточняет Шерлок, переводя взгляд с лица Майкрофта на пулю и обратно.
— Зависит от причин, побудивших тебя совершить этот поступок.
— У него в руке был нож. Пять дюймов. И ещё пять до твоей шеи. Я подумал, что один мой шаг — и он окажется за твоей спиной, с ножом, приставленным к горлу, и табельным пистолетом за поясом. Вероятность выстрела в меня, а затем и в тебя как свидетеля была свыше 90 процентов. Поэтому я первым нажал на курок.
— И правильно сделал. Полагаю, служители британской Фемиды тебя бы также оправдали, доведи мы дело до суда.
— И тебя не смущает, что им бы пришлось впустить в зал человека со свидетельством о смерти?
— Только так и создаются прецеденты, — Майкрофт пожимает плечами, убирая пулю обратно в карман. — Шерлок, к твоему появлению жить мне оставалось меньше минуты. Ты, конечно, мог попытаться переубедить мистера Гаусса, но, боюсь, я этого бы уже не застал. С другой стороны, ранив его, ты бы также поставил свою жизнь под угрозу, поскольку люди с такой подготовкой способны на всё. Ты убил преступника, Шерлок. Крови на его руках несоизмеримо больше, чем на твоих, — можешь ознакомиться с его досье.
— И это единственное отличие?
— Что именно?
— Кто из нас скольких убил? В этом разница между мной и им, Майкрофт?
— Так… — Майкрофт растирает глаза и встаёт. — Идём со мной.
Озадаченный Шерлок следует за братом в кабинет, где, помедлив, садится в указанное кресло. Майкрофт снимает с полки и вручает ему серую папку, затем наливает в стакан виски и протягивает, приказывая:
— Пей.
— Но…
— Делай то, что я говорю, Шерлок. Иным способом с твоей отсроченной рефлексией не разобраться.
— Но у меня нет! — слабо сопротивляется Шерлок и вынужденно замолкает, когда стакан прижимают к его губам. — Ладно. Хорошо.
Майкрофт внимательно следит, чтобы он выпил всё до капли, после чего наливает виски ещё на два пальца и ставит стакан на столик между креслами. Сам садится в соседнее, предварительно развернув его так, чтобы оказаться поближе к брату.
— Теперь открой папку, — Шерлок подчиняется, тут же видя титульный лист засекреченного личного дела. — Здесь собраны сведения о тех деяниях Серхио Гаусса, которые подтверждены доказательствами. Тебе известно, за какие преступления Интерполом был объявлен в розыск его дядя?
— Да. За организацию сети притонов для педофилов в странах Восточной Европы, сексуальное насилие и торговлю детьми.
— И кто, по-твоему, курировал этот бизнес, пока Густаво Сильверо жил в Боливии? Кому-то ведь приходилось регулярно наведываться в Европу и следить за порядком на местах.
— Этим Иезуит занимался?
— Он самый. Держал в страхе многих людей из длинного конвейера, оставаясь недосягаемым для европейской полиции и спецслужб. Известие о его смерти уже достигло ушей замов, так что теперь там идёт борьба за власть. Пирамида, выстроенная на использовании детей, уже рассыпается, Шерлок. По нашим данным, охранники четырёх притонов были убиты сегодня, защищая каждый своего босса, а содержавшиеся у них дети бежали. Кое-кто даже вернулся домой.
— Пытаешься выставить меня героем? — скептически хмыкает Шерлок, листая страницы дела.
— Нет. Рассказываю о реальных последствиях твоего поступка. Если тебе безразлично то, что ты спас мою жизнь, то, возможно, оправданием послужит…
— Мне небезразлично! — гневно перебивает его Шерлок, поджав губы. — Майкрофт, ты… — он осекается, кладя папку на пол и сцепляя пальцы в замок.
— Шерлок…
— Тебе так нужно, чтобы я признал это вслух? Что ж, изволь. С чего бы начать? Может быть, с того, что я до смерти перепугался, узнав о Иезуите, вылетевшем за тобой? Ответ: да. Так и было в Мекке.
— Шерлок…
— Или, может, тебе описать, как у меня тряслись руки по дороге в аэропорт? Предвкушение нового дела? Не думаю. Страх в чистом виде. Вероятно, я изрядно повеселил им Ральфа Кендала. Кстати, в новой должности он справляется. Его ты повысил правильно.
— Приятно слышать.
Страница 81 из 108
