Фандом: Ориджиналы. Сложно быть одиноким отцом и привлекательным альфой — любят за деньги, а воспитывать чужих детей не желают. И пусть тело обходится мимолетными связями, душа-то требует любви и понимания.
140 мин, 24 сек 15145
— Подло, — альфа прерывисто вздохнул.
— Решение принимать тебе, конечно, но я бы тоже не отказался от детей, — Лала провел пальцами по выступающим позвонкам. — Лар, солнце, думаю, что работа начальника отделения нейрохирургии поглотит все твое внимание и потребует все твои силы. Ты же при нас разговаривал со своим отцом, он тоже хочет твоего профессионального роста. Ты помнишь?
— Помню.
— Он же говорил тебе, что рожавший альфа в глазах комиссии имеет более весомую репутацию при прочих равных условиях. Милый, мне кажется, что ты просто боишься.
— Да, я боюсь.
— Вот это уже честно. Подумай, потому что не только Арис будет рад детям.
— Почему он не может со мной нормально поговорить? — альфа стиснул Лалу в объятиях. — Он же такой именитый психоаналитик!
— По той же причине, что и хирург не режет своих. Разум порой не работает, когда дело касается родных и близких. В дело вступают эмоции, личные обстоятельства и все прочее, о чем ты и без меня знаешь. И Рис очень обижен твоим обманом.
— И все равно я не хочу рожать, — буркнул альфа.
— Против природы не пойдешь, Лар. Лучше раньше, чем позже. Хочешь дойти до состояния Юргена? Я тебя самолично придушу, если ты дойдешь до такого. Мне и на работе стрессов хватает.
— Полтора года! Два, учитывая стажировку!
— Лар, вы оба мне очень дороги, — мягко сказал Лала. — Пожалуйста, мне бы не хотелось и дальше слушать ваши ссоры. Это… больно. Больно, когда два дорогих мне человека не могут прийти к согласию. Больно, что до этого дня вы оба не могли найти ни времени, ни слов, чтобы поговорить. Эта ссора… Лар, после такого бывают разводы. Я стоял там, слушал вас и даже представить себе не мог, что у каждого из вас сидело внутри. Отвратительно. Отвратительно, что вы оба вылили все вот так внезапно. А еще я вдруг подумал, что Арис Арисом, но я словно бы стою отдельно от вас.
— Глупости какие, — Ларго возмущенно глянул на расстроенного омегу. — Не говори ерунды! Мы оба тебя любим!
— Но отчасти ты прав.
— Рис? — Лала увидел омегу, что стоял возле дерева. — Как ты нас нашел?
— Я сразу за вами спустился. И несложно было догадаться, куда вы придете. Ты прав, нам обоим не хотелось вмешивать тебя во все это. Лар, здесь не время и не место, но я прошу прощения, что давил на тебя. Но своего мнения я не меняю и очень хочу, чтобы ты сдержал свое слово, — Арис сел рядом и потянул улыбающегося Лалу к себе.
— Я у вас переходящий приз? — поддел Лала обоих. Пересаживаться не стал — лег спиной на колени Ариса.
— Ты у нас сокровище, — Арис взъерошил светлые кудряшки. — Умный, тактичный, терпеливый, любящий двух идиотов, не способных разобраться в себе и своих отношениях.
— Даже спорить не стану, — Лала закрыл глаза, пригревшись на солнце. Лежать было не слишком удобно, но ему нравилось, что его удерживают в четыре руки. — Ни с чем. Особенно с идиотами. Как умудрились дипломы получить?
— Туше …! — расхохотался Арис.
— Знаете, я сегодня съезжу к Анхелю, а когда вернусь, надеюсь, что застану мир в своей семье, — задумчиво сказал Лала. — Мне не нравится стоять в стороне, но свое мнение я уже высказал. Лезть дальше мне бесполезно — вы должны сами с этим разобраться. А еще вы костлявые!
Слитный смех спугнул собаку, выбежавшую на полянку. Посидев еще немного, троица побрела домой.
— Вернусь утром, — Лала увернулся от супругов, пытавшихся поцеловать его на прощание, душераздирающе вздохнул и взял сумку. — Если в моей семье не наступит покой, то я соберу вещи и уеду к Анхелю.
— Ты же этого не сделаешь, — не поверил Ларго.
— Еще как сделаю! — пригрозил Лала. — Все, мои дорогие, я уехал.
— Напиши, когда доберешься, — попросил Арис.
— Непременно.
Хлопнула дверь.
— Он прав, мы оба… отличились, — Ларго сел рядом с омегой. — Прости меня. Я не хотел тебя обманывать.
— Ты повел себя как ребенок.
— Знаю, — альфа лег на диван. — Иди ко мне.
Впервые за последние месяцы никому из них не хотелось говорить. И надо было обсудить многое, но воцарившаяся тишина обволакивала, убаюкивала, затягивая оцепенением. Ларго перебирал каштановые прядки волос Ариса, но движения становились все медленнее, нереальнее…
— Если мы не разберемся, — еле ворочая языком, сказал Арис, — он точно от нас уедет.
— Я знаю, что Лала ненавидит конфликты. Спи. Я еще успею потрепать вам нервы, когда забеременею, — он придержал дернувшегося омегу. — Я откажусь от участия в экзаменах на этот год. В конце концов, семейные альфы с детьми, стабильной психикой и без гормональных скачков имеют куда больше шансов. У другого кандидата в этом году однозначное преимущество. Я просто хотел… сбежать от всего этого.
— Решение принимать тебе, конечно, но я бы тоже не отказался от детей, — Лала провел пальцами по выступающим позвонкам. — Лар, солнце, думаю, что работа начальника отделения нейрохирургии поглотит все твое внимание и потребует все твои силы. Ты же при нас разговаривал со своим отцом, он тоже хочет твоего профессионального роста. Ты помнишь?
— Помню.
— Он же говорил тебе, что рожавший альфа в глазах комиссии имеет более весомую репутацию при прочих равных условиях. Милый, мне кажется, что ты просто боишься.
— Да, я боюсь.
— Вот это уже честно. Подумай, потому что не только Арис будет рад детям.
— Почему он не может со мной нормально поговорить? — альфа стиснул Лалу в объятиях. — Он же такой именитый психоаналитик!
— По той же причине, что и хирург не режет своих. Разум порой не работает, когда дело касается родных и близких. В дело вступают эмоции, личные обстоятельства и все прочее, о чем ты и без меня знаешь. И Рис очень обижен твоим обманом.
— И все равно я не хочу рожать, — буркнул альфа.
— Против природы не пойдешь, Лар. Лучше раньше, чем позже. Хочешь дойти до состояния Юргена? Я тебя самолично придушу, если ты дойдешь до такого. Мне и на работе стрессов хватает.
— Полтора года! Два, учитывая стажировку!
— Лар, вы оба мне очень дороги, — мягко сказал Лала. — Пожалуйста, мне бы не хотелось и дальше слушать ваши ссоры. Это… больно. Больно, когда два дорогих мне человека не могут прийти к согласию. Больно, что до этого дня вы оба не могли найти ни времени, ни слов, чтобы поговорить. Эта ссора… Лар, после такого бывают разводы. Я стоял там, слушал вас и даже представить себе не мог, что у каждого из вас сидело внутри. Отвратительно. Отвратительно, что вы оба вылили все вот так внезапно. А еще я вдруг подумал, что Арис Арисом, но я словно бы стою отдельно от вас.
— Глупости какие, — Ларго возмущенно глянул на расстроенного омегу. — Не говори ерунды! Мы оба тебя любим!
— Но отчасти ты прав.
— Рис? — Лала увидел омегу, что стоял возле дерева. — Как ты нас нашел?
— Я сразу за вами спустился. И несложно было догадаться, куда вы придете. Ты прав, нам обоим не хотелось вмешивать тебя во все это. Лар, здесь не время и не место, но я прошу прощения, что давил на тебя. Но своего мнения я не меняю и очень хочу, чтобы ты сдержал свое слово, — Арис сел рядом и потянул улыбающегося Лалу к себе.
— Я у вас переходящий приз? — поддел Лала обоих. Пересаживаться не стал — лег спиной на колени Ариса.
— Ты у нас сокровище, — Арис взъерошил светлые кудряшки. — Умный, тактичный, терпеливый, любящий двух идиотов, не способных разобраться в себе и своих отношениях.
— Даже спорить не стану, — Лала закрыл глаза, пригревшись на солнце. Лежать было не слишком удобно, но ему нравилось, что его удерживают в четыре руки. — Ни с чем. Особенно с идиотами. Как умудрились дипломы получить?
— Туше …! — расхохотался Арис.
— Знаете, я сегодня съезжу к Анхелю, а когда вернусь, надеюсь, что застану мир в своей семье, — задумчиво сказал Лала. — Мне не нравится стоять в стороне, но свое мнение я уже высказал. Лезть дальше мне бесполезно — вы должны сами с этим разобраться. А еще вы костлявые!
Слитный смех спугнул собаку, выбежавшую на полянку. Посидев еще немного, троица побрела домой.
— Вернусь утром, — Лала увернулся от супругов, пытавшихся поцеловать его на прощание, душераздирающе вздохнул и взял сумку. — Если в моей семье не наступит покой, то я соберу вещи и уеду к Анхелю.
— Ты же этого не сделаешь, — не поверил Ларго.
— Еще как сделаю! — пригрозил Лала. — Все, мои дорогие, я уехал.
— Напиши, когда доберешься, — попросил Арис.
— Непременно.
Хлопнула дверь.
— Он прав, мы оба… отличились, — Ларго сел рядом с омегой. — Прости меня. Я не хотел тебя обманывать.
— Ты повел себя как ребенок.
— Знаю, — альфа лег на диван. — Иди ко мне.
Впервые за последние месяцы никому из них не хотелось говорить. И надо было обсудить многое, но воцарившаяся тишина обволакивала, убаюкивала, затягивая оцепенением. Ларго перебирал каштановые прядки волос Ариса, но движения становились все медленнее, нереальнее…
— Если мы не разберемся, — еле ворочая языком, сказал Арис, — он точно от нас уедет.
— Я знаю, что Лала ненавидит конфликты. Спи. Я еще успею потрепать вам нервы, когда забеременею, — он придержал дернувшегося омегу. — Я откажусь от участия в экзаменах на этот год. В конце концов, семейные альфы с детьми, стабильной психикой и без гормональных скачков имеют куда больше шансов. У другого кандидата в этом году однозначное преимущество. Я просто хотел… сбежать от всего этого.
Страница 37 из 40